Преданные. Хранительница кода

Глава 10

Утром меня разбудила Пигги, которая уже в пять часов сидела на моей кровати. Она принесла мне униформу, намазала раны какой-то липкой дрянью и, наложила новые бинты.
- У меня не получилось отмазать тебя от работы.
- Все нормально. Я справлюсь.
- Он бывает жесток.
- Бывает? У него нет сердца. Вообще.
- У всех есть сердце, милая, и ты это знаешь.
Нет. Не у всех. Но я не стану сейчас с кем-либо спорить по этому поводу, нет никакого желания доказывать очевидное. Кейдж редкостный ублюдок и, всем в округе это известно.
Добираюсь до ванной, думаю о том, как мне теперь помыться. Ладно, я и не в таких условиях бывала. На службе мне приходилось мыться, набирая холодную воду двумя руками из маленькой раковины. Я справлюсь.

Рубашка униформы прилегает к коже настолько, что мне приходиться прогибать спину назад, насколько это возможно, чтобы ткань не натирала раны.
На кухне со мной никто не разговаривает, лишь удостаивают меня своими короткими взглядами исподлобья. Селеста ведет меня в левое крыло дома Кейджа, говорит, что завтракает он обычно тут, а о каких либо изменениях в расписании всегда  предупреждает заранее.
- Мне жаль, – говорит она, когда мы поднимаемся по лестнице на третий этаж.
- Не нужно.
- Нэтали..
- Она здесь не при чем, меня наказали не из-за нее.
- Мы пришли. Найдешь дорогу обратно?
Киваю.
- И.. Алиша, не говори с ним, если он тебя не спрашивает.
Стучу два раза, вхожу, не поднимая головы. У меня нет второй спины, так что пока  лучше не нарываться. Краем глаза улавливаю фигуру, движущуюся к столу. По пути Кейдж накидывает на себя китель, поправляет воротник, отодвигает стул и садится на него, я тем временем составляю с подноса тарелки с едой.
Он смотрит на меня, не в наглую, уставившись прямо на лицо или, не дай Бог, на другие части тела, а искоса, мельком, почти также осторожно, как и я на него. Интересно, о чем думает этот человек по утрам? О том, как разрушить мир? Навести еще больший хаос в Аскате? Кого сегодня казнить? Хочется ли ему еще немного поспать, поваляться в кровати, подольше принять ванну? Кажется, нет, таких потребностей у него быть не может. Это людские потребности. Он – не человек.
Завтрак Кейджа проходит в полной тишине, также тихо я собираю посуду и ухожу. В обед все почти то же самое, никто из нас не проронил ни единого звука, не считая моего дурацкого вопля, когда я случайно, по привычке, облокотилась на спинку стула. Кейдж также ничего не сказал, лишь бросил на меня быстрый скованный взгляд.
На выходе встречаюсь с Пигги, она кивает мне в знак приветствия, хотя мы виделись утром, я натянуто улыбаюсь. Доктор Джей, пожалуй, единственная, кто нормально ко мне здесь относится, и еще Селеста, но я все равно не доверяю им обеим, они работают на канцлера, а значит, не могут быть моими друзьями. Невольно вспоминаю Кристофа, он ведь тоже теперь работает на Кейджа, но я все еще считаю его другом. Могу ли я ему верить? Интересно, видел ли он, как меня били, или знает ли что-нибудь об этом? Он не приходит больше и не выходит со мной на связь, это так на него не похоже.
Нэтали пилит меня своим взглядом, когда я возвращаюсь на кухню. Скидываю тарелки в раковину, поглядываю на озлобленную близняшку. Что с ней не так? Это я должна злиться. Она набросилась на меня, ударила, содрала с моей шеи цепочку.
- Где мой кулон, Нэтали?
- Должно быть, уже на дне унитаза.
Она нарывается? Нет, серьезно, я ведь могу и врезать и, не посмотрю на то, что моя спина в плачевном состоянии и мне приходится передвигаться, как оловянный солдатик из старой сказки.
- Верни мне его. Пожалуйста, – добавляю с неохотой.
- У меня его нет.
Возможно, Кристофер приходил, я ведь просила его, чтобы он разыскал Нэтали и забрал у нее кулон.
- Хорошо. Он ничего не передавал тебе?
- Что?
- Не «что», а кто! Кристофер Райли, парень которому ты отдала мой кулон.
- Послушай. – Она оборачивается. – Я понятия не имею кто такой Кристофер Райли, твой кулон забрал канцлер.
Кейдж? Какого дьявола?
- Ты уверена?
- У меня пока все в порядке с головой, в отличие от некоторых. Да! Я уверена. Не мешайся под ногами.
Я не хочу, чтобы эта вещь находилась у Кейджа, я не хочу, чтобы какая-либо, абсолютно любая моя вещь была в руках у этого ублюдка, точно не та, которая принадлежала моей маме, это святое, дьявол не может дотрагиваться до святого.
Возвращаюсь обратно, иду быстро, плевать на то, что рубашка сильно натирает спину, а патрульные в коридоре искоса поглядывают на меня. Распахиваю дверь, ничего мне за это не будет, я хочу забрать то, что принадлежит мне.
Пигги и Кейдж, стоящие рядом друг с другом, резко оборачиваются в мою сторону.
- Алиша! – верещит доктор Джей, ублюдок молчит, возвращает свой взгляд к чему-то более интересному, чем мое появление, я смотрю теперь туда же, в большой монитор на стене, которого не заметила ранее.
- Что происходит?

 Закрываю за собой дверь, прохожу вперед.
Подхожу ближе. Очередное сборище на площади. Пустой эшафот. Люди что-то кричат. Они кричат.. мое имя?
- Это.. – Разворачиваюсь на пятках.
- Они хотят возмездия, – отвечает Пигги, еще не услышав моего вопроса.
- Возмездия за что?
Я просто не понимаю. Это какая-то чушь.
- Ты преступница, Рейн, теперь все об этом знают. Тебя должны были казнить, как и тех остальных, которые были казнены за меньшее, чем сделала ты.
Теперь я понимаю. Они обозлились. Возможно это те люди, которых напрямую коснулась казнь. Может быть, это были их знакомые, друзья, дети, родители.. Они не понимают, почему я жива. Они хотят зрелища, они хотят правосудия. Что будет делать Кейдж? Конечно, он убьет меня.
Он вообще на меня не смотрит, наверняка, уже решился на что-то. Касается рукой лба, отворачивается от монитора. Наблюдаю за ним, он растерян. Это поразительное зрелище, лучшее, что я видела, хочу рассмеяться. Кейдж в замешательстве. Хватает рацию, нажимает какую-то кнопку.
- Заткните их, или я всех прибью! – рычит он.
Доктор Джей ошарашенно смотрит на него, кладет руку ему на плечо, он скидывает ее. Она беспокоится о нем. Добрая, внимательная, заботливая Пигги беспокоится о чудовище.
- Вы потеряете авторитет, сэр. Они собрались впервые. Это протест, Вы понимаете?
- Что ты предлагаешь?
- Вы всегда сами знаете, что делать, сэр.
В этот момент Кейдж бросает на меня взгляд. Конечно, он знает, и я знаю. Нет, ни за что. Я не вернусь на подмостки, я не собираюсь умирать, тем более таким образом. Если однажды я и погибну, то это будет ради чего-то или ради кого-то. Ради Лили, Кристофа, ради «сектора Б», ради свободы.
Он отворачивается, и теперь Пигги сверлит меня вглядом, я качаю головой и медленно отступаю назад. С каждым шагом увеличиваю скорость. У меня нет времени на раздумья, я должна бежать, и я бегу. Возможно мне удастся отобрать у кого-то из патрульных оружие и перебраться через ворота в «сектор Б».
- Алиша стой! – голос доктора Джей звенит в моих ушах, я не останавливаюсь. Патрульные смотрят на меня, но не понимают сразу, что происходит, почему я бегу. Если Кейдж отдаст приказ убить меня до того, как я покину дом – мне конец, я знаю это, но останавливаться не собираюсь, если сделаю это – все равно убьют.
Если до этого я слышала только цоканье каблуков Пигги, то теперь позади меня целая толпа патрульных, топот их ног сотрясает мои органы, я бегаю быстро, но вероятно, их оружие все равно будет быстрее. Спускаюсь по последней лестнице, первый этаж, выход.
- Не стрелять! Я сказал: не стрелять… доктор Джей!
Кейдж. Он кричит что-то вроде того, чтобы не стреляли. Отлично. У меня все получится. Выбегаю на улицу, вижу толпу разъяренных людей направляющихся к воротам Кейджа, я успею.
Выстрел. Что? Я останавливаюсь. Нет, мне не страшно. Боль. Ноги подкашиваются, я медленно оборачиваюсь. Пигги. Она стреляла. Пигги выстрелила в меня.