Право на выстрел

Пролог

— Фул, господа.

Маркиз Бертран выложил на стол карты, принимая ставку графа Гийома.

— Маловато будет.

Криво улыбнулся красавец-граф и открыл свои карты — на зеленое сукно легли четыре короля и фоска.

Все, кто находились рядом с игроками, тихо ахнули — маркиз, обычно обласканный фортуной, никогда так сильно не проигрывал.

В этом элитном клубе только для аристократов покерные ставки были довольно высоки. И в карты играли немногие, лишь те счастливцы, у кого средства позволяли расстаться не с одной сотней, а то и тысячей монет за вечер.

Доминик Андре шестой маркиз Бертран и бровью не повел, словно этот проигрыш для него ничего не значил. Он безоговорочно согласился с выигрышем графа Гийома.

Когда-нибудь это должно было случиться — и он должен был проиграть. Не все же время выигрывать?

Жюль, Джульетта Дюваль, его маленькая подружка, с которой маркиз жил последнее время и чьи деньги сейчас только что проиграл, конечно, расстроится. Но в сущности ничего страшного не произошло, без средств к существованию его подружка не останется, папа Жюль, один из известнейших и богатейших ювелиров в городе, немного покричит на неразумную дочь, а маркиза, скорее всего, выставит за дверь. Теперь у него появится повод. Жюль поплачет и забудет ветреного маркиза, который сходился с женщинами только из-за их денег, так как своих собственных у Доминика Андре не было. Как, впрочем, и титула. Маркизом он будет оставаться лишь до тех пор, пока его младший братишка не подрастет и не вступит в права на наследство, которое папаша Доминика пятый маркиз Бертран благоразумно оставил маленькому Матису, опасаясь, что однажды его старший сын выставит на кон не только имение, но и сам титул.

— Не хотите отыграться? — хищно улыбнувшись, поинтересовался граф Гийом, собирая со стола выигрыш и пренебрежительно рассовывая деньги по карманам.

— Мне нечего поставить на кон в данный момент, — почтительно склонил голову Доминик.

Он не лгал. Играть на то, что ему не принадлежит, он не собирался, а другого ничего он не мог предложить в качестве обеспечения ставки.

— Я вынужден отказаться от вашего любезного предложения, — улыбнулся он графу Гийому.

— Мне не нужны ни ваши деньги, ни ваше имение, ни ваш титул, — отмахнулся от него тот и, театрально выдержав паузу, чтобы к их игровому столу подошло, как можно больше свидетелей, продолжил:
— Мне от вас ничего не нужно, кроме одного.

Маркиз выразительно выгнул красивую бровь. Что хотел получить от него граф? У него же ничего нет за душой?

— Если вы проиграете, то добьетесь согласия и женитесь на даме, которую я вам укажу.

— Хотелось бы узнать ее имя, — усмехнулся Доминик.

Граф прекрасно знал, как ударить его побольнее — он хоть и жил с женщинами, находился на их содержании, но жениться не собирался.

Причин на то было две: отсутствие у маркиза титула и источника дохода, во-первых, а во-вторых, он ценил свою свободу гораздо выше всех богатств на свете. И если о первой причине известно было немногим, честно скажем, практически никому, то о второй сплетничало все окружение маркиза, в том числе и графу Гийому было хорошо известно, что вступать в брак в ближайшее время Доминик Андре не намерен.

Но в данном случае граф делал ему невероятно выгодное предложение, если разобраться, — в случае проигрыша Доминик практически ничего не терял, зато у него появлялась реальная возможность отыграться, причем ничем не рискуя. Свобода не в счет. Да и вообще, можно не добиться расположения и согласия указанной графом дамы. Не насильно же ее тащить к алтарю?

— Имя вы узнаете лишь в том случае, если проиграете, — лишь уголками губ улыбнулся граф. — Раньше времени я не хочу трепать честное имя порядочной во всех смыслах женщины.

— Но до сдачи карт меня все же интересует еще одна маленькая тонкость нашей ставки. Карточные долги принято отдавать — это непреложный закон, — маркиз склонил голову, всем своим видом давая понять, что он сделает все возможное, чтобы его не сочли уклонившимся от долга, — если в означенный вами срок я не вступлю в брак по какой-либо причине, то какое будет наказание должнику? Хотелось бы прояснить этот вопрос.

— Вы, маркиз, — эффектно взмахнув рукой, ответил граф. По всему было видно, что он подготовился к этому вопросу. — Вы вместе со всеми вашими потрохами поступите в мое полное распоряжение и будете моим рабом целый год: день в день, минута в минуту, секунда в секунду, если ровно через месяц вы не свяжете брачными узами даму в случае вашего проигрыша. Скажу вам убить, будете убивать, скажу лечь со мной в постель, ляжете и будете подставляться, как похотливая шлюха.

Все негромко ахнули и тут же зашушукались — о графе Гийоме ходили нехорошие слухи среди аристократов, что он предпочитает мужчин женщинам, и от него все старались держаться подальше, не сходясь близко. Но маркиз и бровью не повел, словно сплетничали в данную минуту не о нем и графе.

Доминик понял, что попал в пренеприятную ситуацию, «в клещи» — если откажется отыграться, его сочтут трусом, и ни один порядочный человек не станет с ним общаться. А если согласится и проиграет, то обязательно придется жениться. Ни одна порядочная женщина не захочет через год или больше иметь с ним дело после развода. Если бы он отказался сразу, не выслушав предложение графа, никто не осудил бы его за это. Но теперь выбора не оставалось…

— Я принимаю ваше предложение, — улыбнулся маркиз. — Составляйте бумагу, я ее подпишу, и выставляйте деньги на кон…

Чувствительные подушечки пальцев Доминика сразу же почувствовали крап на некоторых картах. Если сейчас объявить об этом, то его могут обвинить в шулерстве, а не графа: тот умело скинет крапленые карты — Доминик же не уловил момента, как тот подменил их. Обыскивать его не станешь, не принято в благородном обществе, а в этом клубе и подавно. Придется идти до конца.



Учайкин Ася

Отредактировано: 28.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться