Преподаватель при исполнении

Глава 13. О последствиях спонтанных действий

На моем столе грустной кучей гнездились летуны. Эти чертовые вестники, как грозное напоминание вчерашнего сумасшествия. Все, как один, красные и грозно мигающие своей срочностью. Заставляют глаза дергаться в такт свечения, а сердце тревожно биться в преддверии нехороших известий. Открывать их не спешила, сидя истуканом за столом и гипнотизируя эту компанию всадников возмездия за дурные идеи одной темной лиры. Ведь если это меня в суд зовут или Трой решил снова угрожать, лучше мне засунуть свою голову покрепче в зыбкие пески, но уж точно не отвечать сейчас. Чувствую, ответ мой будет таким же психоделичным, как ужин вчера. А что случится, если я сделаю вид, что умерла от вчерашнего позора? Закрыть бы мне окно на недельки две, пока все не уляжется, но боюсь пропустить еженедельную рассылку научного чтива. Кто-то спросит, а на что я рассчитывала, планируя такое вот публичное нападение на незнакомого мужчину? Ну так то на незнакомого! Помахала бы ручкой, бросила бы извинения. В конце концов, сказала бы, что обозналась или малахольная и скрылась бы в неизвестном направлении. Но тут же ситуация нестандартная. Из всех незнакомых мужчин, звезды подсунули мне знакомого, еще и какого! В общем, такая вот у меня утренняя медитация. Послышался стук в двери кабинета, как звонок на перерыв.

- Да? – Устало протянула, сидя в рабочем кресле, прекращая пролистывать программу третьего курса. Утро было ранним, так как вчерашний вечер плавно перетек в нервную ночь и вот, сижу я вся потрепанная жизнью и угрызениями совести. Совести! У меня! Поймите, у некромантов, да еще и боевиков, совести быть не может: мы истребляем нежить, боремся с преступными элементами. Быть нам невротиками, если бы каждого жалели. Да у нас страх смерти редко дает о себе знать, хоть чувство самосохранения и работает исправно! В любом случае, что-то сегодня пошло не так. Вот! Теперь у меня угрызения совести из-за угрызений совести…Печально-то как, выть хочется.

- И по какому поводу хандра? Ужин не понравился или пятнышки не заценили? – Заново сфокусировала красные болезненные глаза. Подруга завалилась в комнату уже в рабочей мантии и с портфелем, точно наполненным под завязку артефактами и настойками. Настроение мое определила точно: за программами, пособиями и методичками я сидела редко, если не никогда, исключительно в моменты экзистенциального пинка. А пятнышки я еще вчера вывела. Лин к моему приходу подготовил какую-то настойку на основе тех же чернил.

- Лучше бы тебе забыть об этой теме и никогда ее не упоминать. – Облокотилась на спинку кресла, откинув голову. Чертовщина какая-то! Избавилась от помолвки, в этом сомневаться не приходится, но приобрела новые приключения. Надеюсь, не слишком серьезные. Глаза снова отыскали летунов. У-у-у-у, бесите!

- Так, куда ты снова влипла?

- Ты себе даже не представляешь!

- Ну не томи, Киа! Вчера мы отпускали тебя на ужин с родителями, а теперь ты даже не расскажешь, чем все завершилось?

- У меня скоро занятие. – Тонко намекнула, что к разговору не расположена. Не готова я рассказывать о своем позоре. Такое со мной редко случается, и то, по ошибке или недосмотре. А вчера, вчера был тотальный звиздец. Лори выжидающе смотрит несколько минут, и я сдаюсь. Вот выговорюсь, - и полегчает. Смогу качественно работать, а не вот это вот всё.

- Кажется, меня сглазили! – Начала я. Нет, ну серьезно! Всю мою жизнь я все умудрялась просчитывать, все риски страховать, а беды – обходить дальней стороной. А тут на тебе: нападение, помолвка, теперь этот позор с канцлером. А если он специально затянет расследование моего дела? И всё, была Киа, и стало одной преподавательницей в мире меньше. Да не-е-ет, он же не обиделся на то, что я испортила ему романтический ужин с девушкой, которой, как потом оказалось, он собирался делать предложение? Она такая стервозная и манерная, что я ему вообще-то услугу сделала. Хотя мой вопрос о причине отправления мне личных фотографий, возможно, был лишним в том контексте. Может, конечно, он и оскорбился, когда на нас налетел Трой, и на весь зал заявил о разрыве помолвки, а я только похлопала в ладошки и заявила, что наконец-то императорского мага посетила здравомыслящая идея. Благо, о наших псевдо-отношениях этот же маг не заикнулся, вот там я бы и пропала, но смотрел злобно, и как-то ревностно что ли. А за сцену родителей, где они повторно отреклись от моей особы (даже не знала, что такое возможно), упрекая в безответственности и развратности, мол «эта наука все мозги извратила», я извинилась, но им извинить не смогла и не скоро смогу. Но не знаю, увидел ли мою искренность канцлер, поскольку улыбалась я шальной и безумно счастливой улыбкой, избавившегося от огромной тяжести человека. И, надеюсь, его «марш в школу!» было продиктовано исключительно всепрощением, а созданный им же портал (в который я радостно втолкнулась без промедления, помахав ручкой на прощание), было заверением, что в суд на меня не подадут за оскорбление второго лица империи. Меня плющило от радости и ощущения свободы, так что контролировать себя получалось плохо. Стыдно, на момент я превратилась в девчонку двадцати шести лет, которая уж очень не хотела замуж, и вот, радуется своим проделкам. Ушататься можно: отвертелась от третьего в империи мужика, чтобы накосячить со вторым! Да захоти я так увязнуть, никогда бы так ладно не получилось. Предупреждаю сразу, госпожа удача, к первому мужику империи не пойду, там гиблое дело!

Выложив всё Глории, я нашла себя петляющей по небольшому пространству кабинета.

- А еще вот… - указала рукой на толпу летунов.

- Боишься?

- Пф-ф…- пренебрежительно фыркнула, а потом скуксилась. – Да, безумно. – А ведь и правда если не боялась, то опасалась. Ну я же не дурная блестать бесстрашием и безрассудством? Если Трой мог настоять на моем увольнении, лишить меня лаборатории, то канцлер вполне имеет право и полномочия пойти дальше. Надеюсь, у него достаточно много работы, чтобы не обращать на меня внимание.