Прибрежник

Размер шрифта: - +

Эпизод 35

35

Дом в центре деревни сразу привлек внимание Риката: на фоне тростниковых туземных хижин, стены из неотесанных каменных глыб смотрелись более чем серьезно. Прорези бойниц вместо окон делали дом надежной крепостью. Возле двери дома на корточ­ках сидел желтолицый туземец, у босых ног его в пыли лежал широкий тесак.

- Почти как в Шинлии! - пробормотал Герни.

- Что? - переспросил Нэти.

- Ничего. Часового сниму я, но внутрь пойдешь ты! - Герни обшарил карманы, достал портсигар и вручил Рикату. - Спрячь! Следи за деревней, а я что-нибудь придумаю, - он начал выбираться из кустов.

В этот жаркий час большая часть жителей мирно дремала в хи­жинах, только две женщины на пригорке замешивали тесто для лепешек, да возле колодца играла стайка чумазых ребятишек.

Услыхав за спиной топот, Нэти резко обернулся, но это был всего лишь поросенок. Коричневый, похожий на Макса, он, деловито перебирая копытами, засеменил к дому. Ос­тановился напротив часового, хрюкнул, уставился на человека маленькими глазками, а когда туземец сердито закричал, поросенок отскочил, но не дальше чем за угол. Со вкусом поче­сался об угол дома, потом опять приблизился к караульному, нагнул рыло пониже и неожиданно куснул голую ступню! Туземец замахнулся, чтобы ударить, но не удержался на корточках и упал на четвереньки. Поросенок тут же выхватил у него из-под колена тесак и, как собака с апортом, с тесаком в зубах, пустился бежать вдоль хижин.

Разъяренный страж заорал так, что оглянулись женщины. При виде улепетывающего с тесаком поросенка они начали было смеяться, но тут нарушитель спокойствия опрокинул глиняную мис­ку с тестом, и они хором принялись бранить обезоруженного часо­вого.

В деревне поднялась суматоха. Часовой бросил пост, чтобы погнаться за убегающим вором, дети с радостным визгом бросились за поросенком в погоню. Поросенок вломился в чью-то хижину, увлекая за собой шумную детскую ораву, и через минуту выскочил с разорванной циновкой на спине...

На какое-то время каменный дом остался без охраны. Нэти выскользнул из кустов, перебежал к дому и отодвинул засов на двери. Отворялась она вовнутрь.

В доме было довольно темно, хотя в углу чадил заправленный жиром светильник. У стены, сгорбившись и обхватив колени руками, сидел человек. Услыхав скрип двери, человек с надеждой вскинул голову: «Нэти?» Элен вскочила, звякнула цепь. Железное кольцо на щиколотке, железная скоба в стене - Гарунди оказался пре­дусмотрительным...

- Подними руки, лейтенант! - произнес чей-то голос лениво. Рикат медленно поднял руки.

- Авачи, ну пожалуйста!..

Нэти поглядел через плечо. Авачи стоял справа от двери, винтовка в его руках была как раз на уровне сердца Риката.

- Ава... а-а! - Элен вскрикнула.

Авачи на секунду отвел глаза, Рикат рванул винтовку за ствол, одновременно плечом обрушиваясь на дверь. Грянул выстрел, но пуля ушла в стену, а тяжелая дверь ударила Авачи, отбросив назад. Винтовка осталась у Нэти в руках, и он смог опять посмотреть на Элен.

Элен застыла наподобие каменного изваяния, даже просвистевшую рядом пулю не заметила. И все из-за того, что у ее ног внезапно возник толстобрюхий паук размером с галапагосскую черепаху. Соответственного размера нить паутины тянулась от паука к короткому боевому мечу.

Рикат выстрелил, потом еще и еще раз, пока не закончились в магазине патроны. Пули с чмоканием входи­ли в паучье тело, выплескивая зеленоватую жидкость. Казалось, что чудовище не замечает рваных ран, лениво перебирая лапами в бесконечном повороте. Но вот несколько горящих глаз уставились на Риката, и он попятился, прикрываясь бесполезной уже винтовкой. Но тут удар обрушился сзади, и лейтенант не устоял на ногах. Полетела в сторону винтовка, сам он упал на чудовище и внезапно ощутил под собою человеческое тело.

Потом Нэти подняли и со всего маху швырнули на стену, где он налетел на растянутое за лапы чучело леопарда. Веревки спружинили, и лейтенанта отбросило туда, где на полу у ног Элен лежало пробитое пулями тело толстяка Роберо. Рикат оттолкнулся от пола, вскочил и, наконец-то увидел нападающего.

Еще один оборотень! Он был одет в мундир Авачи, он смотрел гла­зами Авачи, но он не был человеком. Кривые когти на покры­тых шерстью руках, клыки над вздернутой губой, заостренные уши...

Рикат вывернулся из-под удара когтистой руки и бросился твари в ноги. Человек-зверь рухнул на пол, когти его впились в плечо Нэти, зато сам лейтенант вцепился в горло противника. Человек-зверь захрипел, яростным усилием оторвал от себя Нэти, пе­ревернулся на бок и прижал лейтенанта к телу Роберо. Мертвец жег, как раскаленная печь! Нэти рванулся так, что затрещали суставы, выскользнул, оставляя в когтях зверя клочья одежды и кожи, и оказался на ногах.

Человек-зверь, усмехаясь, обнажил клыки и пригнулся, готовясь к прыжку. По плечу Риката текла кровь, краем глаза он видел, как дергается на веревках чучело ле­опарда, и мертвая рука Роберо отчего-то тянется к мечу. Рикат опередил мертвеца, он первым схватил меч и подставил его под вытянувшееся в прыжке тело Авачи. Жуткий рев поче­му-то испустил леопард, а прибрежник просто рухнул на каменный пол, сразу теряя черты зверя.

Нэти выдернул меч. Толстая веревка все еще тянулась от рукояти меча к поясу Роберо, но Рикат не стал наклоняться и отвязывать. Ему не хотелось наклоняться. Он просто перерезал веревку, и в этот миг Роберо шевельнулся! Дернулось грузное тело, заклокотало что-то в груди... Нэти отшатнулся, выстав­ляя меч, но все тут же затихло. Лишь легонько покачивалось на веревках присмиревшее чучело леопарда.

Элен стояла на том же месте, где застало ее внезапное превращение прибрежников, и смотрела на Риката не с меньшим, если не с большим ужасом, чем на монстров. Нэти подошел, взялся рукой за железную скобу и выдернул из стены.



Алина Болото

Отредактировано: 27.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться