Прежде, чем я забуду

Глава 5

-Привет, - сказал Джеймс, всматриваясь в лицо Дины. –Я хотел узнать… всё ли в порядке?

Дина опустила взгляд. Она колебалась. Ей очень хотелось с кем-нибудь поделиться произошедшим, но никому не хотелось доверять. Кроме Джеймса.

-Дина?

-Давай выйдем, - и крикнула через плечо, - это ко мне, я прогуляюсь.

-Хорошо, - донеслось из гостиной.

В доме был дядя, и Дина не хотела, чтобы он что-то услышал. Обувшись, она вышла на улицу, открыла пикап, и они залезли в нагревшийся на солнце салон. Пикап стоял задом к дому, поэтому Дина не переживала, что дядя выглянет в окно и увидит их.

-Неужели я тебе так противен, что ты стремглав убежала, не желая расплачиваться? – с усмешкой спросил Джеймс.

-О чём ты? – не поняла Дина, а потом вспомнила, что они спорили на поцелуй. – Ты сказал – ничья! – возмутилась она.

-Верно, - ты получила свою награду – уложила меня на лопатки, а я свою так и не получил.

Дине захотелось его пнуть.

-Так не честно. Когда ничья – значит никто не получает ничего.

-Но ты ведь своё получила, - возразил Джеймс, помедлил и добавил, - а затем захотела меня убить.

Улыбка сошла с лица Дины.

-Что-то произошло? – обеспокоено спросил Джеймс. –Ты можешь мне довериться, Дина.

Она вздохнула, ей никому не хотелось так довериться, как Джеймсу.

-Тогда вечером в Альбере, когда на нас напали, у меня была… что-то вроде вспышки воспоминания. И сегодня это повторилось, только дольше.

-Что ты видела? – спросил Джеймс.

Дина описала тёмную залитую красным комнату, похожую на склад, и чёрные фигуры, с которыми она дралась.

-Они хотели меня убить, - уверенно сказала Дина, - почему я не помню этого?

-Бывает, что мозг вычёркивает неприятные воспоминания, - предположил Джеймс.

Дина не ответила, она задумчиво намотала на палец кончик синего локона, и смотрела, как по ветровому стеклу ползёт какая-то букашка. Помедлив, Джеймс спросил:

-Ты боишься?

-Нет, - Дина почувствовала облегчение, что, наконец, может высказать всё, что чувствует, - я не боюсь, наоборот – я хочу, чтобы они нападали. Или хотела. В воспоминании я чувствовала не страх, а воодушевление. Мне хотелось делать финты и подсечки, хотелось ломать им кости. Хотелось ощущать азарт боя, - она подняла взгляд на Джеймса, - со мной явно что-то не так.

Джеймс скривил уголок рта в улыбке.

-Да, ты сумасшедшая.

-Я серьёзно.

Дина повернулась, подогнула ногу под себя, чтобы смотреть прямо на Джеймса.

-Со мной что-то не так. Я подавляю воспоминания о прошлом. Воспоминания о смерти родителей. Но вовсе не потому, что мне больно, а потому что я ничего не чувствую. Понимаешь? Ничегошеньки! Я даже не могу толком вспомнить, как они выглядели.

Джеймс взял её руки в свои. Его ладони были горячими и нежными.

-Все переживают потерю близких по-своему. Тебе не в чем себя винить. Возможно ты и правда подавила болезненные воспоминания, чтобы ничего не чувствовать, не горевать.

Дина выдохнула, недоверчиво качая головой. Она ненавидела себя за бесчувствие, за то, что ничего не могла вспомнить, за то, что и не пыталась, а наоборот подавляла и чувства и воспоминания.

-Воспоминания вернутся. Ты сама сказала, что в этот раз оно было продолжительнее. Ты хочешь вспомнить?

Дина не была уверена.

-Эти люди… Они ведь могут найти меня, - вдруг подумала она, - а я даже не помню, за что они хотели меня убить.

Джеймс сжал её ладони.

-Я не позволю никому тебя обидеть. И твой дядя тоже. Тебе нечего бояться.

Дине хотелось возразить, потому что ей было чего бояться, а именно – неизвестности. Но близкое присутствие Джеймса, его горячие руки, сладкое дыхание мешали мыслям собраться, и Дина быстро сдала оборону. А Джеймс продолжал её успокаивать. Они склонились друг к другу, Джеймс, всё ещё что-то тихо и успокоительно говоря, прикоснулся пальцами к её щеке, а потом его губы прижались к её. Поцелуй был долгим, медленным и горячим. Джеймс притянул Дину к себе, она обхватила его шею, провела рукой по коротким волосам. Всё вокруг исчезло, и внимание сосредоточилось только на его губах, горячих, подвижных, нежных.

Они остановились, только когда поняли, что запыхались. Сердце стучало так сильно, что грудная клетка ныла от боли, но эта боль была приятной. Дина отстранилась, положила голову на его плечо и положила руку себе на ноги. Но так как они сидели очень близко, то рука касалась и его ноги. Джеймс опустил свою ладонь сверху, их пальцы переплелись.

На стекло упала капля, затем ещё одна. Мелкий дождь забарабанил по ветровому стеклу, смывая дом на противоположной стороне и превращая всё в серые разводы. Дина не знала, как долго они так просидели, в тишине, слушая дыхание друг друга и барабанную дробь дождя по стеклам и крыше Форда. Дина чувствовала себя в безопасности. Всё ушло на задний план, растворилось в дожде, был только салон пикапа и Джеймс, сжимающий её руку. Говорить ничего не хотелось, наоборот, хотелось задержать этот момент, чтобы он длился подольше. Дине было тепло, уютно и спокойно.

За окном начало темнеть. Дина подняла голову, Джеймс посмотрел на неё, словно ожидая, что она что-то скажет. Дина потянулась к ручке, чтобы выйти из машины, но вдруг остановилась. Она всем телом почувствовала, что сейчас покинет это обманчиво безопасное место, и выйдет в реальность, в которой она потеряла родителей и какие-то люди хотели её убить, в мир, о котором она многого не знала или, что ещё хуже, не помнила. И Дина поняла, что не хочет, не может потерять ещё и Джеймса.

-Джеймс, - обернулась она, - могу я попросить тебя?

-О чём угодно.

-Всё что произошло в машине... пусть всё здесь и останется.