Правая перчатка призрака

11. Борьба

Я потеряла крёстного навсегда, как человека. А Дух его жив. Мысли ― наша сила. Если мы перестанем жалеть себя, жаловаться на судьбу, переживать из-за всего, ― победим. Победим слабое в своём «я». Чтобы преодолеть трудности любого рода следует смотреть им в лицо. Борьба ― сестра.

Необходимо подниматься по утрам, принимать еду, идти на работу или в школу, делать дела, читать, писать, думать, понимать и принимать ― принимать всё, как есть. У каждого человека своя сила воли, выдержка. Лучше преодолевать, чем винить судьбу. Лучше плыть против ветра, чем бояться зайти в воду. Всегда лучше чувствовать себя сильным. Покоряться судьбе иногда кажется проще. Но кто видел её саму ― Судьбу? Кто разговаривал с ней? А может, это мы сами? Вдруг мы можем помочь другому человеку? Спасти человека? Стать сильным? Плыть и целовать ветер, чувствуя, как набираешься сил  и побеждаешь то, что совсем недавно казалось непобеждённым.

         Изо всех сил я старалась не думать о трагедии, ибо она причиняла всем боль. Самая страшная история произошла с крёстным. Он плакал, так как  я не догадывалась кто он. Может теперь получится установить контакт с призраком?  Только так я могу заглушить боль  и поверить, что когда-нибудь услышу слова призрака. Многодневные слёзы и нерасчёсанные волосы  не смогут вернуть любимого человека.

Духу крёстного не по душе наши страдания и мучения. Он желает видеть других и меня сильной, непобедимой. А впереди меня ожидали экзамены и поступление на факультет  Парапсихологии ― место учёбы, которое для меня выбрал он.

Ночи меняли дни, точно тёмные одинокие птицы. Каждое утро на моих веках оставались следы ночных слёз. Папа утверждал, что маме не следовало говорить мне о случившемся. Папа принадлежит к тем людям, которые любят  оставаться в неведении. Я другая. Мама говорила, что обманывать меня было бы хуже. Маме немного легче от того, что я знаю.

Бродила опечаленной тенью, пытаясь отогнать самые мрачные представления смерти крёстного. Тот вечер у дерева,  считаю своим вторым рождением. Близкая молния воскресила его в призраке, чтобы он спас меня. Теперь я разобралась в сильных сторонах своей личности, стала сильнее и упрямее, ― упрямее в хорошем смысле.

Разложив такие мысли по многочисленным ящичкам моей мыслительной деятельности, я сделала вывод, ― отныне я твёрже скалы и плакать, да отчаиваться себе больше не позволю.

За несколько часов  прошла осмотр на справку в бассейн и достала из-за  шкафа доску для плавания, спрятанную в тот злосчастный день.

Наверно, написанное мной выше, выглядит несколько сумбурным. Но если хочешь оставаться розой, будь готова наточить собственные шипы. Без шипов ты не роза.

Мой день стал ещё более распланирован. Да так, что постоянные занятия могли лишь настроить меня на любые учебные начинания и продолжения, а не отбирать будущие победы или стремление к ним. Борьба. Только борьба может включить свет там, где нет абажуров. Это внутренний свет. Он сохраняется навсегда. Жизнь ― ларец событий, воспоминаний и бесконечного будущего. А будущее всегда  ― исполнение желаний, правда, значительно позже. Загаданное всегда сбывается, когда его опережают другие желания, более новые и нужные, явно изысканные.

Раньше всегда хотела научиться плавать, а теперь мечтаю увидеть призрак крёстного ― живой призрак, как бы странно это не звучало.

Что такое судьба? Ковёр на стене нашей жизни. Ковёр с глазами, ушами, руками, ногами. Чего нет у ковра судьбы? Рта. Судьба немая. Она не говорит. Если бы все чувствовали утверждение Ломоносова об энергии так, как чувствую его я. Люди бы радовались чаще. Мир. Он полон цветов, посаженных мной и тем, кто станет мне другом. Каждый из нас сеет свои цветы.

Я пришла в бассейн к восьми утра. Огромная комната, наполненная водой. Почему вода цветная?

 ― Во всех бассейнах вода разноцветная? ― спросила у женщины в белом халате я.

― Что ты, девочка, не выдумывай! Вода чистая и едва голубая, как обычно.

Я в изумлении рассматривала воду. В ней оживало счастье, если счастье можно представить, спустившимися в воду, оттенками.

― Ты умеешь плавать? ― поинтересовалась у меня женщина в белом халате.

― Учусь! ― сказала я, демонстрируя розовую доску для плавания, с изображением дельфина в самом центре.

Женщина фыркнула и ушла, оставив меня одну, наедине со своими «выдумками».

 ― Не нужно было спрашивать про воду!  ― вслух пробормотала я, и мой голос разлетелся осколками эха по всему пространству.

Переоделась ещё в раздевалке. Чёрный, слитный купальник с россыпью розовых, красных и жёлтых цветов. Люблю купальные одеяния с юбочками. Мне нравится, как высыхают воланы.

Заплела две косички и не стала надевать на голову резиновую шапочку. Она сильно сморщивает кожу на лбу. Лучше косички по воде, точно два весла.

Обратив внимание на лесенку, я подошла к ней, взялась руками за поручни и охватила взглядом всю воду.

Вода показалась мне чародейно странной. Из глубины до журчащей поверхности ― всюду ― плавали блики неповторимых цветов: жёлто-розовых, зелёно-золотистых, неведомо-синих, серо-сизых. Они следовали друг за другом, смешивались и выдавали новые, совершенные оттенки диковинно настоящие и знающие меня. Да, они ведали обо мне. Смотрели, будто могут смотреть. Я застыла. Опасалась зайти в цвета и потревожить их.



Анна Туисова

Отредактировано: 06.06.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться