Потомок древних королей

ГЛАВА 25

В небольшой, хорошо протопленной комнате возле камина сидели двое мужчин. Обоих я знала. Тот самый старый ведун и Тарус. Держали в руках рюмки, очевидно – с чем-то крепким. Увидев нас, Тарус свою рюмку отставил.

Я подскочила, хлопнула его по плечам, радуясь встрече.

- Доехали! Всех довезли? Все хорошо?

Пока Влад стаскивал с меня пояс и полушубок, Тарус рассказывал как прошел их поход. Как обоз попал в снежный буран в степи, как прятались в повозках на сене, укрыв коней, согревая телами раненых, кутаясь в меховые плащи, накрываясь с головой пологами.

- Хорошо, что зарядило ненадолго, да большого мороза тогда не было – в сильный холод под ветром тяжко. Разожгли потом костры, согрелись горячей похлебкой…

Рассматривал, как я одета. Штаны из мягкой толстой замши, тонкую суконную рубашку под горло, длинную меховую душегрею из драгоценного пятнистого меха с резными костяными пуговицами. Смотрел на косы, спрятанные в кружевной платок на затылке, озорную шапочку с перышком. Рассматривал с удовольствием, с мягкой теплой улыбкой.

Меня пустили в кресло у камина и я вытянула ноги ближе к огню. Все расселись, Владу тоже поднесли рюмку крепкой наливки. Мужчины выпили. Потом заговорил Мастер:

- Мы тут с утра все мозгуем, и не сходится у нас ничего. Кто тебе сказал, что бабка была суккубой? Невозможно это, не складывается. Я тут, – показал он на стол, заваленный книгами и бумагами, - переворошил все, что было о них. Это даже не люди, Дарина. И нет их уже, если и были когда. Вот то, что о них известно: демоны со способностью повелевать, управлять людьми при помощи непреодолимого обаяния. Пока похоже. Дальше – они страшны, как мои грехи. Там где-то описание. Посмотришь потом, если захочешь. И рисунки есть, но все разные – ни одного, точно похожего на другой. Это о чем говорит?

О том, что о них знают по слухам, по сказкам, очень давно передающимся из уст в уста. А каждый рассказчик обязательно добавляет что-то страшное от себя. Совпадает только то, что они умеют влюблять в себя и очаровывать. Я так думаю – красивая была твоя «пра» до умопомрачения. Мужики таких не пропускают, могли проходу не давать, а их подруги да жены сатанели от ревности и зависти. Вот и стали шептаться да обзывать. Это больше похоже на правду.

Ты так уверенно сказала тогда Владисласу, что я и…, а потом подумал – маленькая девочка что-то случайно услышала от старших - промелькнуло в разговоре, а отложилось в голове, как истина. Взрослые же умные, всегда правы… Так как-то. Так что про суккубов – это ты брось, не думай даже.

Теперь - дальше... Как на мужиков твой облик действует – это понятно. Я вот, старый, сижу и любуюсь - оторваться взглядом сложно. Так это на всех красавиц так приятно смотреть. Это обаяние не суккуба, а женской красоты. Не посекли вас стрелами тогда, чтобы не зацепить, живой тебя взять - себе ли, на продажу ли… Успели рассмотреть во время боя. Кто-то из них, из тех – первых, выжил. Но я думаю, что скорее всего – все. Их путь мог совпасть с тем местом, где стоял их лагерь. Ты же тогда просто велела уходить, а куда – не уточнила. По тому, как вел себя второй отряд, Тарус мне рассказал – они уже знали о тебе. Потому и бросили все силы, чтобы уничтожить главную угрозу, выли от страха, когда поняли, что не успевают.

Волосы летящие и глаза синим светом горят… Про это скажу, что во время принятия Силы может быть все, что угодно. Как правило, это дело тайное, я ни разу не видел, но по себе знаю. Меня над землей подняло - воздух и ветер. Как выглядел при этом – не знаю. Отец тоже рассказать уже не мог. Почему потом это повторилось с тобой? Думаю, что ты тогда, увидев кинжал в руках, поняв, что дед сейчас был убит, такое потрясение испытала… Твой пробуждающийся дар в состоянии ужаса и гнева был впитан. Когда ты чувствуешь то же, то оно и прорывается.

Так, дальше… Тарус, я все правильно сказал, не забыл чего? Нет?

Я, Влад, почему вас сюда позвал? Дальше у нас очень тяжелый разговор пойдет, тайный. Здесь у меня скрыто все от чужих ушей, глухо. Ни подсмотреть, ни подслушать – комар не пролетит. Дочка, у тебя кто?

Влад непонимающе взглянул на меня. Вдруг разом бросило в жар, я задохнулась. Еле ответила сдавленно: - Светляки. – Отвернулась... Это же Тарус сразу знал, что никто ничего мне не показывал, что сама подсматривала в те ночи. Затошнило, потемнело в глазах от стыда, брызнули слезы. Я спрятала лицо в ладонях. Влад подорвался с кресла, подхватил на руки, прижал к себе, оберегая. Смотрел на Мастера, сузив глаза. Сделал шаг.

- Сынок, держи себя в руках. Я ничем не обидел ее, просто выяснил рабочий вопрос. А плачет потому, что душой еще чиста. Потом объяснит тебе, это не то, что я обсудить хотел. Дарина, где они? Гони сюда, в коробку.

Мои светляки возникли в воздухе, стайкой метнулись в ловушку.

Не могла смотреть ни на кого. Влад опустился в кресло со мной на руках. Уткнулась ему в грудь.

- Не прячься, Дарина. Я чую, что сейчас такое вылезет, что впору ему у тебя на груди прятаться будет.

Старик встал, подошел к столу, взял маленький тонкий кинжал, почти шило. Вернулся, сел на место, заговорил опять:

- Ты, Влад, меня давно знаешь и доверяешь, как себе. Готов ли ты довериться Тарусу, приняв клятву, как положено? Я не только про сегодня говорю, а и вперед заглядываю – сколько мне осталось-то? Он заменит меня, я ручаюсь за него, а его клятва на крови тебе уверенности придаст. Потом узнаешь его лучше – поймешь, что можно было обойтись и без этого. И, кроме того, мне поклянись, что оставишь его живым после сегодняшнего разговора.

Я подняла голову, посмотрела на всех по очереди. Тарус смотрел на Влада, тот – на него, обдумывая. Качнул головой, согласился. Старик кышнул на меня, я отошла к окну. Влад принял клятву, поклялся сам. Сел в кресло, протянул ко мне руки, я вернулась на колени, обняла его за шею. Старик продолжил:



Тамара Шатохина

Отредактировано: 28.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться