Правила нашей ненависти

Размер шрифта: - +

24 глава

Кроссовки намертво застряли в липком снегу и я, обливаясь слезами, начала руками откапывать себя, отказываясь слышать отборные ругательства Льва, высунувшегося из окна вслед за мной, стук входной двери и приближающиеся тяжёлые шаги. А потом только дикая боль в затылке и мир перестал существовать.

 

                История повторялась. Снова заднее сидение машины, рвота и скотч на руках и ногах. Только теперь я знала тех, кто увозил меня в неизвестность под какую-то оглушающую современную музыку.

                - Стас… - простонала я максимально громко, но Стас и ухом не повёл. Он сидел в пассажирском кресле и курил, подпевая хрипловатым голосом и грязно ругаясь, когда машину подбрасывало на очередной кочке.

                - Утром обещали метель, - будничным голосом сообщил Лев, закуривая. Я не видела его лица, но мне хотелось вцепиться в него ногтями и снять скальп. – Прекрасная новость, не правда ли?

                Стас захохотал и, оглянувшись, впервые посмотрел мне прямо в глаза. Мне показалось на секунду, что счастливый исход ещё возможен, но надежда сгорела в языках адского пламени, бушующего на дне зрачков, успевших стать родными. Сил кричать не было, да и к чему это? Кто бы услышал мой жалкий писк, если на всю машину орал Элджей?

                Довольно быстро мы остановились, и братья вышли из машины. Я попыталась высвободить руки, но тщетно, скотч не поддавался. Или у меня просто не было в резерве достаточно сил, чтобы бороться за собственную жизнь. Дверь со стороны ног открылась и меня бесцеремонно выволокли на снег. Я ударилась затылком о порог, но никому не было дела до таких мелочей. Стас собственноручно заклеил мне рот скотчем, обмотав его трижды вокруг головы, несмотря на мои мольбы и, подхватив на руки, как пушинку, понёс вглубь ночного леса.

                Полная луна освещала путь и крупные звёзды, беспорядочно разбросанные по чёрному бархатному полотну, приветливо поблёскивали. Могу ли я сказать, что когда-то ценила жизнь больше, чем в этот момент… Тело Стаса было напряжено, от него нестерпимо разило алкоголем, сигаретами и потом, руки слегка дрожали. Как много мне хотелось сказать ему, но Разумовский всё предусмотрел, и мне оставалось только заливать слезами его футболку и вспоминать все грехи, которые я успела совершить за свою недолгую жизнь.

                В какой момент всё пошло наперекосяк? Почему моя жизнь закончится так глупо? Я не получила ни одного ответа, но вопросов накопилось целое ущелье.

                Через несколько минут нас догнал весело насвистывающий какую-то детскую песенку Лев.

                - Мне надоело идти. – Рявкнул Стас и остановился, бросив меня на снег.

                - Как скажешь, - Лев пожал плечами и, достав из-за пазухи толстую веревку, начал сооружать из нее петлю. – Всё будет максимально естественно, записка готова, я положу ее Ане в задний карман джинсов. Твою толстовку, которую я снял с нее, мы сожжем по возвращении, и всё будет улажено. А утром наши следы уже никто и не заметит.

                Стас молчал, разглядывая виднеющуюся вдали трассу, где они оставили машину.

                - Нужно быстрее покончить с этим.

                Я громко мычала и извивалась, насколько позволяли перемотанные конечности, пыталась высвободить рот от скотча, но что стоят мои усилия против двух пар крепких рук в перчатках.

                - Прощай, Сова, - с нежностью произнёс Стас, держа меня в вертикальном положении, пока Лев закреплял верёвку на ветвях осины и накидывал петлю на мою длинную тонкую шею. – Мне будет тебя не хватать…

                С этими словами он разжал руки и отступил назад.

Может ли вся жизнь промелькнуть перед глазами за долю секунды? Теперь я знала, что может. Тело уже не подчинялось мне. Ноги били конвульсии, руки, сжатые в кулаки, рефлекторно поднялись на уровень груди, из носа хлынула кровь, заливая белую толстовку, в которую меня предусмотрительно переодели, прежде чем вывезти за город. Я судорожно пыталась вдохнуть, но воздух уже перестал поступать и мозг начал посылать телу беспорядочные сигналы.

Я поняла, что это конец, но последней мыслью, не покидающей меня до самой смерти было то, что я не успела узнать у Стаса, от какой душевной травмы его пытался избавить доктор Кавальский.



Ольга DeadShadow

Отредактировано: 20.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться