Прибрежник

Размер шрифта: - +

Эпизод 8

8

Сходя со ступеней, Нэти оглянулся на притихший, сумрачно поблескивающий стеклами дом. Хотя уже стемнело, ни один огонек не был зажжен за оконными переплетами! Рикат невольно поежился, представляя, как сгущаются тени в гостиной, погружается во мрак лакированная спина зубастого чудовища, сквозь темноту скалятся маски...

- Занятная семейка! - по тону чувствовалось, что Гарунди явно не в настроении. - Знаешь, кто отец той прелестной ма­лютки? - Рикат пожал плечами. - Вице-губернатор округа. Его первая жена Мари Лаэт, урожденная Полякова, умерла семь лет тому назад, оставив ему сорокатысячное сос­тояние и маленькую дочь. Сестра жены взяла на себя воспита­ние девочки. Состоянием он распорядился сам. Улавливаешь мою мысль?

- Со своими бы разобраться! - огрызнулся Рикат. - Зачем вы мне это говорите? Я, как дурак, гоняюсь за призраками, а вы тем временем спокойно роетесь в бумагах компании "Ютер"!

Гарунди усмехнулся уголками губ:

- Не горячись, лейтенант. Идем.

Прогуливаться по вечернему Стэкату было гораздо инте­реснее, чем по дневному. Все те, кто днем корпел на госу­дарственной службе или таскал на плечах мешки в порту, а также те, кто кормил, обстирывал и грабил город, и даже те, кто его охранял и застраивал, не говоря уже о тех, кто на­ходился здесь проездом, все они к вечеру выползали на улицы, чтобы поболтать с соседями, продемонстрировать новую шляпку своей жены, переглянуться с чужой или просто напиться в "Пристанище". О женщинах и говорить нечего. Те, кого не допускали на приемы в губернаторском доме, непременно вы­ходили, чтобы обсудить тех, кто там часто бывал, а избранные спешили обменяться последними сплетнями, а падшие выходили на промысел, а младшие им позавидовать, а старшие всех осу­дить, а... Впрочем, речь не о том.

Шеф морского отдела был популярен в городе, большая часть жизни которого вращалась вокруг порта. Шефа узнавали даже в цивильном, подобострастно снимали шляпы или томно вздыхали вслед, а он продолжал шагать, ни на кого не обращая внимания.

- Я действительно поднял бумаги компании "Ютер". Ее пароходы удерживали пальму первенства на основных линиях сообщения вплоть до восемьдесят седьмого года, когда один из пароходов Данни погиб на скалах в районе маяка Доп. Из ста восьмидесяти девяти человек, находившихся на борту, спаслись восемьдесят два. Полгода спустя его "Альфа" стол­кнулась в тумане с янвайским грузовым пароходом "Гавич". "Гавич" получил сильные повреждения, "Альфа" через два часа пошла ко дну.

Корнелий Данни так и не смог оправиться от этого удара. Его последний пароход "Мари" был продан с аукциона в Гарвате, но перед этим он еще успел сходить к острову Сазе. Ну, лейтенант, блесни знаниями!..

- Остров Сазе - Южная колония?

- Белое пятно на карте Южной колонии. Освоено лишь по­бережье, и это несмотря на пятнадцатилетние усилия Королевст­ва!

- А какой был груз?

- Двадцать четыре ящика свиных копыт.

- Чего?!

- Копыта свиные! - четко повторил Гарунди, - Двадцать четыре ящика. Кстати, ты знаешь, почему Ирил Данни выпустили из шинлийской крепости, хотя обычно мы выдаем Янвае государ­ственных преступников?

- За примерное поведение?

- За услуги, оказанные королевскому двору. Было личное распоряжение государыни.

Гарунди замолчал. Он и так сказал уже слишком много. Хотя Риката интересовало все, относящееся к владельцам "Мира­жа", однако неожиданная разговорчивость шефа показалась ему дурным предзнаменованием. До сих пор Рикат ловил контрабан­дистов и нарушителей правил стоянки судов. Не послужит ли откровенность Гарунди предисловием к переброске Нэти в рас­поряжение особого сыска? Вот, не было печали!

Поглощенный своими мыслями Рикат зазевался и отдавил лапу моське какой-то дамы. Обе взвизгнули. Дама разразилась было гневной тирадой, но, узнав Гарунди, тут же переменила тон. “Не соизволят ли господа почтить вниманием завтрашний обед?” Шеф скорчил пренебрежительную гримасу, после чего дама тихо исчезла, а прогулка продолжалась.



Алина Болото

Отредактировано: 27.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться