Преданные. Хранительница кода

Глава 15

ГЛАВА 15

Ноги, руки, все занемело, словно я месяц пролежала на этой кровати без движения. Дерьмо. Ненавижу это место. Осматриваю себя, кожа бледная, местами покраснения, срываю все трубки и катетеры.
- Эй! Есть кто?
Голова кружится, не спешу вставать. Прокручиваю в мыслях последнее, что со мной происходило до того, как я оказалась тут. Вышка. Крис. Кейдж. Наручники. Нет. Не то, совсем не то. Почему они снились мне? Ладно ,Крис, я скучаю по нему, но этот, брр.. Что я делала на вышке?
- Доброе утро, соня.

 В комнату входит парень лет двадцати пяти на вид, он улыбается во все свои зубы. Шутит? Смотрю в окно, смеркается. Какое утро? У него плохое чувство юмора, у меня, видимо, тоже.
- Сколько я здесь?
- Ты за.. зачем сняла..?

 Подрывается ко мне, пытается засунуть катетеры обратно, отталкиваю его.
- Осторожней с руками.
- Хорошо, я понял, понял. Пигги не предупредила, что ты буйная. Как себя чувствуешь?
- Отлично.
- Хорошо. Я Чак, кстати. И четыре дня, двенадцать часов. – Смотрит на маленькие круглые часы в своей руке. – Три минуты и сорок две секунды.
- Странный ты, Чак. Погоди.. я здесь четыре дня?
- Двенадцать часов, четыре мину..
- Заткнись, я поняла.
- Позвать кого-то?
- Нет. Воды, если можно.
«Позвать кого-то?», словно здесь есть кто-либо, кого я хочу видеть. Парень подносит мне большой стакан воды и, я почти с первого глотка, осушаю его.
- Я принес тебе кое-что, злюка.

 Достает из кармана маленькую прямоугольную дрянь и протягивает мне, похоже на чип. Нет, это что-то вроде дискеты, видела такие раньше.. Или нет.
- И что мне с этим делать?
Чак кивает в правый угол комнаты, где стоит небольшой монитор. Не заметила его сразу.
- И что там?
Парень пожимает плечами.
- Посмотришь сейчас?
Я даже не знаю, что это, и зачем мне это нужно. Молчу, а этот чудила воспринимает это как положительный ответ, забирает у меня дискету и идет к телевизору, нажимает маленькую серую кнопку и вставляет это прямоугольное дерьмо в монитор.
- Выйди-ка отсюда.
- Что? Мне тоже интересно.. Или это кхм.. любовное послание, а злюка?
Монитор загорается, я в ожидании. Камера проносится над ревущей толпой людей и останавливается прямо над эшафотом.
- Черт. Нет. Я пошел, не хочу это снова видеть, столько крови у-ух.. – Чак выбегает из комнаты больше ни слова не сказав, я только успеваю лишь рот открыть, как его уже ветром сдуло.
Толпа кричит. Я закрываю глаза и вспоминаю, как была там, как люди кричали мое имя, как они ненавидели меня, как они хотели моей смерти.
Двое мужчин ведут девушку под руки, она выглядит измучено, ее светлые волосы прилипли к лицу. Когда она поднимает голову, я замираю. Нэтали. Ее казнили? Что она сделала? Ее привязывают к перекладине, один из мужчин спускается вниз и возвращается с большим ведром, наполненным чем-то, после чего он выливает это на голову девушки, она кричит, дергая ногами. Горячий воск. Новый каратель в лице крупного мужчины среднего возраста, с легким проявлением седины в волосах, что-то вещает, я почти не слушаю его. Мужчина хватает волосы Нэтали, скручивая их на затылке, кто-то подает ему.. машинку для бритья? Он включает ее, и я клянусь, что слышу этот жужжащий звук в своей голове. Девушка кричит, когда ее волосы начинают струей падать на пол, толпа ревет.
- Прочь руки, от канцлера! Прочь руки от канцлера!
Что происходит? Кто-то прорывается меж людей.
- Нэтали! – Девушка кричит изо всех сил. Я узнаю ее, они как две капли воды похожи со своей сестрой. Ее лицо красное и опухшее от слез. – Это не она, это я, я подмешала яд..
Ее голос срывается.

 – Возьмите меня.. Она не.. виновата.
Какой яд? Девушка продолжает кричать, пробиваясь через толпу, ее залитое слезами лицо вызывает внутри меня толику боли. Они так молоды, мы почти ровесницы.
- Я.. я отравила эту суку! Надеюсь, ты уже сдохла, тварь! – кричит она в камеру и до меня доходит.
В тот момент, когда Нэтали бьется в конвульсиях от боли, пока каратель отрезает ей фаланги пальцев, один из мужчин на эшафоте достает оружие и стреляет в голову ее сестре, толпа ахает и охает, кто-то от шока, кто-то от удовольствия. Я закусываю губу, как в прошлый раз, когда меня били плетью. Поднимаю голову в поисках камер, нахожу одну в левом углу и пристально смотрю в нее, этот урод наблюдает, я знаю. Подрываюсь с кровати и швыряю на пол телевизор, все медицинские приспособления, приборы, все летит к чертям, разбиваю тумбочку, рву трубки, висящие над кроватью, переворачиваю ее саму, хватаю упавший на пол скальпель и спешу к выходу, в комнату залетает Пигги. У меня дежавю? Кранты тебе, сука! Отталкиваю ее к стене, бью ногой под живот, а затем приставляю к нему скальпель.
- Где он?
- Ты не убьешь меня.
- Вколешь мне еще один вирус? Где Кейдж?
- Тебе нужно остыть, Алиша.
- Остынешь ты, когда я распорю тебя, как свинью на скотобойне.
- Нужно было оставить тебя подыхать, маленькая дрянь.
С чего я взяла, что могу верить этой стерве, что она может стать мне другом, что она хочет помочь мне?
- Ты просто гребаная канцлерская подстилка, доктор Джей.
Я больше не угрожаю, отвожу руку в сторону и со всей силы вонзаю скальпель в живот этой суке. Ее глаза округляются, голос немного срывается на хрип.
- Ты заслуживаешь гораздо больше, чем смерть.
- Ты не умрешь, если просто скажешь, где сейчас Кейдж. Клянусь, сегодня мы с этим покончим, мы все будем свободны. Просто. Скажи. Мне. Иначе эта штука.. - Я поднимаю окровавленную руку со скальпелем и кручу перед лицом Пигги. – Окажется в твоей глотке.
Дверь с грохотом распахивается, оборачиваюсь. Мне приносит удовольствие разъяренная рожа этого ублюдка. Он как всегда омерзительно вылизан, вычищен и выглажен, а еще безумно зол. Дьявольское сочетание. Выставляю окровавленное оружие вперед.
- Не подходи.
- Отпусти ее, Рейн.