Преданные. Хранительница кода

Глава 20

ГЛАВА 20

- Расскажи мне все, – говорю я, когда мы подъезжаем к дому Кейджа, который уже не кажется таким огромным и чужим, по сравнению с особняком Александры.
- Больше не хочешь меня убить?
- Это сейчас не имеет смысла. Я буду желать твоей смерти до тех пор, пока ты не прекратишь сеять хаос вокруг. Чего хочет эта женщина?
Он проходит вперед, держа меня на расстоянии вытянутой руки.
- Того же, чего и я, только цели у нас на это разные.
- Какие цели?
- Не важно.
- Она заставила тебя жениться на ней?

Выглядело это именно так.
- Меня никто не заставлял.. Иди за мной.
Я следую за ним, так как мне нужны ответы, много ответов. Мы проходим в его кабинет, Кейдж сразу закрывает дверь на ключ и кладет его в карман, я останавливаюсь, смотрю на то место, которое видела во «сне», тот самый угол, в котором я сидела и тряслась от страха, обняв свои колени.
- В чем дело?
- У нас.. у нас было что-нибудь?

 Я понимаю насколько глуп этот вопрос, но мои видения не дают мне покоя, мне кажется что в них, я совершенно другой человек, я даже чувствую себя там иначе, будто все внутри меня болит, все сломано и я не могу из-за этого дышать, и Кейдж.. он всегда рядом.
- Ты всегда ненавидела меня, расслабься.

Он снимает с себя пиджак, бросает его на стул и подходит к окну.
Эти слова должны принести мне облегчение, но не приносят.
- Поэтому ты издеваешься надо мной?
- Издеваюсь? – горькая усмешка, – я защищаю тебя. Ты хотела.. хочешь меня убить – я спасаю тебя, ты настраиваешь против меня людей – я спасаю тебя, ты убиваешь моих служащих – я спасаю тебя.
Как бы мне не хотелось этого признавать, но он прав, даже не смотря на то, что сохранить мою жизнь в его интересах, и как только я перестану быть нужной мне кранты.
- Что насчет моего отца?

 Ком горечи подступает к горлу. Сглатываю.
- Я не делал этого.
- Но ты сказал.. Когда я пришла, чтобы убить тебя..
«Ты ведь получила мое послание? Кажется, предупреждение было, весьма, ясным, даже для такой дуры, как ты»
- Твой отец был важен, я бы не стал его убивать даже из собственных интересов.
Сглатываю очередной ком.
- Кристофер? – мой голос почти срывается и, я жадно втягиваю носом воздух.
- Райли идиот, но он тоже был мне нужен.
- Хочешь сказать?.. – я не осмеливаюсь это произнести до конца.
- Тебе нужно думать о бое, который состоится через три дня.
- Скажи мне, что я не убивала Кристофера.

Я чувствую себя предательски ничтожно. Я разговариваю с человеком, которого должна убить, я молю его о том, чтобы он утешил мое горе. Должна ли я ненавидеть себя за это?
- Тебе поможет, если я солгу?
Я понимаю, что означает этот встречный вопрос, и самое ужасное, что я в это верю. Возможно, я была в каком-то диком шоке, когда подстрелила Криса и сразу не поняла, какой вред нанесла ему, все было как во сне, но сейчас я помню, как хлыстала его кровь, как он пытался мне что-то сказать, но не мог..
- Зачем Александре код от вышки?
- Ты как никто другой должна знать, что вышка помогает вырабатывать энергию не только для очистки воздуха в Аскате.
- Они подключены к нам, да? Их сфера, она ослабла?
- Ты понизила подачу очистки воздуха для пяти поселений вокруг Аскаты. Я нее знаю, как долго еще это будет оставаться в тайне. Люди уже начинают что-то подозревать.

 Кейдж проводит рукой по своему лицу и тяжело вздыхает.

– Алекс в бешенстве, и она бы убила тебя, зная, кто виновен в том, что Кентарис чахнет на глазах.
- Радиация, – тихо говорю я.
- Глава Термиаса, готов прибыть к нам для проверки исправности оборудования в любой день. Они платят нам за очистку их сферы, но.. – он замолкает и оборачивается ко мне. Его «сапфиры» горят отчаянием, и я понимаю, что возможно могла погубить жизни многих людей, целых городов, и я не помню этого.
Я знала, что Аската окружена невидимой сферой, не позволяющей радиации проникать внутрь, я знала, что другие поселения так же защищены.. но. Наша вышка единственное, что спасает их от радиации? Что с моей гребаной головой? Я должна была это знать.
- Это правда, что никто кроме меня не знает код?
- Никто, ты заблокировала все двери, но мы смогли их взломать, это было проще, но главный компьютер..
- Что будет, когда я скажу тебе код?
- Убивать тебя мне нет смысла, если не будешь мешать, рано или поздно нам все равно конец, мы не можем очищать воздух вечно, его потребление итак слишком высоко, этот твой «сектор Б» они.. безнадежны, Рейн.
- Безнадежны? – Округляю глаза. – Они люди!
- Правда? А как же те, которых ты убила? А те, которых ты почти лишила чистого воздуха. Это пять государств, Алиша, пять гребанных государств!

 Он буквально вдавливает меня в стул своим криком, его грудь быстро вздымается и опускается, я не могу думать о том, кто прав, кто виноват, потому что мы оба идиоты.
- Трибунал?
- Что, трибунал? Ты у них комом в горле, у меня тоже, я не могу разорваться.
- Ты говорил, что меня убьют. Это те люди из трибунала. Почему?
- Я говорю тебе итак слишком много.
- Думаешь, я побегу это кому-то сейчас рассказывать? Это мое личное дело. Все это, лично касается меня и никого больше!
- Трибунал хочет, чтобы как минимум ты сидела в камере и не высовывалась, и это максимум, что я могу тебе предложить.
- Снова запрешь? Какая к черту разница, я все равно умру, да? Вирус, который вколола мне Пигги, ты не сможешь давать мне антидот вечно, ведь так?
Он долго и пристально изучает меня, а затем на мгновение закрывает глаза и распахивает их сменяя отчаянную усталость, на привычное безразличие и холод.
- Я больше не буду отвечать на твои вопросы. Нужно найти гребанный «Альфа», а тебе готовиться к бою, иначе прибор может не понадобиться.
- Думаешь, я не справлюсь?
- Думаю, тебе не будет легко, Алекс этого не допустит.
- Зачем ей убивать меня, если я единственная надежда для Кентариса?
- Ей плевать, она может развязать войну, или перебраться в Аскату одна, лишь бы спасти свой зад. Она не сильно-то расстроится, если тебя убьют. Я уверен, она поставит с тобой на ринг лучшего бойца Кентариса.
- Мне конец, да?
Какое-то время Кейдж просто наблюдает за мной, должно быть, размышляя, перешли ли мы грань «Кто кого убьет первым?» или все же мы остаемся на этой волне, верю ли я ему, собираюсь ли ударить ему в спину. Я сама этого не знаю, слишком много вопросов.
- Я буду тренировать тебя.
- Ты?
- Я. Начнем сегодня.