Правила боя. Колдун

Размер шрифта: - +

Глава 16. Желание большего

У Ивена раскалывалась голова.

   Казалось, вчера его головой выбивали двери. Он не помнил кто, но мнилось, это был Майорин. Видно он решил перестать попусту растрачивать силу и нашел другой метод в уничтожении преград...

   - Надо опохмелиться. - Простонали слева. - Ох, матушка моя, как пить хочется... Неужели ни капли?

   Осторожно, боясь расплескать разжиженный мозг, маг повернул голову. Менестрель стоял посреди комнаты и неуверенно шарил по столу руками. Валья приподнял кружку, поднес ко рту, брезгливо поморщился, но отхлебнул.

   - Вода? - прошелестел Ивен, непослушным голосом.

   - Нет. - Сдавленно ответил менестрель. - Самогон. Фу....

   - Лучше?

   - Нет. - И опять отхлебнул. Ивен отвернулся. Видеть, как кто-то что-то употребляет внутрь, было невыносимо, у мага наоборот все рвалось наружу. - Помнишь, что вчера было?

   - Не очень... Но наливал, кажется, Майорин.

   - Серьезно? - менестрель начал оживать, даже удивленно приподнял пепельную бровь. - Вообще ничего?

   - А ты?

   - Я... - Валья задумчиво оглядел комнату, отставил кружку. - Урывками.

   Маг растерянно слушал, как менестрель торопливо упаковывает лютню в чехол. Валья же, ругая, на чем свет стоит, неловкие с похмелья пальцы, путался в петлях и пуговицах чехла и чертыхался. За дверью менестрель столкнулся с Майорином.

   Колдун был обидно трезв и впечатления похмельного человека не производил. Растрепанный, он немного зевал, чуть щурился - но больше походило на то, что только проснулся и не успел умыться. Майорин на ходу перевязывал спутанные волосы шнурком. С неудовольствием Валья отметил, что колдун если не улыбался, то немного отошел после вчерашнего.

   - Доброе утро.

   - Доброе? - поразился менестрель, Ивену он соврал, вчерашнее плотно запечатлелось в его памяти. - Ты уверен?

   - Ну... маг же ничего не помнит...

   - Вот именно! А ты куда пропал? Куда тебя бесы унесли? Я уж подумал, ты решил взять Цитадель в одиночку!

   - Я конечно хотел... - Хмыкнул Майорин, продолжая бороться со шнурком. - Но решил, что без Ивена заблужусь и напортачу. Как считаешь?

   Валья закатил глаза:

   - В своем ли ты уме? Все! Все вчера видели, как ты тащил его за шкирку по коридору. А теперь он единственный, кто об этом забыл. И как?

   - Тише, менестрель, не вопи, не на помосте. Я ему помог... совсем чуть. Ты прав, я вчера был не в себе. С истоками иногда случается.

   - И что теперь делать?

   - У тебя хватило ума не рассказывать Ивену о вчерашнем? Думаешь, у других недостанет?

   - Уйди с глаз моих, сумасшедший! - возопиял Валья, справил священный треугольник, нацелив тот на Майорина, и пошел по коридору, чересчур прихрамывая.

   - Эй, Валья.

   - Чего еще? - огрызнулся менестрель.

   - Спасибо, что остановил. - Майорин решительно распахнул дверь и вошел.

   Нужно было собраться поскорее. Бледный маг сидел на кровати, баюкая в руках голову.

   Щелчок пальцами и ловко пододвинутое ногой ведро.

   - Доброе утро, маг!

   - Пошел ты! - маг согнулся над ведром, остальные эпитеты потонули в рвоте протрезвляющего заклятия. Колдун в это время достал из-под кровати сумку и принялся раскладывать вещи.

  

   Валья постоял немного, а потом широко улыбнулся, поудобней перехватил лютню, и та взволнованно ответила ровным гудением. Однажды он напишет про них балладу. Про менестреля, вечно ищущего приключений и новых слов. Про колдуна, который был рожден правителем, но стал колдуном намного больше, чем кто-либо другой. Про мага, перепутавшего ум с мудростью. Про исток, что никак не хотела быть истоком. Про отважного оборотня и ехидных близнецов. Про чародеев и магов. Вот только вряд ли все уместятся в одной балладе.

   Видно придется писать цикл...

   А именно эту он назовет: "Песнь уходящих". Где будет воспета жажда справедливости и отвага, сила и доблесть, добродетель и...

   Валья так задумался, что перестал прихрамывать. А может, это крылья музы сделали тело легче и подарили некрасивому лицу блаженную улыбку безумца, свойственную всем творцам.

  

   На всю Сопку были одни единственные ворота, которые, как раз сегодня, тщательно заложили камнями. А тоннели гномы пообещали обрушить в самый неподходящий момент, коли тот наступит. Неподходящим момент, разумеется, был для атакующих город магиков.

   Братья Оверкаллены, так и не сдюжившие починить портальный переход, умудрились повернуть кристаллы так, что теперь в радиусе трех верст во всех направлениях телепортация стала невозможной. Разгневанный Люта не пожалел слов на обоих, но возвернуть "как было" у близнецов не вышло, а кроме них в телепортах никто не смыслил. Люта, который после снятия проклятия стал подозрительно разговорчив, разразился тирадой о шаловливых ручках и куда их нужно засовывать, если занять нечем. Оверкаллены пристыжено молчали. Удовлетворившись раскаяньем, Молчун поставил братьев в известность, что отправил в Инессу ворона, и Орд Бобр будет рассчитывать переносы с учетом этой особенности.

   - К тому же, теперь мы можем не беспокоиться за безопасность наших союзников.

   - А чего тогда недоволен? - взвился Орм.

   - Тем, что вы, рукоблуды клятые суете свои носы, куда вас не просят! - после этого оба Фотиевича надолго потеряли дар речи, присущий им, как и неуемность.



Анна Московкина

Отредактировано: 20.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться