Прибрежник

Размер шрифта: - +

Эпизод 40

40

Миде вышел из храма такой счастливый, словно ему жалование повысили. Но тут, откуда ни возьмись, выскочил Инмаэ и упал перед ним на колени. Миде с перепугу заорал: «Герни!» Я, естественно, подошел и спросил у старшего жреца, что ему надо. Инмаэ оборотней узнает с полувзгляда: рассердился.

- Как ты смеешь, пес, ко мне обращаться?!

Пусть я пес, но не его, а богини Кеоде! К тому же моя волчья личина еще не забыла о том, как на Сазе убивают. А за что? Подумаешь, крабов ловил! О заклинаниях забыли они, а виноватым остался я. Я терпеть не могу, когда меня убивают! Правда, в резуль­тате я обрел еще и человеческую личину, но какой ценой! Мне нравилось быть волком, а не его ухом. Я все помню. Я служил Кеоде, я помог ей вернуться, и я уже не тот, что был. Теперь я - Макс Герни, бывший узник шинлийской крепости. А может и не он, ведь у оборотня несколько душ. В любом случае, я не позволю себе хамить!

- А кто ты такой, Инмаэ? Ты стоишь на коленях перед
первым встречным только за то, что он помог вернуть Кеоде. Но это он, а не ты! Ты навел чужаков на храм, чтобы они сгубили Кеоде, а ты бы вернул ее и оказался избавителем племени!

- Но в предсказании говорилось о возрождении Кеоде!..

- Но там не говорилось, чтобы Кеоде предавал собственный жрец! А зачем ты обманул глу­пенькую девчонку и отдал ее в руки врагов?

Но они все чужаки!

- А это не имеет значения! Ты не различал лиц, ты пре­давал всех, даже этих несчастных прибрежников! Если б они не пришли бы сюда, может быть, не стали бы оборотнями! Кеоде никогда не вер­нет милость народу Сазе, потому что предсказание не было ис­полнено.

- Я добьюсь! - завизжал Инмаэ и упал ниц перед Миде.

Мы говорили на родном языке жреца, поэтому Миде ничего не понял. Он испуганно воззрился на меня.

- Ты назначен старшим жрецом богини Кеоде! - сообщил я. - Будешь наставлять на путь истинный заблудших.

Миде расцвел счастливой улыбкой, похоже, предложение ему польстило.

Ирил хотела поскорее вернуться на яхту, но Элен отчего-то медлила.

- А что будет с ними? - спросила она, указывая на по­нурых леопардов. Клаус яростно заверещал, и обезьянья физио­номия его выразила крайнюю степень возмущения. Гарунди молча запрыгал в сторону кустов. «Плюх-плюх», - шлепало о дорогу тело жабы.

Вся штука в том, сколько Чердже они впитали. Насколько они были готовы стать нелюдями. Я почему-то думаю что, братья Олонжи недолго пробудут в звериной шкуре. Во всяком случае, еще до конца сезона дождей я надеюсь увидеть их людьми! Сейчас они час­тенько приходят к храму, и я слежу, чтобы жрецы не забывали оставлять им пищу. Только бы на их пути вновь не встретился Чердже! Я не знаю, где он сейчас, выполнил ли свое обещание дождаться смерти Риката. Надеюсь, что нет.



Алина Болото

Отредактировано: 27.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться