Прикажите мне, принцесса

Глава 7.2

София давно не чувствовала себя такой беспомощной и растерянной.

Нет, откровенно говоря, беспомощной и растерянной она чувствовала себя с тех самых пор, как прибыла в Кадмар. Но задание на сегодня поставило ее в тупик. И это выводило из себя.

Тем более что и задание-то было бы легче легкого для кого угодно, кроме нее. С вечера бала-катастрофы прошло несколько дней. Сезон развлечений отменять не стали, и на сегодня планировался пикник в Дагмарском лесу. Пикник — значит, куча хлопот для кухни, это София уже уяснила, а кроме того — дополнительный фургон с готовыми и частично готовыми яствами. Их следовало развернуть, распаковать, разложить по легким дорожным тарелочкам из тростника, сервировать подносы… С кухни в сопровождение отправляли несколько десятков работников. В основном многочисленных помощниц.

И Софии выпало быть одной из них.

А пикник — это не кухня, где можно повязать косынку, испачкать щеки мукой, и никто не обратит внимания. Это яркое солнце, десятки придворных лицом к лицу — а среди них осталось немало тех, кто присягнул на верность Кервелину, но застал еще династию Молионов. И если Итилеан так легко узнал в прислуге принцессу… На кухне к помощницам кухарок вряд ли присматриваются, а если и замечают сходство — и подумать не могут, что это нечто большее, чем совпадение. На пикнике тоже, наверное… но солнце… множество старой знати так близко… Опасения медленно перерастали в панику.

София поймала себя на мысли, что не может сосредоточиться на том, что ей рассказывает Итилеан. Утром перед пикником он снова вызвал ее из кухни запиской, на сей раз — на ту площадку на вершине горы, где не так давно требовал раскрыть ему планы, угрожая ножом. И рассказывал теперь о… кажется, о том, как отреагировала королевская гвардия и дворцовая стража на его попытку пропаганды реваншизма. Зелье он подлил в их утреннюю похлебку, а дальше… дальше София слушала через слово. Отметила только, что он все-таки делится с ней информацией. И о планах, и о процессе их воплощения, хотя совсем недавно заявлял, что она нужна реваншистам исключительно в качестве знамени. Лживость? Лицемерие? Скорее всего, да, как и его неуравновешенность, которая оказалась просто удобной маской…

— Вы меня слышите? — вдруг гаркнули прямо над ухом. Итилеан бесцеремонно встряхнул ее за плечо — не больно, но неприятно. София очнулась и обиженно вырвалась.

— Повежливее, — недовольно буркнула она. Эта реплика вызвала у странного собеседника довольную усмешку. — Отвлеклась… У вас не найдется шпионского вадрита? Я должна прислуживать на пикнике сегодня днем. Боюсь, что меня могут узнать.

— Да, нам не помешают шпионские вадриты. На будущее — точно, — Итилеан снова был само спокойствие, точно это не он секунду назад прикрикнул на Софию таким тоном, каким разговаривают разве что на плацу. — А что до пикника… Я так понимаю, вы не бывали на подобных мероприятиях раньше?

— Нет, — неприязненно подтвердила София. 

— Значит, сами увидите. Среди всей этой кухонной прислуги, помощниц кухарок, которых туда отправляют, — он брезгливо скривился, — чуть ли до драк не доходит за право подносить еду. Знать, титулы, блеск, сплетни о тайных романах герцога и кухарки… дальше выстроите цепочку сами. Просто останьтесь в фургоне в компании корзин, которые нужно распаковывать, тарелок, которые нужно наполнять, и вадритов для придания выпечке хрустящей корочки. И успокойтесь.

София на минуту даже позабыла о том, что он так и не извинился за непочтительное поведение.

— Правда? Там такое творится? Кстати, вы откуда знаете?

— Когда начинаются ссоры, этого трудно не заметить, — снова поморщился Итилеан. — А теперь еще раз. Подумайте, что вы скажете страже, когда будете выступать перед ними с обращением. Я вас об этом уже просил, но вы не услышали.

— Что?! — дернулась София. Не услышать такое? 

Выступать перед стражниками? Значит, зелье подействовало на них всех? Упоминание имени принцессы Софии Молион вызвало заочную поддержку и симпатию? Быстро, слишком быстро! А потом что — свержение короля, убийства, война, хаос? О нет…

— То есть зелье все-таки работает?

— То есть вы не услышали ни слова из того, что я пытался рассказать, — констатировал Итилеан. — Зелье работает ровно в половине случаев. И удивительно избирательно по классам. Стража попала под его воздействие в полном составе. В гвардии таких единицы. Феретти говорит, что в армии картина тоже не радует — то же самое, единицы. Все, как я и думал. Стража пойдет за любым вожаком. Это мясо, не способное даже на верность короне.

— Вы сомневаетесь в действенности зелья? — догадалась София. — Ну конечно… Думаете, что все закономерно и без него. Да вы просто не видели, что делалось, когда я только угостила им тех стражников! И прислугу! Даже Ириз меня теперь обожает, а она…

— А может, все они вас обожают исключительно из-за вашего безмерного обаяния, вы не задумывались? — без улыбки поинтересовался Итилеан. — Так или иначе, переворот усилиями прислуги и стражи не совершить. Хотя и те и другие могут, несомненно, очень помочь. Мы разработали новый план, отталкиваясь от той же идеи с зельем. Оно определенно как-то действует, но этого недостаточно. Мы его заменим.

София опять вздрогнула. Эти слова прозвучали зловеще — несмотря на светский тон и мягкость, с которой Итилеан обращался с ней теперь почти все время, за исключением тех редких эпизодов, когда этот обманчивый флер слетал с него, обнажая прежнюю непредсказуемую суть. Веселые оранжевые лучи солнца, заливавшие площадку и заставлявшие листья плюща на ограде играть красноватыми бликами, вдруг показались огненным заревом. Заревом от грядущего кровопролития…

— Чем? — тихо переспросила она.

— Хорошим орталинским ядом. Идея Феретти, — буднично сказал Итилеан. — Не спешите падать в обморок. До яда дойдет не скоро. Пока у нас сплошные препятствия.

— Так. — София почувствовала, что теряется в потоке информации. Как там казалось всего полчаса назад — начальник гарнизона все-таки советуется с ней по поводу реваншистских планов и принимает ее мнение в расчет? Напрасно казалось. Итилеан, Феретти и прочие распланировали все за ее спиной. От того, что ее поставят в известность, ничего не изменится. Объект, а не субъект. Не стоило обольщаться.



Ханна Хаимович

Отредактировано: 09.09.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться