Поверить в любовь

Размер шрифта: - +

Глава 2.

     

Я шлепнулась в лужу и зависла, с ужасом всматриваясь в место, где только что была моя уютная спальня. Сидела чуть ли не по пояс в холодной воде, сверху лился потоком, не менее холодным, дождь. А я никак не могла заставить себя пошевелиться.
- Этого не может быть. Просто не может. Никогда. И не со мной,- то ли причитала, то ли уговаривала я себя очнуться. 
Я обязана прийти в себя или решу, что в палате для "веселых и находчивых". " Да лучше в родной психушке, чем здесь,"- решила я.
Что-то такое же мокрое как я и пищащее подползло по мне и, подпрыгнув, уселось  на плечо. Уткнувшись в шею, затихло. 
- Яшка!- озарило меня.- Вот негодник !
Хотела скинуть в грязную лужу, что бы тоже побалдел от грязевых ванн. Но мне вдруг стало очень жаль себя и, чтобы совсем не раскиснуть, отложила разборки с Яшкой до другого, лучшего раза. Шмыгнула носом и поплыла, вернее поползла из лужи. Тихо хихикнула, представив какое я из себя представляю зрелище. 
Вот и хорошо! В какую бы не вляпалась историю, юмор мне не изменял. Да здравствует здравый смысл! Долой уныние! Надо разведать обстановку и решить, что делать дальше, принимая во внимание складывающиеся обстоятельства. 
Проведенная ревизия тела и моего здоровья, выяснила, что особого ущерба я не понесла. На мне теплые черные брюки, тонкий шерстяной свитер, с воротником под горло, темно-синего цвета, вязанные носки, подарок Ники и все. Не густо. 
Кругом темень хоть глаз коли и этот проливной дождь. Такое ощущение, что я в голом поле. По крайней мере, вокруг не видно деревьев. Мне очень холодно, да и Яшка дрожит. Здесь я ничего не высижу. Стала потихоньку злиться. Злость и раздражение набирали обороты.
- Ааааа,- закричала я. 
Постояла крепко зажмурившись, открыла глаза, чтобы убедиться, что картина вокруг все такая же унылая и поплелась куда глаза глядят. Вернее, куда ноги понесли. Все равно видимость плохая, вот и буду идти наугад. Хоть куда-нибудь да вынесет. 
Вскоре, посеревшее небо обозначило начало дня. Дождь все не прекращался. Я уже чувствовала, что скоро обзаведусь хвостом и плавниками. Устала до чертиков. Но останавливаться нельзя. Ладно я, Яшка что-то совсем тихий. Очень боялась, что он заболел. Не хватало, чтобы я здесь осталась одна.
Через несколько часов, а может вечность, совсем посветлело. Это означает, что день в самом разгаре. Заползла на небольшую возвышенность и уселась, вытянув свои несчастные ноги. 
Потихоньку любопытство взяло вверх и я огляделась. Вокруг степь с пожухлой травой. Редкие кустики колючих растений оживляли ландшафт. Издали виднелся черной каймой лес. Создавалось впечатление, что красок здесь нет. Какой-то серый мир. 
Небо застили тяжелые дождевые облака. Так вдруг захотелось солнышка. Струйки слез потекли по щекам. Я так замерзла, что они казались обжигающими. Поплакала вдоволь и поползла дальше. В голове ни одной мысли. Попробовала петь, не получилось. Вскоре упала у очередного пригорка. 
Не знаю сколько там пролежала, очнулась от того, что Яшка машет крылышками, периодически накрывая ими мое лицо и верещит. Окончательно оклемалась, услышав шум, выбивающийся из общей картины. Около меня на корточках сидел персонаж из фильмов о татаро-монгольском иге. Весь в тряпье, кривая сабля на боку и меховая шапка на голове в виде треуголки. Лицо закрыто шарфом или кушаком, не разберешь, по самые глаза. За спиной у него шагала серая масса людей. Понурые, еле волочащие ноги. И никому до меня не было дела. По обе стороны от них на лошадях ехали напарники моего невольного зрителя. Чучело рядом со мной рявкнуло и, схватив за руку, потянуло вверх мое уставшее грязное тельце. 
- Не трогайте меня. Сама поднимусь,- огрызнулась я и остановилась, открыв рот. Мой обидчик стонал, прижав руку к себе. Протянула руку. Пострадавший  шарахнулся в сторону.
- Не поняла, это шутка такая ? - разглядывала свои руки, объятые синим пламенем. - Да что со мной не так? - закричала я.
К нам, что-то издали крича, приперся еще один представитель аборигенов. Он посмотрел на мои руки, что-то резкое гаркнул и поскакал дальше. Мой абориген снял с лошади какой-то баул, вытащил из него подобие плаща с капюшоном и сбитые старые сапоги, которые были как раз на мою ногу. 
Я сняла носки, быстро прополоскала их в луже, выжала и надела. Поверх натянула сапоги. Ноги стопроцентно натру до мяса, но не ходить же мне все время босиком. Так и началось мое путешествие по этому миру. 
Общаться я ни с кем не могла, потому что говорили мы на разных языках. Да и с кем говорить? Я, хоть и невольная, но пленница, коей себя не считала. Приблудная больше подходит. А с пленниками у них разговор короткий. Несколько команд, которые выполнялись безукоризненно - это шагать вперед, не задерживая колонну, присесть на отдых, прямо на землю, есть, что тебе кинут. Кстати, на вид серый, жуткого вида хлеб, был очень сытным. Откусишь кусочек и жуешь как жвачку, пока он не растворится полностью. Запивали каким - то слабоградусным пойлом, которое как ни странно согревало. 
Я усаживалась отдельно. Меня боялись. Синее пламя больше спонтанно не появлялось, но решили не рисковать и меня не трогали. Вот и славно. А то не нравятся мне эти мордовороты. Не трудно было догадаться, чем они занимались по ночам с некоторыми, выдернутыми из общей массы особями. Я не различала в них женщин или мужчин. Кажется, разница никого не интересовала. Мы с Яшкой уплетали свой паек и засыпали. Отдохнуть не получалось, но немного расслабиться можно было.
Мои ноги кровоточили. Увидев как то это безобразие, мой охранник разорался и ушел. Скоро он вернулся со свертками. Мне подали мазь и новые носки, стараясь не касаться кожи. 
Я потихоньку начала радоваться этим моим синим огонькам и стала учиться контролировать их. Иногда получалось, иногда нет. Как со случаем с костром. Сырые дрова не хотели разгораться и я разозлилась, потому что было очень холодно и сыро. Этот проклятый дождь прошел, но солнца не было, а холодный ветерок высушить одежду не мог. На тракте осталось несколько умерших и я не хотела присоединяться к ним. Тем более, что со мной был Яша. 
Взмахнула руками и со всей дури тряхнула кистями в сторону костра. Огонь заревел как в кочегарке. Синее пламя, метра два высотой, горело несколько часов. Но кроме меня и Яшки никто не посмел к нему подойти. Славно мы с ним в ту ночь поспали. Мне удалось, наконец то, высушить свою одежду.
Мазь тоже оказалась чудодейственной. Я понимала, что охраняют и заботятся обо мне не случайно. Решили, наверное, сбыть по хорошей цене. Знать бы, черт их побрал, язык. Не хочу попасть к кому-нибудь в кабалу. Если  обладаю таким чудесным даром, то и блокаторы на него тоже должны быть. И эти сволочи на это надеются. В этом я была уверена.
Дорога просохла за два дня, но теперь новая напасть - пыль. Вездесущая пыль. Старалась дышать через воротник, но глаза щипало, тело чесалось. И, по-моему, мучилась только я. Но был один существенный плюс - идти стало легче.
Сегодня впервые познакомилась с местным солнцем. Ничем от нашего, кроме как меньшим размером, оно не отличалось. Только в небе еще зависли три небесных тела. Я с любопытством их разглядывала. С появлением солнца, заиграли и краски жизни вокруг. 
В середине дня колонну остановили и раздали ежедневный паек. Я лениво жевала свою  лепешку с сыром, отщипывая кусочки Яшке, когда услышала пронзительный крик и топот лошади. На великолепном сером скакуне, похожем на видение, скакала прекрасная девушка. Ее белокурые волосы развевались на ветру. Было очевидно, что это не наслаждение скачкой. Лошадь понесла. Толпа шарахнулась в сторону как единый организм. А я, как всегда. Мне больше всех надо. Яшка вцепился в мой свитер, больно царапая кожу, когда я бросилась наперерез несущейся махине. С моих рук вырвался сноп огня и скакун резко затормозил. Успела схватить его за узду, прежде чем его корпус взлетел вместе со мной. Он присел на задние ноги, балансируя в воздухе передними. Я мертвым грузом повисла у него на шее, судорожно сжав ладони. Отпущу - я мертвец. При этом еще и удивиться успела, что девушка  держится в седле и пытается совладать с животным. Совместными усилиями нам это удалось. Казалось прошла вечность. Но на самом деле мои спутники даже испугаться не успели.
Потом главный подбежал, но остановился на почтительном расстоянии, склонился перед девушкой, а затем что-то гаркнул мне. Я и ухом не повела, старательно гладя это красивое создание. Лошадь потихоньку успокаивалась, косясь на меня лиловыми глазами. Она еще подрагивала. Потихоньку стала ее обходить и увидела маленькую стрелу, воткнувшуюся глубоко в в мышцу правой ноги.
- Ох ты, маленький. Сделали тебе больно, мой хороший. Я бы этому уроду понатыкала бы стрелок в одно подходящее место, сволочь,- от резкого выражения, лошадь вздрогнула.- Ну прости меня дуру. Не хотела тебя напугать. А давай я уберу бяку ? 
Вытащила из кармана мазь, которую мне дали и стала ею мазать пространство вокруг стрелы, стараясь поглаживаниями отвлечь пациента. Мазь действительно снимала боль и я надеялась, что и сейчас это произойдет. В какой-то момент, резким движением вытащила стрелу. Лошадь даже не сдвинулась с места.
Теперь очередь наездницы. Она с прищуром наблюдала за мной.
- Привет. Я Ли, - приложила руку к груди.  
Девушка никак не отреагировала, а посмотрела на главаря и приятным мелодичным голоском что-то сказала. Главарь покачал головой. Они долго спорили.
- Что, боишься продешевить ? Скажи ей, что я не рабыня,- гаркнула я.
Блондинка с интересом и удивлением уставилась на меня, потом перевела взгляд на аборигена. Тот пожал плечами. Послышался шум приближающегося отряда.
Огого, какая бригада ! Ни фига себе мальчики ! Здесь становится интереснее. А то я нарисовала себе жизнь в дымной юртес одним из этих монголо-татаров. Все как на подбор красивые, статные. Не мужчинки, а конфетки. И когда стала нимфоманкой ?
Обернулась и увидела, что мои давешние спутники и серая толпа стояли на коленях. С интересом посмотрела на прибывших. К девушке подъехали двое. Один из них помоложе с тревогой расспрашивал девушку, а второй смотрел на меня и взгляд его мне не понравился. Он хмуро перевел взгляд на главаря. Тот, что-то заикаясь ему втирал, косясь в мою сторону. Одной рукой незнакомец держался за поводья, а второй сжимал хлыст. Медленно подъехав, он резко взмахнул им, намереваясь ударить меня, но я перехватила со свистом опускающуюся плеть. Огнем обожгло руку. От неожиданности, он выпустил рукоять. Я перехватив хлыст поудобнее со всей силой начала охаживать ею главаря.
- Ты тварь недоделанная. Я тебе покажу как наговаривать. Сказала же - я не рабыня. 
Била его с усердием, пока не выдохлась. А затем стремительным броском отправила хлыст хозяину, смерив его презрительным взглядом. 
Ошарашенные свидетели молча взирали на представившуюся картину. Первой пришла в себя девушка. Она что-то быстро затараторила. Незнакомец посмотрел на нее, кивнул и, развернув коня, поскакал прочь. Ко мне подъехал парень, который стоял рядом с девушкой. Он мне что-то сказал, но я пожала плечами, давая понять, что ничего не понимаю. Тогда он протянул руку. Я с настороженностью посмотрела на него, потом на девушку. Она мне улыбнулась. 
"Ладно. Раз Вы требуете, меняем декорации,"- сказала я себе и подала руку. Меня усадили позади всадника. Все это время, вцепившийся в меня насмерть Яшка, наконец то ослабил хватку. Царапины жгло.
- Ну ты и трус, Яша. Но молодец, что не отпустил. Я тебя люблю,- сказала я. Засунула его под свитер, чтобы не свалился и мы поехали.



Андромеда Северова

Отредактировано: 15.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться