Преодоление подростковых проблем и комплексов

Глава 2. На новом месте.

                              Глава № 2.

                         На новом месте.

         Я с удивлением рассматривал дома и улицы города Усура. Усур оказался большим городом с огромным количеством пятиэтажных домов, в народе называемых хрущевками. Мама как туристический гид объясняла мне, что мы проезжаем:

  - Это у нас центральный рынок, а это автовокзал. Это цирк, а это новый ГУМ. Это памятник погибшим на войне, а это поликлиника.

    Я с изумлением отмечал, что все здесь современно и красиво. На улицах много деревьев с обильной листвой и газонов с зеленой травкой. На проезжей части было много иномарок, что подняло город в моих глазах на большую высоту.

  - А это наш микрорайон, - сообщила мне мама.

    Мы въехали в новый микрорайон. То, что микрорайон новый  сразу было понятно, потому что дома стояли новенькие, чистенькие и цветастые. Именно цветастые. Один шести-подъездный дом был розовым с белыми балконами,  другой дом был голубой с желтыми балконами и почти все остальные в таком же духе. В моем родном городе мало было таких разноцветных ярких домов, потому что даже новые дома строили однообразно или белыми или серыми. Некоторые дома были красными, потому что строились  из красного кирпича. Такое обилие красок в микрорайоне, где жила моя мама, меня порадовало. В таком веселом и ярком микрорайоне и жизнь должна быть замечательной, как в сказке, подумал я. Вот только смогу ли я ужиться со своим отчимом? В машине по дороге  с  ж/д вокзала домой дядя Толя выразил свое удовлетворение тем, что я приехал, следующим образом:

  - Ну, хоть теперь ты, Марина, не будешь ныть, когда увидишь Преснякова по телевизору? – Сказал дядя Толя, обращаясь к моей маме. – А то на Новый год как разревелась! Тут гости сидят, а она: «Сережа, Сереженька мой. Как он там один без меня?!» И давай свои вещи собирать в чемодан! «Я поеду к Сереже на Украину! Как он там один?»

  - Ну конечно, я как увидела Преснякова на концерте по телевизору, так сразу же вспомнила о Сережке, - сказала моя мама. – Я же помню, как Сережке нравился Пресняков, он меня даже просил записать его песни с телевизора на магнитофон. Помнишь, сынок?

 - Помню, - ответил я.

 - А Пресняков еще и похож так на Сережку, такой же светленький…

     Казалось, что мама опять сейчас расчувствуется, но теперь я был рядом с ней, я приехал, и все переживания остались позади.

 - Ну и что, - продолжал гнуть свою линию дядя Толя, - зачем было тогда реветь на Новый год? Да еще и при гостях? И это не один раз уже! Теперь-то когда твой Сережка приехал, реветь не будешь и вещи собирать?

  - Не буду, - пообещала мама. – Теперь, когда мой сыночек рядом со мной, мне уже ничего не нужно.

    Мама с дядей Толей жили в двухкомнатной квартире 5-этажного дома стандартной хрущевки на 4-ом этаже. Одну из комнат ту, что поменьше отдали мне, так что я мог спокойно заниматься своими делами вдали от посторонних глаз. Конечно, после двухкомнатной квартиры, где я был полным хозяином, маленькая комнатка показалась мне ущербной, но ничего, думал я, привыкну как-нибудь.

         Дел у меня на новом месте было совсем немного. По приезду я написал письма всем своим друзьям и стал дожидаться ответа. Также я стал опять усердно тренироваться, читал книги и когда дядя Толя был на работе, то громко слушал на магнитофоне свою любимую музыку. Дяде Толе и маме непонятно было мое увлечение группой «Кино». Они не понимали, о чем пел Виктор Цой или не хотели понимать. Единственный социальный певец, который нравился дяде Толе, это был Владимир Высоцкий. И то мне показалось, что у Высоцкого дядю Толю интересовали песни не о социальной несправедливости, а те которые можно было отнести к блатным песням.

       Вообще дядя Толя воспринимал Высоцкого как исполнителя блатных песен. Может быть, это произошло из-за многочисленных подражателей под Высоцкого, которые таким же хриплым голосом один в один как у Высоцкого пели блатные песни. Так как творчество Высоцкого среди народа распространялось на аудиокассетах, то и определить авторство было очень трудно, если исполнитель умело подделывал голос.  Из-за этих подражателей некоторым и казалось, что Высоцкий - это популярный среди народа уголовник, воспевающий воровскую жизнь. Я творчество Высоцкого долго не понимал и не принимал близко к сердцу, пока не стал взрослее. Мне казалось, что уж слишком зашифровано пел Высоцкий, и сначала я даже не понимал, что поет он часто о прогнившей политической системе, в которой жил. Лишь много позже я стал понимать смысл его песен и принял этого великого русского поэта. Но творчество группы «Кино» стояло для меня значительно выше, и было интересней, хотя бы потому, что музыкальное оформление песен Виктора Цоя на несколько порядков превосходило игру на простой акустической гитаре Владимира Высоцкого. Группа «Кино» играла на современных электрических гитарах и у них были классные ударные установки, поэтому они звучали по-современному, а Высоцкий остался далеко позади в этом плане.

  - Для меня Виктор Цой что-то вроде того, что для вас Владимир Высоцкий, - как-то я сказал дяде Толе, который в очередной раз хаял мои музыкальные вкусы. После этого он перестал ко мне цепляться из-за моей любви к группе «Кино».

     Присутствие рядом дяди Толи меня немного угнетало. Я вырос без отца и наличие в доме, где я живу, взрослого мужчины меня напрягало. К тому же у отчима характер был не подарок. Он был крупного телосложения, очень сильный и привык всю жизнь командовать. В армии он был сержантом, а у себя на работе бригадиром и старшим бригадиром. Мужиков у себя в бригаде дядя Толя держал в ежовых рукавицах и пользовался в коллективе большим авторитетом. Дома дядя Толя продолжал командовать и меня это сильно злило. У него не было своих детей, и он не знал, как с ними жить под одной крышей, тем более с чужим ребенком. Да я уже и не ребенок был в 19 лет, так что воспитывать меня было поздно. Дядя Толя старался быть учтивым со мной, чтобы избежать излишней напряженности, и всегда прислушивался к моей маме, если она заступалась за меня и объясняла ему, что я чувствую. А мне было неприятно, что дядя Толя любил выругаться матом, пошло шутил, всех зло подначивал, и вел себя высокомерно по отношению к другим. Он считал себя особенным, потому что зарабатывал больше других, потому что был сильнее других и очень хорошо разбирался в своей профессии. А работал дядя Толя монтажником-высотником. Деваться нам было некуда, и мы как-то приспосабливались друг к другу.



Сталактитов Сергей

Отредактировано: 13.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться