Посмотри, услышь, поверь

Размер шрифта: - +

11

 

Красивый большой тент, под которым Саффи предстояло работать, обнаружился в тени акаций у стены одного из корпусов. Совсем рядом были бассейны, корт и спортивные площадки. Вопреки её ожиданиям Максим не стал ничего выяснять, а внешне совершенно бесстрастно и ровно вводил в курс дела:

- Открывается мастерская в десять. В три полчаса на обед. Даже если есть желающие рисовать, продолжить работу в это время ты не можешь. Обязана закрыть мастерскую. Здесь строго с трудовой дисциплиной и соблюдением всех норм. Для этого повесили табличку с графиком твоей работы, чтобы отдыхающие знали и не возмущались.

Пока Максим произносил это, мимо них прошли несколько медсестёр в белых костюмчиках, сотрудницы бассейна, молоденькие горничные. Все они кокетливо здоровались с Максимом. А некоторые, предварительно оглядевшись по сторонам, быстро целовали, бросая любопытные и даже ревнивые взгляды на Саффи. Она вежливо кивала и тут же демонстрировала полнейшее равнодушие к происходящему. Нашёлся тоже Казанова местного разлива. И девушки хороши, сразу начинают подозревать её во всех смертных грехах. А она просто стоит рядом. И ничего, кроме работы, её не интересует.

Когда очередная нимфа в униформе подбежала, шепнула что-то на ухо Максиму и с тихим смехом стремительно умчалась по делам, Саффи почувствовала, как в душе зашевелилось раздражение. Сколько можно? Но она сдержалась и продолжила стоять у тента с отстранённо-спокойным лицом.

- Прости, давай продолжим, - сказал Максим и зашёл под тент, видимо, надеясь, что там его никто не увидит: - Твоя предшественница говорила, что всегда находятся две-три девочки постарше, увлечённые рисованием, которые вполне могут стать помощницами. Поэтому, если нужно отлучиться на пару минут, закрывать мастерскую не нужно. Просто попросишь их последить за всем. В семь тридцать начинай понемногу убирать расходные материалы в коробки, чтобы к восьми успеть на ужин.

Перед уходом эти шторки нужно опустить и завязать, чтобы ветром не трепало.  И всё, никаких запоров-замков больше нет. Здесь очень приличная публика. Никогда ничего не пропадает. Дневную выручку сдавай на кассу. Это в центральном холле, я покажу…

- Я знаю, где это, - бесцветно отозвалась Саффи.

Ей показалось, что Максим вздохнул. Но он тут же кивнул и по-прежнему ровно продолжил:

- Воду придётся носить из корпуса. Для этого есть бутыли. Вот они. Остальное лежит в подвале. Сейчас я всё принесу. Пока необходимо вытереть пыль со стола и стендов… - он протянул невесть откуда взявшуюся влажную чистую тряпку.

Саффи, контролируя себя так, словно она была на сцене перед тысячами зрителей, подставила ладонь, готовая отдёрнуть её в любой момент. Но не пришлось. Максим просто вложил тряпку в её руку. И больше ничего. Ну, разве что сделал это чуть медленнее, чем мог бы. Пару секунд они постояли в полной тишине. Потом Максим повернулся и пошёл куда-то. Саффи заставила себя приняться за уборку.

Вскоре под тентом появились несколько коробок. И Максим принялся доставать из них краски, кисти, баночки-непроливайки для воды. Наконец, дошла очередь и до фигурок. Некоторые из них были уже раскрашены.

- Эти фигурки выставляются в качестве образцов. Например, Лунтик раскрашенный, а рядом – заготовка. Когда дети рисуют, образцы можно давать им. Многим сложно раскрашивать по памяти или придумывать самим. Поэтому, если поступают новые фигурки, руководитель мастерской обязательно сам расписывает по одной каждого вида и выставляет на стенд.

Иногда дети не справляются с работой за один раз. В этом случае они могут прийти на следующий или любой другой день и доделать. Без дополнительной оплаты. Вот здесь, - Максим протянул папку, - прайс-лист.

- Ясно.

- А вот инструкция по росписи. Насколько мне объяснила всё та же твоя предшественница, человеку, знакомому с живописью, не составит никакого труда разобраться. Как раз до открытия мастерской ещё есть время… - Максим бросил взгляд на часы. – Да, почти час. Должно хватить.

- Я умею работать с керамикой, - сухо сказала Саффи.

- Тем более. Если будут вопросы, обращайся к Веронике Борисовне или ко мне. Я почти весь день вон у того бассейна. Можешь просто подойти к заборчику и крикнуть. Меня позовут.

Нужно было поблагодарить за помощь, но Саффи физически не могла выдавить из себя «спасибо». Поэтому она только кивнула и, глядя в сторону, на идущих по аллее в сторону пляжа отдыхающих, сказала:

- Хорошо.

Максим стоял в метре от неё, сунув руки в карман тонких голубых джинсов. Краем глаза Саффи увидела, как его раскрытые до этого ладони сжались в кулаки, вздыбив ткань. Он помолчал – Саффи почти физически ощутила его тяжёлый взгляд – и тихо-тихо сказал:

- Посмотри на меня. Пожалуйста.

Саффи не ожидала ничего подобного и чуть вздрогнула.

- Саффи, - позвал Максим, видимо, заметив это. – Я прошу. Посмотри на меня.

Когда-то он уже говорил эти же самые слова. Только тогда Саффи была влюблена в него и верила ему безоговорочно… Потом она его возненавидела... А теперь… Теперь она не испытывала к нему той острой ненависти, что шесть лет назад. К нему. Но не к его матери. Эту женщину она не сможет понять и простить никогда. Такое невозможно простить. Максим, наверное, ни в чём не виноват. Но ни шесть лет назад, ни сейчас она не могла быть с ним, зная, чей он сын. И его просьбы ничего не значат. Всё равно она не сумеет рассказать ему правду. Не хватит того, что Вика называет сволочизмом. Это не жалость, не сочувствие. Нет. Но что-то мешает донести до Максима всю мерзость того, что творит его мать. Поэтому и смотреть на него Саффи не будет. Незачем.



Яна Перепечина

Отредактировано: 30.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться