Принц и злая ведьма

Глава 7

На первом этаже здания разместилась самая настоящая профессиональная фотостудия. Мы вошли сначала в небольшую прихожую, где нас с улыбкой поприветствовала девушка-администратор и, узнав Марка, проводила в огромное помещение с высокими потолками. Ого, это какое-то безумие!

Вокруг, как в кино про фэшн, сновали люди с вешалками на колесиках. Кто-то кому-то кричал и просил принести ножницы. Несколько девушек ругались в углу, перетягивая между собой какое-то блестящее платье. Но весь этот хаос происходил в полумраке, с которым сильно контрастировала светлая сторона. Я смогла рассмотреть белый фон, гигантские цветы и еще несколько узоров из причудливо переплетенных веток, кажется, из них была сделана арка. Я не могла разглядеть больше, мешало несколько мониторов, где постоянно менялись картинки.

Высокий худощавый блондин в широких джинсах и футболке на размер больше щелкал фотоаппаратом и временами что-то коротко говорил ассистентам. Те тут же куда-то бежали.

— Офигеть.

Я стояла посреди этого безумия и, чтобы не потеряться в нем, схватилась рукой за рубашку Громова. Он стал моим единственным маяком в бушующем океане.

— Знал, что тебе понравится, — снова эта бесячая самодовольная ухмылка.

Марк без церемоний схватил меня за руку и потащил к яркому пятну свету. Ему удавалось умело лавировать не только в потоке машин, с потоком людей он справлялся не хуже. Тепло его руки помогло немного успокоиться. Это было как далекое воспоминание из детства, когда кто-то берет тебя за руку и ведет, а ты чувствуешь себя в полной безопасности, потому что этот кто-то точно тебя не обидит.

Путь к фотографу нам преградила невысокая полноватая девушка с куцым крысиным хвостиком. У неё на шее болтался фотоаппарат, а в глазах сияла самоуверенность. Да, с этой чупакаброй мы точно не сработаемся.

— Привет, съемка еще идет, — нахмурилась она, — не отвлекайте мастера. А это еще кто? — смерила меня снисходительным взглядом.

Я с трудом подавила в себе желание отвесить пигалице хорошего пинка. Вот есть же такие люди, вроде, ничего особенного не сделала, а уже бесит.

— Её Герман пригласил для проекта, а я так — служба доставки, детка. Не сверли во мне дырку взглядом, я же не железный, Натусь.

Марк картинно подмигнул девушке. Чупакабра по имени Наташка мгновенно растаяла: щеки вспыхнули, на губах заиграла улыбка, а пальцы-сосиски сильнее вцепились в корпус фотоаппарата. Но вот взгляд голубых, почти прозрачных, глаз опустился на наши сцепленные руки. Я попыталась освободиться от захвата, но не тут-то было. Клешня Громова вцепилась в меня намертво.

— Сейчас он с Тиной закончит, увлекся. Как всегда, — красноречивый снисходительный взгляд в сторону фотографа.

Я проследила за ним и невольно зацепилась за изящную девушку, точеная фигурка которой была ярко освещена лампами. Полупрозрачное одеяние, как у лесной нимфы, не скрывает тонких рук, очертания полной груди и без всякого фотошопа идеального тела. Темные волосы распущены, они изящными волнами спускаются вниз по плечам и заканчиваются у локтей...

— Тина, улыбнись немного и голову правее. Представь, что тебя ветерок обдувает и тебе очень хорошо в чудесном саду, — командовал фотограф бархатистым голосом.

Хотелось самой мурчать и слушать такой. Если бы я могла влюбиться в голос, то тут же достала бы свое сердце и отдала ему со всеми потрохами.

Девушка подарила ему быстрый взгляд огромных карих глаз с длиннющими, подчеркнутыми умелыми стилистами, ресницами и чуть изогнула полные губы в улыбке.

— Отлично, ты прекрасна, Тина, — усердствовал парень, поддерживая свою модель.

Еще несколько щелчков. Фотограф подбежал к монитору, прощелкал на нем несколько кадров. Мне они все казались совершенными, но не ему. Нашел один. Несколько секунд недовольно на него смотрел.

— Тина, давай еще пару кадров. Ты очень напряжена. Расслабься, здесь не поле боя, — мягкий голос мгновенно изменился, когда парень глянул в сторону гримеров. — Девочки не спим, грим потек. Поправьте! — рявкнул так, что у меня заложило уши. Рука почему-то сильнее сжала ладонь Громова.

— Она приехала с опозданием на два дня, вот он и злится, — пояснила Чупакабра. — Боится, наверное, что не успеет закончить в срок.

Тем временем девушки порхали вокруг Тины, махая кисточками. Через минуту все было закончено и процесс снова пошел. Короткие команды фотографа — послушная ему модель. Это казалось каким-то сюрреалистичным. Неужели я могу оказаться там, на её месте? Позировать в красивой одежде, играть взглядом и движениями.

— Всем спасибо! Закончили, — наконец, вынес свой вердикт фотограф и обернулся, ища глазами Нату.

Та же пожирала взглядом Марка и вообще, кажется, отрешилась от всего сущего. Я закусила губу, чтобы не сказать ей пару ласковых и порекомендовать держаться как можно дальше от парней не из своей лиги. Поматросит же и бросит, должна понимать. Вот интересно, о ком я сейчас больше забочусь о ней, о себе или о Громове? Очередная задачка со звездочкой для моего блондинистого мозга.

— Наташа, — спокойная команда, — займись своей работой, наконец. Нужно организовать уборку декораций и разгони уже всех этих безумцев. Потом можешь идти домой, на сегодня всё.

— Прости, Гер. Бегу, — Чупакабра сорвалась с места и, размахивая руками, побежала к какому-то парню.

Мы же остались нос к носу с фотографом. Наконец-то я смогла его разглядеть. Не красавец, но внешность интересная: высокий, светловолосый парень с черными бровями, как будто их кто-то случайно нарисовал на бледном лице углем. Голубые глаза похожи на льдинки для коктейля, не замораживают на смерть, но холодок по коже идет исправно.

— Привет, — он коротко пожал руку Марку. — Показывай свою красавицу, — ответный изучающий взгляд мне не понравился.

На меня в жизни смотрели по-разному: снисходительно, зло, восхищенно и даже противно-сально. Но никогда не рассматривали как вещь при покупке. Он сканировал сверху вниз и, казалось, цеплялся холодным взглядом только за недостатки, даже прыщик засек. Я подернула плечами, пытаясь прогнать озноб, пробежавший вдоль позвоночника. Бр, жуткий тип.