Последователи Глубины

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 3. ОБРАТНОЙ ДОРОГИ НЕ СУЩЕСТВУЕТ

 

ГЛАВА 3. ОБРАТНОЙ ДОРОГИ НЕ СУЩЕСТВУЕТ

 

Вкус студёной воды так и не позволил насладиться приятной прохладой – организм издал рвотный позыв и недавнему узнику пришлось зайтись в протяжном кашле.

- Ничего страшного, - успокоила его девушка. – Скоро тебе станет лучше.

- Ты это специально говоришь? Или у тебя и на этот случай существует очередная безумная идея? – равнодушно спросил унд.

- И вообще, чем, интересно, он может нам помочь? Ты посмотри, он ведь едва на ногах держится! – поддержал приятеля Дорченский.  

Но Ульга не обратила на их справедливые замечания никакого внимания. Её заботил исключительно пациент, и ничего больше. Она порхала вокруг него, словно заведенная кукла-марионетка, кормила и поила, поправляла подушку, постоянно интересуясь его здоровьем. И только когда её новый приятель принял лекарство и обессилено провалился в сон, Ульга вытолкала друзей в соседнюю комнату. Теперь можно было немного успокоиться и поговорить.

- И что, скажи на милость, происходит? Может быть, ты все-таки соблаговолишь нам объяснить? – первым не выдержал изобретатель. – У меня накопилось к тебе столько претензий, что, боюсь, если ты не ответишь хотя бы на половину из них, я взорвусь от негодования!

Ульга осторожно прикрыла дверь и грозно зыркнула на Яна. 

- А ну тише. Разве не видишь, он ещё слишком слаб. Или ты думаешь легко провести пятнадцать лет в таком месте?

- Что?! – Дорченский схватился за голову и если бы дёрнул посильнее, то наверняка увидел бы у себя в руках пучки собственных волос. – Да ты меня совсем что ли не слушаешь?!

Девушка не спеша отошла к столу и, взяв в руки кружку, гостеприимно произнесла:

- Обещаю, что все расскажу, но только после чашечки душистого чая. А то сегодняшнее ночное приключение вконец меня измотало. 

- Что? Измо…

- Прекрати, - одёрнул изобретателя унд. – Дай слово даме. А то, чего доброго, она приложит тебя чайником, чтобы не так сильно разевал рот.

Пауза пришлась как нельзя кстати. Глотнув бодрящего напитка на травах кории и гробла, Дорченский окончательно успокоился и теперь пребывал в состоянии лёгкой дрёмы. А вот Крутс, напротив, нервно поглядывал то на часы, то на невозмутимую предводительницу, ожидая её внятных объяснений.

- Может быть, начнём? – негромко произнёс унд. – Или будем чаёвничать до утра?

Ульга только покачала головой.

- До утра нельзя, слишком опасно. С рассветом за нами придёт экипаж и отвезёт на Тощие холмы. Если промедлим, нам просто не дадут выбраться из города живыми.

Слава святым мученикам и их команде, что Ян Дорченский прикорнул и не услышал эту удручающую фразу, а иначе душераздирающим криком дело бы тут не окончилось.

Унд минуту смотрел на предводительницу, а потом тяжело вздохнул и, опустив голову, поинтересовался:

- Морские безумцы! Ульга, прошу тебя, ответить, во что ты нас всех втянула?      

Но ответа не последовало. Ульга была не в силах произнести ни слова. Пыталась, но они застревали где-то внутри, превращаясь в обычные всхлипывания. Внезапно, по её щекам заструились извилистые нити слез.  

- Что с тобой? – спросил унд и сам испугался собственного голоса, таким тихим и слабым он не был никогда. – Скажи, чем я… мы можем тебе помочь? 

Ульга всегда была для них смелой, задиристой и даже немного сумасшедшей предводительницей. Жили в одном районе-отсеке, питались и играли вместе, даже за пакости отвечали все за одного. И что бы ни произошло, она была с ними наравне: когда забирались на крышу или прыгали со жгута в море. Даже подраться с соседскими мальчишками ей было раз плюнуть. А тут такое… Слезы. Отчаянье. Впервые в жизни. Вот унд и растерялся как последний полукровка.

Неудобная ситуация, когда девушка плачет, а парень просто не знает, чем её утешить. Но к счастью, продолжалось это недолго. Ульга взяла себя в руки, вытерла слезы, поправила короткую прядь рыжих волос, и внимательно посмотрела на друга.

- Ответь, ты доверяешь мне?

- Само собой. Разумеется, – дрогнувшим голосом ответил Крутс.  

- Хорошо. - Она ещё раз проверила причёску. – Предположим, я попала в скверную историю. Вернее, в настоящую беду.

- В беду? Хорошо, предположим, – унд нахмурился и надул щеки. – Ульга, прекрати! Я знаю тебя много лет. Хватит юлить! У нас никогда не было друг от дружки секретов. Говори, как оно есть.

- Ну хорошо – действительно попала в беду, - согласилась она. – В очень серьёзную. Только не спрашивай меня, что случилось? Все равно не смогу тебе рассказать.

- И эта самая «беда»… она связана с этим человеком? – мало что понимая в сбивчивой речи подруги, попытался догадаться унд.

Ульга посмотрела на закрытую дверь, за которой отдыхал бывший узник, и с надеждой в голосе сказала:

- Нет, этот человек - совсем другое. Он моё спасение. Нечто вроде выкупа.

- О святые мученики! И что нам со всем этим делать? – с неким возмущением спросил Крутс. – Или ты считаешь нормальным вот так вот, ничего не объяснив, подвергать наши с Яном жизни опасности? Просто назвав это красивым словом «приключение». Прости, но, по-моему, ты заигралась, предводительница.  

Часы нервно отсчитывали спешащие к рассвету секунды, а девушка все молчала. Возможно, собиралась с силами, а может быть, просто пыталась подобрать нужные слова. Какая, собственно, разница, главное - унд был прав по всем статьям, и её просчет потянул за собой, словно магнит, целую кучу серьёзных проблем. И теперь опасность грозила не только ей, но и её верным друзьям.

А что дальше? Продолжать опасную игру в кошки-крыски? Или во всем признаться Крутсу, и тем самым окончательно похоронить свои надежды на спасение? Да и при чём тут спасение… Если охотники нападут на след, они не остановятся ни перед чем. И тогда даже унд, с его феноменальной изворотливостью, не сможет избежать их цепких лап.   



Konstantin Normaer

Отредактировано: 03.07.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться