Повелитель Марлары. Книга 2: Перепутье

Глава 4. Неожиданно вместе

– Давай я тебя чем-нибудь стукну? – первое, что заявила Дарла, обнаружив себя в бескрайней степи.

– Доброе утро, – ответил ей Руан, ещё больше подливая масло в огонь.

– Какого ты нас сюда притащил?! – с особой свирепостью налегая на шипящие, поинтересовалась она.

– А разве не ты, поддавшись панике, кричала, что нужно бежать куда угодно?! – возмутился он.

Она как будто его не слышала, увлеченно рассматривая собственные ботинки.

– Так потрудись теперь объяснить зачем.

– Что значит «зачем»? – удивленно переспросила она, нехотя подняв голову.

– Зачем мы сбежали оттуда, не дождавшись Стражу.

– Все, с меня хватит, – сказала Дарла, закрывая глаза ладонью. – Ты с какого неба свалился? Как ты можешь жить здесь и не знать такие вещи?!

– Ты можешь просто ответить на вопрос, оставив при себе свои комментарии? – тоже понемногу выходил из себя Руан.

– Потому что колдовать имеют право только те, у кого есть на это разрешение. А у меня его нет. Посмотри сюда, – сказала она, вытянув вперед руку, обвитую змеей, – это артефакт, помогающий трансформировать энергию в заклинание. У Стражей тоже есть подобные, только законные и выглядят они совершенно иначе.

– Я не понимаю, – задумчиво произнес Руан.

– Не удивительно, – фыркнула Дарла, окончательно определив его как умственно-отсталого.

– Я не понимаю, почему для того, чтобы творить волшебство нужно разрешение.

– Потому что колдуем мы на крови, – объясняла Дарла тоном учительницы младших классов. – На своей крови. Но если её недостаточно или просто жалко, то сгодится и любая другая. Чтобы люди не поубивали друг друга, магия под запретом. Исключение, не считая приближенных к Правителю магов, сделали только для Стражей, так как они охраняют нас от появляющихся здесь хищных тварей, жителей друг от друга, и от самих себя. За нарушение этого основного правила – изгнание. Это все равно, что смертный приговор, только исполняется он дольше и мучительнее.

Она остановилась на какое-то время, а потом спросила:

– Теперь понятно?

– Да, – сухо ответил он, устремив взгляд куда-то в горизонт.

Дарла закрыла глаза и плавно опустилась спиной на траву. Она устала. За такое короткое время.

– Что с тобой? – спросил Руан, расслышав тихий стон, среди шороха травы.

– Я в порядке, – ответила она, оставаясь неподвижной.

Он наклонился и дотронулся до её плеча. Дарла вскрикнула от боли.

– Расстегни пуговицы, – сказал он.

Вместо того чтобы сделать это она испепелила его взглядом.

– Твоя рана….

– Не твоя забота, – отрезала она.

Одно резкое движение и оторванный рукав болтался у него в руке.

– Что ты наделал? – возмутилась Дарла.

Руан не обращая на нее внимания молча осматривал плечо.

Три на вид небольшие царапины покраснели и опухли, а неестественный оттенок сочившейся из них жидкости наводил на мысль об отравлении.

– Паршиво, – одним словом описал он и состояние руки, и настроение Дарлы, и их ситуацию в целом.

Для того чтобы исцелить разъедаемую ядом руку, ему нужна была всего пара минут, но это при условии наличия магических способностей, которых и в помине не было.

– Колдовать можешь? – спросил Руан и, перехватив взгляд Дарлы, рассматривавшей змею на поникшей руке, сам себе ответил: – Тогда не надо.

Сделав из оторванного рукава повязку, он забинтовал отваливавшуюся руку так, что теперь она держалась уже куда крепче.

– Пойдем, – сказал Руан, помогая Дарле подняться.

Куда, из-за сильнейшей слабости, ей даже спрашивать не захотелось.

Два часа скитаний прошли безрезультатно во всех смыслах: пейзаж не менялся ни на йоту, что уже принималось как данность. Гораздо больше расстраивало Руана, что ни одной из мало-мальски целебных травок на пути не попадалось, а кроме них надеяться в этой ситуации было особо не на что. Просмотреть или не узнать он точно не мог – эти самые травки болезненно въелись в памяти так, что если и захотел бы забыть, не получилось бы. И не удивительно, после того, как Арну оставил его такого же покусанного в заброшенной деревеньке далеко за пределами Марлары, начисто лишив, а точнее заблокировав способности. Урок-то он хорошо усвоил, а вот с наставником не разговаривал целый месяц. Но там у него хотя бы хижина была, и травки эти были понатыканы под каждой кочкой, игнорируя положенное время и регион произрастания.

К вечеру, который все же был обозначен полным исчезновением и без того едва различимых, но хоть как-то дававших освещение сумерек, Дарле стало хуже. Не облегчало положение и неожиданно свалившееся на них голодание. Поначалу просто болел живот, потом боль сменилась гораздо более мерзкой слабостью, головокружением и, смешно сказать, тошнотой. Дарла начинала все чаще и чаще терять равновесие и теперь не просто спотыкалась, а откровенно падала на землю. Сначала Руан думал, что во всем виновата слабость, но посмотрев в открытые, но не видящие глаза и разобрав в бессвязном шептании кому-то даваемые ответы, понял, что отравление имело ещё один побочный эффект: галлюцинации. Что она видит в этом бреду, представить было просто страшно.