Позвони мне, позвони!

Размер шрифта: - +

Глава третья

* * *

 

Ким откинулся на спинку хлипкого складного стула и прикрыл глаза. Умной программе понадобится не больше двух минут, чтобы сделать расчеты, но у него язык не повернулся остановить Эмму, попросить ее не убегать. Его не покидало странное чувство, что невольно вторгся в ее жизнь, заглянул за краешек того, чего не должен был знать. Не о параллельном мире, нет. О самой Эмме. Подобно гостю, что заваливается с утра пораньше, когда хозяева еще спят, и застает их в их естественном виде, еще не успевшими напялить маски повседневности, он чувствовал, что совершил вторжение во что-то интимное. Возникла мысль, что не столь уж многих людей за всю жизнь доводилось ему заставать вот так врасплох. Генка, разумеется, не в счет. Но даже любовницы Кима всегда старались утром выскользнуть из постели до того, как он проснется, чтобы навести красоту и встретить его во всеоружии. Словно боялись, что в естественном виде могут ему не понравиться, оттолкнуть. Сам он не был уверен, что этого не произошло бы.

Но Эмма, похоже, была совершенно чужда подобных комплексов. Да и с чего бы? Это Генка разбудил ее звонком, вторгся в ее личное пространство. И схлопотал по заслугам. Ким улыбнулся: еще сонная, но уже воинственная. Ему всегда нравилась в людях решительность и умение отстаивать свои права и мнение. Эмма явно была не из тех, на кого легко давить. Живой ум, развитый интеллект, самокритичность и чувство юмора делали ее отличной собеседницей, и это невероятно импонировало Киму. Раздражала, правда, собственная мальчишеская реакция на сексапильность рыжей бестии. Хотя, может, это магия какая-то? Она же ведьма. С ума сойти! Ведьма!

 Впрочем, это было не единственным, из-за чего стоило сходить с ума. Нелепый заказ обернулся неожиданным открытием. Ким сразу и безоговорочно поверил в то, что вышел на связь с иным миром. «Интересно, сколько бы Эмме пришлось доказывать мне это, будь я сейчас в своей квартире?», - невесело усмехнулся он. Бардси. Во всем виноват Бардси. Чумной остров. И ведь как подвел, подготовил к восприятию невероятного! Этот туман, потом – рассвет... Неужели сама природа здесь знает о невозможном? Ким снова усмехнулся, подумав о том, что его психика должна сейчас метаться в поисках рационального объяснения заколдованному Генке и грифону на экране. Увидеть такое, и можно смело вызывать самому себе психиатрическую неотложку. А он вместо этого думает о самой обыкновенной девушке в пижаме, ее личном пространстве и умении вести интересные беседы. Нет, о самой необыкновенной девушке. Черт! Ким выпрямился и открыл глаза. Скривился, сообразив, куда завели его мысли. Тусклый свет монитора – волшебный свет, льющийся из другого мира – поигрывал на глянцевой обложке книги. Тролль, казавшийся теперь почти бурым, скалился теперь сально.

Свернув окно видеосвязи, Ким проверил расчеты. Вроде в это время и в этом месте наложение происходило вполне регулярно, и будет происходить еще почти неделю. Потом можно двигаться за солнышком. Так просто он теперь ни за что не откажется от сказки. Ким подмигнул посерьезневшему троллю, потянулся. Вдруг стало тоскливо от мысли, что Эмма все еще занята своими делами. Захотелось снова ее увидеть, но Ким, скрипнув зубами, призвал себя к порядку. У человека дела. Она совсем не обязана сидеть с ним с утра до вечера. Но ведь так хочется! Где-то в глубине души скреблась детская обида: словно почитали книжку до самого интересного места и отправили спать. Вроде и понимаешь, что завтра узнаешь продолжение, но невтерпеж! Заставив себя отвлечься, Ким принялся проверять алгоритм программы, которая так опрометчиво связала его с параллельным миром. Ничего необычного не нашел – программа, как программа. Внутренний голос тоже молчал. Знаменитое среди заказчиков чутье Кима на ошибки воспринимало столбцы команд единым целым. Если, конечно, магия иного мира не отключила это чутье начисто.

Ким протер воспаленные от бессонницы глаза, провел рукой по небритой щеке. Ну и рожа у него, наверное! Господи, что Эмма могла о нем подумать?! Вообще о них. Сначала пьяный Генка, потом он сам – красноглазый и заросший. Позорище! И вдруг вздрогнул, осознав, о чем думает. С каких пор его стало беспокоить, как женщины воспринимают его внешность, будь она неладна?! Но все же встал, плеснул в лицо холодной водой, пристроил за монитором зеркальце, приоткрыл, впуская побольше света, полог палатки и побрился. Потом всыпал в турку убойную дозу кофе и поставил допинг на медленный огонь спиртовки. Заснуть он себе не позволит. Какой сон, когда тут такое?! Засунув руки в карманы, какое-то время он сверлил взглядом напиток. По закону подлости тот закипать не желал. Но Ким по опыту знал, что, стоит отвернуться, и кофе сбежит. Все, что было связано даже с простейшими действиями по приготовлению пищи, всегда вызывало у него острое неприятие. Уже то, что человеку приходится тратить часть жизни на удовлетворение таких простейших физиологических потребностей, как еда и сон, бесило. И уж тем более выводила из себя необходимость заботиться об их обеспечении. Собственную жизнь Киму удалось организовать так, чтобы свести потерю времени к минимуму. О порядке в его квартире заботилась домработница Клавдия Карловна, а Генка, прочно обосновавшийся на его территории уже три года как, безраздельно владел кухней. И, надо сказать, готовить у него получалось отменно. Ким с тоской подумал, как будет справляться с заботой о хлебе насущном теперь, когда Генка потерял дееспособность, но тут же вспомнил о круглосуточном обслуживании в ресторане на побережье Уэльса и успокоился. Верить в то, что заточение друга в жабьем теле продлится слишком долго, не хотелось, и Ким старательно отмахнулся от этой мысли. За размышлениями он едва не пропустил момент, когда кофе вплотную подобрался к краю турки, а выключив спиртовку вовремя, даже испытал некий прилив гордости – не часто ему удавалось хоть что-то приготовить правильно.



Варвара Кислинская

Отредактировано: 24.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться