Преданные. Хранительница кода

Глава 13

ГЛАВА 13

- Она меня ненавидит.
- Ты сама виновата. Нэтали могли казнить из-за тебя.
- Но не казнили.
- Не важно. На кухне ты больше не появляешься.
- Так значит, он освободил меня от этого дерьма?
- Прекрати выражаться, канцлер этого не любит. Ты прислуга, Алиша – следи за языком.
- Кейджа здесь нет.
Селеста останавливается и пилит меня взглядом.
- Он повсюду, если ты еще не поняла.
- То есть он всегда наблюдает? – Оглядываюсь по сторонам в поисках камер. Слева в углу, две прямо надо мной. Они шевелятся. Реагируют на движения. Смотрю в одну из них.
- Эй! Верни мой кулон, сволочь!
- Ты больная?

Селеста зажимает рукой мне рот, я отпихиваю ее в сторону.

 – Это он больной! На всю голову.
- Иди за мной, тупица, покажу тебе все комнаты прислуги.
Следую за этой выскочкой, ненавижу цоканье ее каблуков и виляние задом.
- Прости, зачем мне это?
- К еде тебе прикасаться запрещено, кроме времени дегустации, поэтому теперь ты убираешь комнаты всей кухонной обслуги.
- Прости?
- Распоряжение канцлера.
Урод.
Селеста показывает мне комнаты всех кухарок Кейджа, и я, мягко говоря, пребываю от этого в шоке, меня вводит в ступор эта ситуация. Все их апартаменты находятся на цокольном этаже, прямо под правым корпусом здания. Их больше десятка и часть из них совершенно не обжиты, выглядят, как, обычные комнаты, не такие конечно, как у меня дома, или, тем более, не такие, как я видела здесь на верхнем этаже, но тут нормальные кровати, ковры, картины и даже книги.
- Я живу в подвале, – констатирую я.
- Верно. Также приказ канцлера.
- Я его ненавижу, – шиплю.
- Тсс.
- Будто он не знает об этом. Ублюдок! – намеренно, кричу, в надежде, что этот выродок меня слышит.
Женщина заводит меня в крохотное холодное помещение и включает свет. Пахнет сыростью и крысами. Фу.
- Здесь весь инвентарь
Обращаю внимание на грязные потертые веники, пыльные швабры с засохшими на них губками, ржавые ведра. Отлично.
- К этому вообще прикасались за последние лет тридцать?
- Ты будешь первой.
Что за черт? Я просто не понимаю. Если этот кусок дерьма хочет эксплуатировать меня в своем зловещем замке, то пусть хотя бы предоставит мне нормальные условия для работы, но нет же, все самое худшее, только для меня.
Селеста намеревается уйти, но я останавливаю ее.
- Можешь помочь мне?
Она слушает, но судя по выражению лица, без особо интереса.
- Я хочу найти девушку, говорят бывшая Кейджа.. В общем, мне нужно найти ее и поговорить. Ты знаешь что-то об этом?
Глаза женщины округляются.
- Кто тебе сказал?
- Птичка напела. Не важно. Ты знаешь, где она?
- Здесь запрещено об этом говорить.
- Но я же говорю. Да брось. Я вижу, ты что-то знаешь.
- Послушай, никогда больше не спрашивай меня об этом и не смей лезть на кухню с подобными вопросами. Я здесь достаточно давно, а все эти девочки, они ничего не знают, и если ты не хочешь накликать беду на себя и на них, прикрой свой ротик и молча работай.
Она что-то знает, знает, но не говорит и то ли боится, то ли просто она редкостная стерва и выпендривается.
- Ладно, зануда, – выплевываю я, – сама разберусь.
- Не лезь, куда не нужно, Алиша, и не забудь про расписание, ты по-прежнему дегустатор канцлера.
Я, конечно, надеялась, что он освободил меня от «удовольствия» видеть его рожу три раза в день, но, увы. Однажды, я всажу ему нож для масла в глотку, а лучше сначала в глаз, для большего эффекта.
Что я могу сказать об уборке? Полы я мою также ужасно, как и готовлю еду. Это просто адово дно. Весь этот дом, эти тряпки, это ржавое ведро, эта грязная вонючая вода, три раза брызнувшая мне в лицо. Наибольшее количество времени я убила на обыск всех этих бесполезных комнат, пыталась отыскать комнату Селесты, в которой я сама не знаю, что хотела найти, видимо поэтому ничего и не нашла, даже самой комнаты. Никаких распознавательных знаков, они все одинаковые, это жутко.
- Ты уже все сделала?
- Святые демоны! – Я вздрогнула. – Не нужно так подкрадываться.
- А тебе не нужно шарить по чужим вещам.
- Что.. э-э.. – Дерьмо. Камеры? И здесь?
- Я слежу за этим корпусом и за твоей работой. На первый раз я тебя прощаю, в следующий, – мне придеться доложить канцлеру.
Канцлеру! Канцлер! Канцлер! Канцлер! Все. Гребаное. Все. Здесь. Крутится вокруг него. Надеюсь, когда он сдохнет, эти люди умолкнут.
- Селеста, я не уборщица и не кухарка, все что, я могу нормально держать в руке это оружие.
Ее глаза темнеют до такой степени, что мне, кажется, из этой женщины сейчас что-то выскочит и набросится на меня.
- Я надеюсь, ты никому на кухне ничего подобного не ляпнула?
Очевидно, я сказала что-то не то, то чего не должна была.
-  Так ты знаешь, кто я?
Почему я вообще должна скрывать это, тем более, что  уже не являюсь этим человеком?
- Разумеется.
- Так почему мне нельзя говорить об этом?
- Они думают ты из «сектора Б», все поддерживают эту версию.
- Дай угадаю.
- Приказ канцлера, – в один голос произносим мы, и Селеста мне улыбается, совсем немного, но для меня это уже знак того, что она не враг мне, хотя знаю, в любом случае нужно быть осторожной в этом доме, с кем угодно, когда угодно. Черт возьми, мне так нужен Кристофер, хотя бы просто поговорить.
- Ладно, мой руки и живо иди наверх, обед для канцлера готов.
Что я точно не собираюсь делать, так это мыть руки перед тем, как прикоснусь к еде этого выродка, я бы лучше обваляла их дерьмом и размазала его по роже Кейджа.
Поднимаюсь по лестнице, следуя в приемную комнату нашего Великого Канцлера, встречаюсь глазами с Нэтали, которая спускается вниз. Судя по выражению лица девушки, будь ее воля, она бы столкнула меня отсюда. По новому приказу ублюдка, я теперь не приношу ему еду, только пробую, на случай того, если кто-то вздумает его отравить.
- Шевелись. Канцлер ждет тебя, – она не говорит, а словно прыскает в меня ядом из своего гаденького рта.
- Спасибо, что сообщила.