Преподаватель при исполнении

Глава 5. Седина в бороду, а бес в ребро

Элеонора Кикиморовна больше скандалов любила только мужчин, страшной, страстной любовью женщины очень и очень преклонного возраста, а уж такие старушки делу отдаются со всей честностью и самоотверженностью. И это был именно наш печальный случай. Идти совершенно не хотела, так как прекрасно помнила предыдущий случай с Кикиморовной и Лином. Мы тогда еще неделю терпели влюбленного в «ошеломительно прекрасную девушку» молодого парня. Однако, ключи сохранялись именно у нее, и без словесного позволения кастелянши, ключ не становился видимым. Кровная магия, что б ее. Щуплая старушенция с клюкой наперевес вышла с маленькой комнатушки, пошаркивая немощными ногами, но тут главное не обмануться. Клюка у нее – мощнейший артефакт, и ноги…да вон она, ногти накрасила кроваво красным. Как только нога кастелянши ступила на пол холла, а глаза поднялись на уровень достаточный, чтобы узреть пример мужской красоты, старая ведьма приосанилась, заклинанием досушила ногти и поправила макияж, улыбнулась. Все, занавес, акт первый. Лин бледной тенью выскользнул обратно в коридор, было потянув меня за собой. В воздухе запахло фатальностью. Трой, который до этого стоял смирно, теперь же дернулся в порыве уйти с линии любовного фронта Элеоноры Кикиморовны вслед за моим помощником. Ага, щас! Я же отличалась темнолирской маневренностью и мастерски ушла из-под перекрестного огня, путем сокрытия за уже знакомой спиной. Именно поэтому столкнулись мы здорово и мой нос потерпел крушение, хоть меня и крепко придерживали почти что на весу. Закапала кровь.

- А, пепел в глаз! – взвыла я, запрокидывая голову назад, чтобы остановить кровь. Обвинительно посмотрела на мага. Трой же извиняющейся посмотрел в ответ и предложил платок. Взяла как компенсацию морального и физического ущерба.

- Какой мужчина! – одновременно со мной вздохнула ведьма, подходя ближе, непозволительно близко для незнакомых людей. Я уже не боялась быть замеченной, на узконаправленное внимание кастелянши абсолютно не претендовала и даже не имела шанса, лишь прислонилась к дверному косяку и наслажда-а-ась. А Глория еще говорит, что я не умею получать удовольствие от жизни, тогда почему доза довольства течет по моим венам? А у старушки новые приемы, заметила я, в то время как Элеонора пристально посмотрела на одно плечо Троя, приблизилась к нему, а потом смахнула невидимую соринку с камзола, ненароком проведя вниз по лацкану, ощупывая, так сказать проверяла рабочую лошадку на вшивость. Брови Троя стремительно приближались к отметке «Шок», по скорости соревнуясь с моим злорадным оскалом.

Еще час я смотрела, как Элеонора окручивала Троя то чаем, то плюшками и борщами. Вишенкой был рассказ о юности ведьмы, я впервые с уважением посмотрела на эту противную женщину, которая в былые времена умудрялась посетить все четыре континента и выжить. Закончилось все приворотным зельем в золотом вине. Я уже дернулась привычным жестом выбивать бокал из рук Троя, но тот бокал и не думал поднимать, только его голос холодной и строгой сталью пронесся по комнате:

- Уважаемая, на работе алкоголь не уместен и Вам не советую. – Я захихикала, Элеонора досадно поджала губы, а Трой спокойно сидел на тронном стуле, как я называла шикарное глубокое кресло в одном экземпляре, оббитое фиолетовым бархатом.

- Элеонора Кикиморовна, мы вообще-то пришли заселяться, я к Вам по этому поводу свое умертвие и посылала. – На что ведьма лишь покраснела, и я поняла, что мне срочно, очень срочно нужно поднять храны наблюдения и посмотреть, что эта старая карга пыталась сделать с моим Димкой. У ребенка, может, психологическая травма.

Кастелянша поднялась со стула, и прошла к рабочему секретеру. Достала пыльный старый толмуд и открыла последнюю страницу.

- Так-так…нам нужна комната…

- Апартаменты – поправила я, - преподавательские!

- Значит, апартаменты… - и ведьма перелистнула книгу на первую страницу. – А вот, есть одни, но в западном крыле. Подходит?

Я скосила взгляд на Дариалира, подумала, что это будет большой удар по его самолюбию и психике. Но он же императорский маг, стерпит, раз мирится с характером нашего баловня-императора.

- Не лучший вариант, но если других нету…?

- К сожалению, остальные занимаете Вы, деканы и господин ректор. – Трой чему-то хмыкнул, а я уже была в мечтах.

- Тогда давайте ключ. – и выхватила оный из когтистых рук старушенции, которая уже собралась нас провожать в апартаменты. – Доброго вечера, Элеонора. Надеюсь, на бал Вы не идете? - Я еще неделю назад запретила продавать этой любвеобильной и растляющей личности приходить на бал, выбила указ ректора и заколдовала все двести билетов, как и конверты с ними. А нечего насылать на себя иллюзию прекрасной девы и соблазнять студиозов старших курсов. Практика показывает, что Кикиморовне больше нравится боевой факультет, а их довожу до исступления я и только я. Это борьба не за билеты, а за территорию, которой я делиться не намерена.

- А ты все-таки продашь мне билет? – Ага, уже бегу.

- А Вы обещаете вести себя как воспитанная леди? - и вытолкнула Троя за двери. Ответ был очевидным: волосом сед, а совести нет.

И снова мы двинулись в путь. Мои ноги уже ныли от усталости, а еще бал впереди. Если Трой еще не догадывался, какой подарочек его ждет на месте жительства, то это его личные проблемы, я же изо всех сил старалась не мучиться угрызениями совести. Нет, ну я что ли виновата, что западное крыло было подпорчено адамийскими улинями во время практики четвертого курса? Ладно, допустим, но я-то сама ничего не ломала и совесть моя кристально чиста. Отрабатывали контроль и ментальную привязку, накануне была студиозная вечеринка, вот спиногрызы и проигнорировали подготовку. Больше они так не делают, более того, некоторые уже работают на кафедрах школы, как Лин – на меня. Итак, в западном крыле у нас было четыре этажа пыли, разрухи и разнокалиберной живности: от моли классической до грызунов модифицированных. Туда селили особо провинившихся, бедных и второгодок. Теперь корпус пополнится еще и императорский магом. Как по мне, так он с легкостью справится с такими мелочами жизни, и вообще, он может хоть каждый вечер порталами уходить в родные хоромы. Кстати да, зачем ему здесь оставаться?