Приключения в междумирье. Ошибка бабушки.

Глава 5. Очень странный дом.

Первая дверь привела Веру в просторное прямоугольное помещение, посередине которого стоял длинный стол, за который смело можно было усадить целый класс с учителем во главе. Вдоль стен шли шкафы, похожие на кухонные: нижний ряд шкафов имел широкие выступающие столешницы, а верхний поблескивал темными стеклами, за которыми просматривались сервизы, графины, чайные пары, вазы и вазочки. Стол и шкафы были цвета светлого дерева, но на ощупь показались Вере металлическими. К столу были придвинуты два стула, а вдоль свободного от шкафов пространства стен стояла еще пара десятка стульев. Видимо, это была столовая. Удивительно чистая столовая, но жутко неуютная: шкафы были расставлены как попало, с ненужными и неудобными промежутками между ними, а в этих промежутках были вкривь и вкось напиханы стулья. Между двумя отдаленными шкафами был нелепо впихнут кран, – по всей видимости водопроводный, – но раковины под краном не было, а криво стоял очередной стул. Ручки у крана или кнопки над ним не было, но светилась тонкая синяя полоска. Потолок был высокий и с него лился приятный рассеянный свет, очень похожий на солнечный свет в облачный летний денек. Вера сообразила, что такое же освещение было и в большом зале, так как липовые окна в нем света не давали. Кстати, в этой столовой окон не было вообще, даже их иллюзорных подобий. И другой двери, кроме той, что шла из зала, тоже не было.

Раз уж Квазик подтвердил, что договор заключен и отмене не подлежит, то она в этом доме полноправная хозяйка, решила Вера. То ли шок от своего перемещения в другой мир еще не прошел, то ли нервная система Веры оказалась гораздо крепче, чем она всегда предполагала, но ни истерики, ни ощущения нереальности происходящего у Веры не было, было лишь желание разобраться, куда ее забросила судьба и как ей жить в новой реальности. Не было даже обиды за обман с рекламным красавчиком, поскольку обманутой себя Вера не ощущала – она же сразу предположила, что распрекрасные заморские принцы московских бабушек с распростертыми объятиями не ждут. (Тут и демоны брезгливо морщатся, но это мы поправим.)

Так-с, куда же нас завела извилистая тропа поиска супруга? Вера стала осматривать хозяйским взглядом содержимое всех шкафов и шкафчиков. Проведенная ревизия показала, что часть шкафов абсолютно пусты (и она с облегчением спрятала в них свои пакеты, решив, что столовая – самое подходящее место для них), а в других хранится много столовой утвари: тарелок различнейших размеров и глубины; всевозможной формы и объемов чашек, кружек, бокалов, стопок; наборы столовых приборов – вполне привычного вида. Но ни кастрюль, ни сковородок, ни чайников, ни прочих емкостей для приготовления пищи и напитков Вера не нашла, также как и того, что можно было бы приготовить: провизия в шкафах отсутствовала напрочь. Отсутствовала и плита, и холодильник, и микроволновая печь, и... да все отсутствовало, кроме стола, стульев и набитых посудой шкафов!

По закону подлости, именно в этот момент Вере страшно захотелось есть и пить. Захотелось настолько, что она рискнула подробно исследовать кран в стене и посмотреть, что из него потечет. Хм... знать бы еще, как его открыть – ни ручки, ни рычага кого на нем не было. Был только кран – просто кран...

Вытащив кружку побольше, Вера подставила ее под кран, надеясь, что он сработает автоматически. Не сработал. Вера осторожно провела ладонью над синей полоской. Полоска позеленела и кран ожил: из него полилась струя жидкости. Когда кружка наполнилась наполовину, Вера снова провела рукой над полоской, но реакции на этот раз не последовало: вода продолжала течь.

– Елки-палки, – ахнула Вера, когда жидкость перетекла через край.

Быстро поставив кружку на стол, Вера метнулась к шкафу, где стояли графины, вытащила самый большой, развернулась к крану, но замерла на полпути, увидев, как над стулом под краном замерцал серый туман, поглощающий воду. Еще миг – и полоска снова загорелась синим, вода перестала течь, а туман растворился.

В Вере проснулось извечное женское любопытство. Она отодвинула стул в сторону и снова провела рукой над полоской, готовясь в случае чего сразу подставить стул. Но «в случае чего» не случилось: серый туман просто завис в воздухе в полуметре от крана и так же спокойно стал поглощать воду. Примерно через десять секунд все опять выключилось само собой.

– Удобно, – одобрительно заметила Вера и окончательно убрала подальше стул. Кто его додумался под кран поставить?! И кто додумался сделать этот кран в таком неудобном месте – в темном узком углу, между двумя массивными шкафами до потолка?!

Задумчиво понюхав жидкость в кружке (она ничем не пахла), Вера решала важный вопрос: пить или не пить? Вода это или не вода, а если не вода – то опять-таки: пить или не пить? Осторожно дотронувшись до поверхности жидкости кончиком пальца и убедившись, что в кружке по крайней мере не опасная кислота, так как ничего плохого с ее пальцем не произошло, Вера рискнула лизнуть смоченный в жидкости палец.

– Хм, на вкус – вода. Будем рассуждать логически: Квазик меня проверял своим зеленым лучом и наверняка убедился, что мы с ним физиологически совместимы и способны породить столь желанное ему потомство, раз признал договор нерасторжимым. Из этого следует, что состоим мы из одних и тех же элементов и питаться должны примерно одинаковыми продуктами и основной элемент, который нам необходим – вода. Ну, рискнем. Раз молнией не убили, то и отравить не должны.

Действительно – не отравили. Жидкость оказалась настоящей вкусной свежей водой, и Вера напилась всласть.