Превратности судьбы 1: За гранью реального

Размер шрифта: - +

Глава 16 Грани реальности

В голове туман. Мысли вязнут словно ноги убегающего в кошмарном сне. Окружающие звуки смазываются, наслаиваясь друг на друга. Откуда-то доносится противный непрекращающийся писк и какое-то бульканье. И так хочется, чтобы эти мерзкие звуки умолки, но они всё так же продолжают сверлить мой измученный мозг.

Пытаюсь открыть глаза. С трудом удаётся. Но ничего не вижу. Всё вокруг застилает яркая белёсая дымка, сквозь которую, вызывая волну головокружения, мелькают словно размытые тени призраков какие-то силуэты. Звуки постепенно гаснут, приходит покой, и я проваливаюсь в какое-то неведомое прежде – ничто.

Очередное пробуждение ничем не отличается от прежнего, только жутко хочется пить. Словно угадав моё желание, чей-то смутно знакомый голос едва различимо шепчет:

– Вот. Осторожно, – моих пересохших губ касается что-то маленькое и твёрдое, интуитивно приоткрываю едва слушающийся рот, с наслаждением ощущая, как его наполняет такая желанная влага. – Не спеши, – доносится всё тот же голос, и я делаю крохотный глоток.

Зрение ещё не вернулось, звуки плывут, писк неимоверно раздражает, и хочется спать. Постепенно проваливаюсь в дрёму. Спустя время прихожу в себя, и вновь толи усыпаю, толи теряю сознание. Сколько это длится? День? Неделю? Месяц? Череда муторных пробуждений утомляет.

Выдёргивая меня из забытья рядом раздаются чьи-то приглушённые голоса. В этот раз звуки различаются чётче, вот только их смысл до меня не доходит. Вновь пытаюсь оглядеться по сторонам. Ничего. Яркий свет в молочном тумане. И покой. Нереальный какой-то. Словно осознание: всё правильно, всё так и должно быть. И даже всколыхнувшаяся где-то внутри волна возмущения тут же гаснет.

Закрываю глаза, не без труда пытаюсь восстановить в памяти события последних дней. Замок отца. Эльма. Библиотека. Подготовка к ритуалу. Сам ритуал в памяти всплывает лишь кратковременными урывками. И тут до меня доходит: непрекращающийся, столь раздражающий писк, ничто иное как работающая в палате интенсивной терапии аппаратура. «Не справилась. Не оправдала надежды». И так грустно стало, так стыдно. Перед Алсеей, перед отцом, перед, так верившими в меня, духами…

«Неужели всё так плохо, что даже божественной силы отца не хватило на то, чтобы привести меня в сознание? Зачем нужно было тащить меня в этот напичканный электроникой мир?» Утомлённая мыслительным процессом вновь проваливаюсь в небытие.

Всё тот же писк где-то рядом. Но теперь он уже не раздражает. Звуки обрели ясность и чёткость. С надеждой открываю глаза. Всё немного плывёт. Сосредоточиться сложно – начинает кружиться голова. Но основное я уловила: выдержанная в светлых тонах современная больничная палата, штативы капельниц с обоих сторон от моей койки. На стене булькает в стеклянной бутыли какая-то жидкость, а тянущиеся от неё прозрачные трубочки кончаются где-то возле моего же лица. «Наверное, кислород», – осеняет догадка.

Сбоку виднеется чья-то явно задремавшая фигура. Попытка повернуть голову и рассмотреть, ни к чему хорошему не привела: очередная волна головокружения и, да здравствует, родное забытьё.

Опять чьи-то приглушённые голоса. В этот раз удаётся осознать услышанное:

– Она уверенно идёт на поправку, отдохнули бы? – незнакомый мужской с какой-то каркающей хрипотцой.

– Не могу. Я должен быть с рядом, – усталый и явно принадлежащий папе. – Как только ей станет лучше, заберу отсюда.

– По-вашему где-то о ней позаботятся лучше? – полный скептицизма, незнакомый женский.

– Уверен, – тихий, не терпящий противоречий ответ отца.

Кто-то лишь хмыкнул, но ничего не сказал. Послышались удаляющиеся шаги. Предусмотрительно не открывая глаз, медленно поворачиваю голову в сторону сидящего рядом, такого родного человека. Лёгкое головокружение не успев овладеть сознанием, тут же отступает.

– Прости, – слипающимися пересохшими губами шепчу, звук получается тихим, сипловатым.

– Как ты, малыш? – судя по звуку, отец вмиг очутился возле меня.

Сквозь прикрытые веки вижу закрывающий свет тёмный силуэт. Осторожно разлепляю глаза.

– Я всех подвела… – слова даются с трудом, горло сдавливает обида. – Не справилась…

– Наоборот! Я боялся. Но у тебя всё получилось! – и столько тепла и какой-то нескрываемой гордости в его голосе, что я безоговорочно верю в каждое сказанное им слово. В голове бьёт набатом: «Справилась… справилась!» Улыбаюсь. Но дальнейшие его слова возвращают с небес на грешную землю: – Ты пострадала, там, в парке. Если бы была как все, никакие врачи бы не вытянули. Но ты сумела найти выход. Ты всем нам помогла!

Мой мозг лихорадочно начинает переваривать полученную информацию. О каком выходе тогда речь? Кому я помогла? Разве что врачам, тем что выкарабкалась и не ухудшила статистику по летальным исходам?

Получается, там в парке я действительно упала, ударилась головой, возможно ещё что-то повредила. И с той поры лежала здесь, пребывая в состоянии чем-то напоминающем кому? А всё что я видела – всего лишь бред. Игра моего шального воображения и воспалённого болезнью сознания? Не существует гимназии стихийной магии, не было у меня никогда подруги-привидения. И… и самое обидное… никогда не существовало Элифана!



Марина Андреева

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: