Приключения Василиска

Размер шрифта: - +

24 серия. Круг шестой – вне кругов.

 

Мои мысли закружились на вертеле высшего разума. Не самого высшего, конечно же, а просто немного более высшего, чем должен быть мой. И что же делать мне, когда мне кажется при слишком быстром вращении, что на самом деле этот высший, чем я разум крутится вокруг моих мыслей. Стало настолько тошнотворно приятно, что я закрыл двери на засов и зашторил несуществующее окошко… Бред сочился из меня и вливался в меня, как вода в трубы из бассейна и из труб в бассейн. Смешная детская задачка не учитывала утопших в бассейне дикобразов. Ведь, когда они подкрались к моему дворику, осторожно касаясь коготочками голубых плиток, писатель этой задачки откупоривал новую бутылку свежего сока. Когда дикобразы барахтались в чистых хлорированных волнах божественного бассейна, пытаясь зубастыми ротиками поймать лишний, минимально необходимый для жизни, глоточек воздуха, писатель детской задачки делал что-то недетское… Только маленький мальчик в грязных шортиках, жёлтенькой футболочке стоял в садике, который располагался за бассейном и сжимал в своём маленьком кулачке кривую палочку. Палочка в его руке всего минуту назад была добрым волшебником. Или злым, но это неважно. Главное, что волшебником, который мог всё или практически всё. Спасти зверька – раз плюнуть. Но сейчас волшебник снова превратился в кривую палочку, потому что зверёк не смог добраться до минимально необходимого для жизни глотка воздуха. Потому что мальчик не умел плавать, а волшебник умел всё или практически всё. Но зверёк умер, и волшебник умер вместе с ним, а мальчик остался. Один. Сломать палочку и сломать память? Он провёл руками по грязным шортикам и жёлтой футболочке. На футболочке весело скакали радостные лошадки, которых нет. Мальчик отвернулся и медленно пошёл через садик. Садик, которого нет. Прочь от бассейна, которого нет. Мальчик, которого нет. Прочь из детства, которого не стало. А писатель детских задачек пришёл минут через десять, даже и не заметил, что что-то забило трубы его бассейна. Он сел на раскладной стул, закинул за спину яркий язык полосатого шарфа, выпил бокал сладкого вина, с наслаждением выкурил крепкую сигару и философски уставился на облака. Впрочем, там он ничего кроме облаков и не увидел. Потом он достал из-за пазухи исписанный блокнотик, повертел в зубах погрызенный карандаш и чудовищно наморщил лоб. Минут через пять, в порыве ожидаемого вдохновения, он слёту написал свою гениальную детскую задачку о трубах и о бассейне. Он ушёл. Он ничего не заметил. Никто ничего не заметил. А чтобы могло быть, если даже кто-нибудь что-нибудь и заметил. Ничего. А мысли настойчиво крутились на вертеле разума. Излишние мысли на вертеле моего высшего разума. Они могли уйти, затухнуть, расплескаться, умереть. Ну, хотя бы заткнуться, заткнуться, заткнуться. Но они стались. Все остались…



Роберт Морра

Отредактировано: 28.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться