Причина изменчивости

Размер шрифта: - +

Кинестетик

Оставшиеся позади дни забытья, кошмаров и изнуряющей боли перестали иметь какое-либо значение в то мгновение, когда Олегу позволили в первый раз выйти из капсулы.

Рефлекторно сощурившись на яркий свет, он вдруг с изумлением понял, что не испытывает никакого дискомфорта: зрительные протезы адаптировались моментально. Он опустил глаза, и увидел обнаженную смуглую грудь, живот, руки и ноги – безукоризненно гладкие, без единого изъяна – но и без единого волоска.

Искусственная кожа, заменившая его собственную, обгоревшую, выглядела идеально.

Если бы ее создатели знали, что на самом деле спасли не Олега Белова, шахматного гения, а звезду криминальной хроники информационных краж и махинаций Александра Ловчего, скрывавшемуся под чужой личиной, они бы точно расстроились.

Доктор, Антон Петрович, любовался своей работой. Это было видно и по самодовольному выражению его лица, и горделивой, немного театральной позе.

А рядом с ним стояла щуплая пожилая женщина. Ее черный шелковый костюм подчеркивал платиновую белизну волос. Тонкая нитка жемчуга несколько раз обвивала шею, деликатно спрятанную за воротником-стоечкой.

Олег резко отвернулся.

– Мать вашу... То есть извините, но можно мне одеться?

– Ну-ну, любезный, – сказал доктор. – Мы ведь видели вас не то что без одежды, а совсем без всего, включая верхний слой мышечных волокон, так что позвольте оценить новую оболочку вашего прекрасного тела как произведение искусства! Тем более что именно этой женщине вы обязаны жизнью. Познакомьтесь: Анна Андреевна, ваш меценат, благотворитель и я бы даже сказал – ангел...

– Прекратите немедленно, Антон Петрович! – прошептала она, закрывая лицо руками. – Простите меня, Олег. Ради Бога, простите... Я не подумала...

– Что я вспомню о нижнем белье?!.

– Нет. О том, что я – женщина.

Анна Андреевна поспешно удалилась из палаты, но перед тем, как двери бесшумно сомкнулись, она не удержалась и еще раз взглянула на него, отраженного в зеркале.

Олег поймал ее взгляд, фыркнул и хотел было по старой привычке растереть переносицу, но что-то ему мешало.

Что-то было не так.

Он внимательно посмотрел сначала на одну свою руку, а потом на другую. Ущипнул себя за локоть, прикоснулся к плечу. Потом сунул палец в рот.

– Что за ересь?.. – растерянно спросил Олег доктора.

– Вас предупреждали – образец еще ни разу не использовался на человеке.

– Но я же ничего не чувствую!

– Совершенно верно – на данный момент вы полностью лишены осязания. Но поверхность вашей синтезированной кожи покрыта невероятным количеством интеллектуальных электромагнитных рецепторов, и очень скоро информация от них потечет по нейронной сети прямиком к вам в мозг. Тогда вы с легкостью распознаете сухое и мокрое, гладкое и шершавое. Завтра мы начнем понемногу процесс настройки ваших рецепторов, если вы, разумеется, не возражаете.

– Это было бы здорово. Но в моем положении смешно не быть благодарным, даже если с настройками ничего не получится. Альтернативой вашему эксперименту была разве что эвтаназия.

 

– Ну-ну, любезный. Все дурное уже позади.

Олег подошел к выставленному специально для сегодняшнего события огромному зеркалу, где он мог видеть себя с головы до ног.

Человек по ту сторону амальгамы хотя и выглядел знакомым, по началу воспринялся как некий отстраненный объект, а не собственное отражение. Малоподвижный взгляд искусственных глаз сделал лицо старше и серьезней. Абсолютно лысая голова, голые надбровные дуги и веки без растительности производили странноватое впечатление. Но даже это не смогло сделать непривлекательным то, что замыслила таковым природа. И неважно, что замысел ее изначально распространялся на совершенно другого человека, случайная гибель которого подарила Олегу второй шанс. А реализовать этот шанс ему помогла одна милая и очень храбрая девушка, пластический хирург, которая не побоялась связаться с прожженным мошенником, хотя знала о нем все.

Лучше носить чужое имя и лицо, чем смириться с приговором. По самым оптимистичным прогнозам ему грозило сокращение жизни более чем на двадцать пять лет.

Александр Ловчий исчез.

Вместо него на свете жил Олег.

– Антон Петрович, вы – гений, – сказал он доктору.

– Не меня благодарите, а Анну Андреевну. Это ее разработка, мои были только руки.

– Потрясающе.

– Подождите-подождите, вот настроим вам рецепторы, установим первоначальный набор персональных нано-девайсов – тогда и поблагодарите. Одевайтесь, я провожу вас в палату.

Раньше Олег никогда не задумывался, какую роль в его жизни играет осязание, но теперь понял, насколько сложно даже брюки застегнуть , не ощущая под пальцами пуговиц.

– Антон Петрович, а моя благодетельница навещала меня, пока я был в капсуле? Ее голос... Мне кажется, я уже слышал его, – спросил он, воюя с ширинкой.

Ширинка упорно сопротивлялась.

– Не удивительно, она в самом деле приходила к вам каждый день и подолгу разговаривала, особенно когда наступил криз. Анна Андреевна – большая поклонница вашего таланта, она очень переживала, что вы оставили шахматы и удалились от дел. А когда в газетах написали, что с вами беда стряслась, немедленно связалась со мной, и мы начали всю эту бумажную волокиту...

Голос доктора стал слащавым и фальшивым, а маленькие умные глазки нервно забегали, словно отыскивая в комнате пятый угол.

Блестящий хирург не обязан обладать талантами лжеца.

«Что-то ваш вермут дешевой водкой пахнет», – подумал Олег и очень дружелюбно ему улыбнулся.

 

Каждый новый день привносил все больше неясностей.



Юлия Горина

Отредактировано: 30.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться