Повседневная жизнь студента-некроманта

Глава седьмая

На поверку подвал, где вел занятия декан, оказался вполне презентабельным. Крысы не шастали под ногами, плесень не проглядывалась на стенах, только пауки свисали с потолка, словно новогодние игрушки на елках. В воздухе витал металлический запах крови с нотками чего-то смутно знакомого. И, да, никакой двери с письменами, ведущей в лабораторию с улицы, не было, вернее, дверь-то была, но вела она совсем не в подвал, а в бестиарий со злобными духами, призраками и прочими бестелесными сущностями.

Стоило мне войти в аудиторию, как глаз зацепился за стол – длиной и шириной с человеческое тело. На нем возлежало нечто прикрытое черной простыней. Если бы можно было отказаться от ужина и остаться в неведении, то я бы так и сделала. Но надо ли гадать? И без того ясно, недаром же дисциплина называется: «Эксгумация и особенности работы с неживой материей». Вот и лежит на столе труп, а то и парочка трупов. К огорчению Деавин, свободным осталось место перед самым носом у преподавателя. Едва проревел звонок, появился и сам магистр Фортрен. Остаточное волнение пространства под его ногами, говорило о том, что мужчина воспользовался порталом.

- Сегодня у нас практическое занятие, – воодушевлено улыбнулся он, в предвкушении потирая руки. – Вы рады? Нет! Печально, ибо мне наплевать, дружненько подходим к столу и разбираем рабочий материал.

Небрежный жест и черная простыня сползает на пол. Гора мертвых зайцев, причем облезлых и дурно воняющих зайцев, открылась взору хмурых некромантов.

- Фу, ну и запашок, – словно прочитав мои мысли, прогундела сквозь зажатый нос Шарантиль, староста нашей группы. Не скрывая отвращения, девушка уткнулась носом в плечо соседа.

- Меня сейчас стошнит, – взвизгнула Лалайрель и пулей вылетела из лаборатории.

Мы дружно проводили ее взглядом, едва ли не давясь от зависти. Казалось, даже стены пропитались смердящим запахом. Воистину магистр – маньяк-садист! Пытаясь совладать с рвотными позывами, я задержала дыхание, но еще никому не удавалось долго обходиться без кислорода. Чтобы лишний раз не смотреть на благоухающую гору трупов, задрала голову к верху. Позади без сознания валялся Джолаф, которого я мысленно нарекла зубрилой. Он постоянно ходил с книгой и шептал заученные фразы, первым отвечал на заданные вопросы. Аугуст не спешил приводить парня в чувства, но это было понятно. Не пристало аристократам проявлять благородные чувства к челяди. Не ровня, а значит, не достоин внимания. Одно дело, если общение сулит выгоду, как-то помощь в учебе, но когда объект обхаживания ослабил бдительность, можно не притворяться.

- Право слово, всего-то две недели, – деланно оскорбился магистр, качая головой, а затем как рявкнул: – Ну, что встали, разбираем! Или мне вас разобрать на части? – одногруппники подпрыгнули на своих местах и, уступая друг другу дорогу, посеменили к преподавателю. В виду отсутствия вежливости, образовалась толчея. Когда проход освободился, на меня выразительно посмотрели холодные голубые глаза, – Старикова, подойди.

«Я стена, прозрачная стена», – зашептала про себя мантру, словно защитное заклинание, а вслух:

- Это вы мне? – ткнула в себя пальцем, словно нерадивый ученик. Как никогда захотелось провалиться под землю. Чувство прекрасного осенило себя крестом и приготовилось к наихудшему.

- Не заставляй повторять дважды.

В итоге, мне всучили по зайцу и велели раздать ученикам, кои изображали из себя безмозглых зомби. Прошла целая вечность, прежде чем я присела. Хотя как присела, рухнула, не видя ничего перед собой.

- Неужели, нет заклинания, способного заглушить эту вонь? – тихо осведомилась у Деавин. Подруга отчаянно боролась с тошнотой и на мой вопрос слабо махнула рукой.– Эй, с тобой все в порядке?

Эльфийка покачнулась и, если бы не моя мгновенная реакция, рухнула бы на пол. Боюсь представить, сколько крови и нечистот побыло на его поверхности. Вздох облегчения застрял на полпути, стоило заметить мастерское движение ножа по направлению к хладному тельцу. Декан демонстративно потрошил тушку, четко проговаривая действия. Посмотрела на свой нож и шумно сглотнула. Одно дело разделывать купленную в магазине курицу, а другое – ушастый комок меха с разлагающейся плотью и ползающими по ней личинками.

К неудовольствию преподавателя с заданием справились единицы, и я в их число не входила. Поскольку большую часть времени бурно изображала деятельность, с трудом отпиливая лапку, затем усиленно вспоминала, что нам показывал декан, так как мозг отказывался вспоминать жуткое представление.

После желудковыворачивающего занятия мы пошли на час общения с куратором. Помимо самого куратора в аудитории присутствовала магистр Эоссе собственной персоной. Лицо ее выглядело скучающим и уставшим, она чуть ли не зевала открыто. Магистра Ларго же дергался при каждом резком звуке и был явно чем-то взволнован. На мое приветствие он вяло улыбнулся, а железная леди... а железная леди – это была железная леди, своим принципам не изменяла.

Едва мы расселись по местам, как эльфийка поведала о причине визита. Оказывается, она пришла напомнить о практическом занятии в субботу.

- ...и мозги прихватите или чем вы там думаете, мы не на пикник идем, – сказала она, хлопнув напоследок дверью.

- Помню, как нас первый раз отправляли на практику по травологии, какое это было увлекательное мероприятие, – протянул куратор мечтательно, но видя наши поникшие мордашки, отвлекся от воспоминаний. – Ребята, не забываем записываться в кружки, осталось не так много времени на раздумья. Или вы хотите, чтобы магистр Фортрен выбрал за вас? Шестой курс в свое время объявил протест, теперь вот всей группой вытачивает из камня гробы и прочую атрибутику для похорон. Не стану вас задерживать больше необходимого, лучше уделите свободное время подготовке к практическому занятию. Не огорчайте магистра Эоссе.