Приключения Альветты Белохвост.

Глава 1.

Г.1

«По новым данным, подозрительная сейсмическая активность была вызвана тем, что знаменитый Ежовый переулок оказался спящим уже не одно столетие вулканом. Учёные предполагают…»

- Господа, - средней комплекции мужчина, зачитавший отрывок из свежей газеты, встал, и грозно посмотрел на собравшихся. – это не может продолжаться. Молодые волшебники потеряли всякий контроль, а это грозит нам чередой неприятностей.

- Вы правы, министр Флигель, последняя дуэль в Ежовом переулке ещё раз доказала нам, что ситуация вышла из-под контроля. Но министерство виновно в этом более чем на половину. – по залу прокатился возмущённый шёпот. Ни один из учёных мужей, собравшихся здесь, даже под угрозами пыток не произнёс бы последних слов. Но, как известно, молодость частенько граничит с глупостью и безумством.

- Господин Эрингус, что вы хотели этим сказать? – министр Флигель нахмурил густые брови, и, нервничая, дотронулся до короткой бороды. – Не хотите ли вы намекнуть на…

- Да, министр, - вновь позволил себе вольность мужчина. – Пора отказаться от своих страхов и открыть Цитадель.

Зал ахнул. Министр Флигель покраснел, и ему показалось что пробившие двенадцать часы гулкими своими ударами досчитали последние минуты спокойной жизни.

- Цитадель стала проклятым местом, гнойной раной на наших телах. Волшебный мир ещё не успел забыть ужасов последней войны, когда брат шёл на брата, а отец на сына. Она потеряла былую славу и величие, Эрингус.

- Мой отец подарил себя Цитадели, он поплатился за неё жизнью, да и не он один. Нельзя закрывать двери храма, когда у его ворот топчется толпа страждущих, это преступление, дорогой совет.

Не успел мужчина договорить, как в распахнутое по случаю невыносимой жары окно влетел белый ворон. Просвистев над грядой седых макушек, птица звучно упала на деревянный пол. За ударом последовала вспышка, а над несчастным закружило облако бурой пыли. Едва сидящие откашлялись, с пола поднялся молодой светловолосый мужчина, с извиняющейся улыбкой он присел на пустующий стул.

- Юноша, вы как всегда экстравагантны. – тут же успел заметить добродушного вида старик. Пожалуй, на всю планету не нашлось бы более старейшего жителя, чем Изадор Дук.

- Моё почтение, господа. Извините за такую неожиданность, я немного не рассчитал с заклинанием.

- Пунктуальность, в купе с аккуратностью, никогда не были вашей сильной стороной, Эдан. – раздражённо повела круглым плечом тучная дама.

- Так мило, Адель, что вы уделили крупицу вашего времени, я польщен. – с ехидством парировал мужчина.

- Прекратите! Сегодня не ярмарочный день, а мы не толпа зевак, чтобы, слушать ваши бредни с леденцом в руке. – не выдержал ещё один член совета.

- Господа, вернёмся к вопросу о Цитадели Шабере. Вы отважны, Эрингус, раз решились на такое. – Флигель задумчиво посмотрел на мужчину, - Я подумал, и решил, что вы правы, нужно смело смотреть в глаза своим страхам. Но есть одно но: люди давно покинули город, который защищала Цитадель, придётся восстанавливать всё с самого начала.

- Вместе мы сильны, министр.

- Я знаю, Эрингус.

Эта история началась хмурым осенним вечером, когда усталые сумерки вместе со звоном дождя опустились на землю, а уставшее солнце укрылось серым одеялом огромных туч. Аля сидела у камина, читая очередную рукопись. Семейное дело процветало, новенькие, только отпечатанные книги расходились, словно горячие пирожки.

Итак, дорогие друзья, знакомьтесь: Альветта Белохвост. Гордость семьи и не последний человек в редакции. Рост она имела средний, ничем не примечательный, русые волосы едва доходили до лопаток. В тонких чертах её всё больше появлялась схожесть с одной птицей, но никто так и не мог сказать с какой.

Только-только в столице появилась странная мода: дамы совсем потеряли головы от бесконечной смены нарядов и пышных причёсок, и, наплевав на возмущённый шепот мужчин, облачились в брючные костюмы и зауженные, длинной по щиколотку, юбки. Алю это веянье не обошло стороной, и она смело шагала по редакции в любимом вельветовом костюмчике. Походившая скорее на мальчишку-посыльного, она вносила хаос в размеренную работу редакции.

- Альветта, когда же примут мой роман? – ежедневно вопрошали девушку прославленные писатели, или начинающие графоманы. И она, с улыбкой отвечала:

- Когда земля изменит полюсам, дорогой вы наш… - а дальше, как правило, следовало имя.

Ни один день не отличался от многих других. Вечная беготня из кабинета в кабинет, перепроверка будущих шедевров и утомительные встречи с их авторами. Корректоры возмущенно перешёптывались, когда хлипкая дверь открывалась, являя раскрасневшуюся Алю, которая непременно что-то требовала.

- Армен, дорогой ты мой человек, прошу, перепроверь последнюю главу, будь другом. – Армен краснел, и, бешено вращая глазами, выдавал:

- Аля, хозяйская дочь, есть ли в мире человек, которому ты доверяешь без перепроверок? – на что девушка лишь закатывала глаза, показывая, тем самым выказывая мнение на этот счёт.

- Ты же знаешь профессора Шинки, жизни не даст всей редакции, если хоть одну паршивую ошибочку выловит. – и с мольбой в глазах она смотрела на корректора. В сером вельветовом пиджаке и с зачёсанными на пробор волосами он походил на тощую, сутулую мышь в полосатом галстуке.