Право на беседу

Font size: - +

Глава 36

– Не вмешиваться! – издалека – не из лесного ли хутора? – доносился голос Деда.

Гденил злился, пушил слойку, но всех его ухищрений едва хватало на защиту.

Казалось бы, какая усталость? Глава СВК жил в режиме «а-ля кит» десять дней – с тех пор, как получил известие о прыгучем форпосте. Операторы дежурят в Узлах в полтора раза дольше. Еще и в библиотеки успевают залезать. Гденил это знал, рассчитывал и все же ошибся: Операторы работали под присмотром нянек; их шеф не работал – он жил, ощущая себя последним защитником осажденной крепости. Осаду чинили Совет и Бежа. Защитник держался – пока не поддался надежде: впервые с тех пор, как отложил золотой браслет, Гденил обратился за помощью. К ведьме!

И что получил?

Ничего. Кроме отказа.

Стоит ли удивляться, что начало схватки Гривастый выиграл? И пусть напор его слойки расти перестал, ослаблять давление историк не собирался.

«Надеется, зверч, что я долго не выдержу… А ведь не выдержу!» – с горечью отметил Гденил. Слойка, подобно потерявшему форму спортсмену, отрабатывала команды технично, но медленно.

Так почему бы не отступиться? Пусть Совет разбирается сам: с Узлами, форпостами, Операторами. Особенно с Операторами! У Службы появится новый глава, а Гденил, он достанет змейку и станет тем, кем давно является: золотым мастером, свободным в выборе планеты проживания и сферы занятий.

Знать бы еще, кто внес запись о правах легендарного золотого мастера в реальное соглашение между Пламастрой и Бежей.

Гденил лукавил: он не стремился ничего узнавать. Но сперва судьба вызвала его на Совет мастеров; после, словно издеваясь, подкинула туда Операторов, а теперь Гривастый вообразил себя боевым мастером.

От избытка сил… или от бессилия?

Догадка подействовала, как глоток воздуха на ныряльщика. Гденил рубанул по слою Тлимана, откуда – золотой мастер чуял это! – готовился новый удар. Слойка Гривастого просела – так моллюск захлопывает раковину, столкнувшись с угрозой. Подцепленные слои Тлиман удержал, однако новая атака запаздывала, и Гденил смог оглянуться. Не на мастеров – в прошлое: чтобы вспомнить и понять.

Вот Олучи – черная дыра по ней плачет! – представляет свидетелей. Вернее – подставляет. Гривастый доволен. Гденил зол. Дед как всегда мудр и рассудителен. Кто бы сомневался!

Вот Киттин – мало ему неприятностей с Клураном! – изображает оратора. Ему, видишь ли, нравится доверять! Гденил рискует. В последний раз он вступается за Всемогущих и получает… золотого Оператора! Откуда Рилда знает о змейке Гденила – вопрос особый, и укротитель Операторов разберет его позже.

А пока, Тлиман объясняет и обвиняет. Совет слушает. Вердэ щурится. Красавица Олучи покусывает губки. А потом Вутесса напоминает о своих знакомствах, и Гривастый срывается.

«Да у меня что? Слойка склеилась? Гривастый! Он же признался – своим нападением. И чего теперь стоят его претензии к СВК?»

Догадка прибавила Гденилу сил. Или историк исчерпал сюрпризы. Глава СВК исхитрился – высвободил слой. Повторить успех не получилось: Гривастый почуял угрозу и дернул зацеп. Слойка отозвалась болью, но Гденил лишь скрипнул зубами. Понял: может, если не победить, то держаться. И ждать.

 

***

 

Пока есть время!

Чутье оврина могло промолчать, но если просыпалось – не ошибалось. Тлиману казалось, что набат тревоги заглушает голоса в зале. Под пальцами пульсировала змейка – единственная тварь, не умеющая предавать.

– О, Источник! Рассуди сцепку по совести! – донеслось с амфитеатра.

«Совесть у Источника – это ново!» – с сарказмом отметил про себя Тлиман. Победа в сцепке – после первых успехов полосатый мастер почти поверил: она удастся! Довести главу СВК до срыва слойки – после такого не страшно хоть в слок, хоть в капсулу, как здесь некоторые изволили ему угрожать. А может, и не придется – если другие поймут и поверят: вот она угроза – глядит с запястья Оператора парой изумрудных глаз.

Любой оврин знает: золотая змейка выше двухцветной, а Долг оврина един, но многолик. Долг Оператора – спасать и защищать. Долг Совета – управлять Пламастрой. Но что, если золотые мастера решат защитить Пламастру от Совета?

Когда эта угроза возникла впервые, Тлиману удалось ее отвести. На время! Как часто его не хватает для убеждений, борьбы и интриг! Утром Тлиману казалось – времени хватит.

Нет, не хватило.

Как историк, Тлиман знал: предательство – извечный враг всех героев. Так было прежде, так случилось теперь. Предала ли Вутесса? Подвел ли союзник? Не иначе как зверч попутал Тлимана, заставив изменить давнему правилу: всегда и во всем полагаться только на себя.

Набат тревоги неистовствовал. Тлиман атаковал. Гденил казался измотанным, даже изможденным. Но надежда на победу над укротителем Операторов подразнила и сгинула. Предала! Тоже! Лишь змейка – утешение и отрада – ободряюще пульсировала на руке.



Елена Евдокимова

Edited: 08.12.2018

Add to Library


Complain