Посмотри, услышь, поверь

Размер шрифта: - +

51

 

Информацию о санитарке в полиции выслушали внимательно и обещали проверить. После этого Максим и Саффи отправились в больницу. Ещё накануне Максиму удалось договориться о переводе мамы в платную палату, в которой посетители могли находиться даже круглосуточно. И этим утром она как раз очень кстати освободилась.

- Вот здесь, в шкафу можно взять раскладушку и чистое постельное бельё и спать прямо здесь, - объяснила приветливая медсестра, когда переезд остался позади.

- Спасибо. Так я и сделаю, - поблагодарил Максим, прикрыл за ней дверь, прошёлся по палате раздвинул фисташкового цвета жалюзи, повернул кронштейн телевизора, чтобы было удобнее смотреть с кровати, и подвинул тумбочку, мешавшую вставать. - Как тебе здесь, мамуль?

- Мне и там было неплохо, а здесь вообще отлично, - Лариса Валентиновна улыбалась чаще и смелее, то и дело с интересом поглядывая на Саффи. Максим видел в её глазах радость и симпатию.

- Вот и хорошо. Быстрее поправишься. А мы пока с тобой побудем. Но ты на нас не обращай внимания. Тебе велено спать, есть и думать только о себе. Считай, что нас и нет здесь.

- Да зачем же вы будете со мной сидеть? – Лариса Витальевна покачала головой. – Мне уже гораздо лучше. Всё, конечно, пока болит. Но это дело времени. Зато вставать я уже пробовала, до туалета дойти смогу. Если будет тяжело, то здесь кнопки вызова персонала имеются и над кроватью, и в душе.

- Мамуль, я тебя прошу, не спорь, - Максим говорил мягко, но твёрдо. – Пока оставлять тебя одну не стоит. Мы, конечно, можем оплатить услуги сиделки. Но ты уверена, что хочешь именно этого?

- Нет, сиделку я не хочу.

- Правильно. Две сиделки лучше, чем одна, - согласился Максим, а Саффи подавила улыбку. Ей ужасно нравились отношения матери и сына, и она сидела в сторонке и любовалась ими, думая о том, каким чудесным человеком надо быть, чтобы пасынок так полюбил мачеху.

Об этом она и сказала, когда они с Максимом вышли в коридор, чтобы Лариса Валентиновна могла  поспать, и устроились на диванчике, стоявшем около палаты.

- Она и правда очень хорошая, - Максим обнял Саффи за плечи и прижал к себе. – Я её помню, сколько себя. Она жила с нами с моих трёх лет. И все эти годы была рядом, даже когда рассталась с отцом.

- А почему так случилось?

- Как бы банально ни звучало, сердцу не прикажешь. Отец всегда видел все её многочисленные достоинства и очень хотел её полюбить. Тем более, что я всегда её обожал. А она меня. Но у него не получилось. Он много лет боролся за нашу семью. И она тоже. И даже я, когда понял, к чему всё идёт, тоже боролся. Сначала старался быть идеальным ребёнком. Потом начал устраивать им проблемы, чтобы они волновались, нервничали и искали утешения друг в друге. Ну, ты знаешь, обычная история. Так многие дети делают. Про это у Алексина отличный рассказ есть. Не читала?

- Читала. «Самый счастливый день», да?

- Да.

- Но из этого ничего не вышло?

- Нет, - за короткими ответами Максима чувствовалась горечь.

- Как же это грустно.

- Да уж, весёлого мало. И ладно бы кто-нибудь из них был плох. Так бы можно было валить всё на него или неё. А они оба чудесные у меня. Но не срослось. И такое, оказывается, бывает.

- Ты сердился на них? – Саффи откинула голову на плечо Максима и с состраданием смотрела в его глаза.- Сердился. Очень. Тогда и на тот форум зашёл, где потом, аж через два года, обнаружил одинокую печальную девочку. Мне казалось, что я снова лишился матери. Вернее, двух матерей разом.

- Но... ведь тогда твоей мамы не было уже много лет…

- Всё так. Только в то время у меня было ощущение, что я потерял её снова. У меня в душе они с моей второй мамой как-то слились, стали единым целым. Мама, которая родила, и мама, которая столько лет была рядом. И тут вдруг я потерял и вторую тоже. Вернее, мне тогда казалось, что потерял. Было полное ощущение, что это конец всему. Вот и искал утешения. Но потом понял, что мама меня по-прежнему любит, а форум затягивает куда-то не туда… Ну, да об этом я тебе, помнится, когда-то  уже говорил.

Максим, прогоняя невесёлые воспоминания, тряхнул головой так, что светлая чёлка упала на глаза, сделав его совсем юным и очень похожим на того парня, в которого Саффи влюбилась шесть лет назад. Она не стала сопротивляться возникшему желанию, подняла руку и отвела волосы в сторону, погладила лоб, висок, скулу. Максим сначала замер, сдерживая себя, но потом не выдержал, шевельнулся, и пальцы Саффи скользнули к его губам. Она хотела отдёрнуть их, а он не дал, прижал своей рукой и закрыл глаза. Саффи затихла. Все воспоминания, вся боль долгих шести лет сразу обрушились на неё, тут же уступив место чему-то светлому и невероятно большому. Хотелось сидеть так долго-долго и даже не двигаться. И чтобы вокруг никого не было.

Но больница жила своей жизнью. И вскоре Саффи и Максима вежливо попросила пересесть на другой диванчик санитарка, мывшая полы. Саффи едва не застонала от разочарования из-за того, что минуты удивительной близости закончились так быстро. Однако Максим, будто уловив это, шепнул:



Яна Перепечина

Отредактировано: 30.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться