Принцесса и Дракон

Font size: - +

Глава 56

После Рождества погода снова испортилась, потянулись серые промозглые дни зимней оттепели. Необыкновенное настроение и благостное состояние, навеянное чудесной сказочной ночью прошло, оставив по себе лишь сожаление о слишком поспешно принятом решении. Теперь девушка уже не была уверена в том, что сможет сделать Ричарда счастливым, и уж подавно, сомневалась в том, что будет счастлива сама. Однако брать данное слово назад Эмили не собиралась. Если понадобится, она будет притворяться всю жизнь. Кажется, именно это имел в виду Ламерти, когда они говорили о вечной любви, тогда на площади в Бетюне. Только он сказал, что притворство уместно во имя памяти умершей любви, тогда как в случае с Эмильенной оно будет заменять любовь так и не родившуюся. Впрочем, Эмили надеялась, что дружеская привязанность, которую она испытывает к жениху, превратит притворство в истинное чувство. Не так уж сильно дружба с любовью разнятся.

И все же Эмильенна была бы рада, если Ричард отказался от намерения жениться на ней. Она, столько раз заявлявшая, что не выйдет замуж иначе как по любви, в итоге поступает прямо противоположным образом. Уж лучше бы она тогда согласилась стать женой Ламерти! Конечно, с Диком все надежней и понятней, уж он-то будет любить ее всегда, в этом нет сомнений. И дело не только в характере самого Ричарда, а в том, как его воспитали. Достаточно взглянуть на Клариссу, овдовевшую лет десять назад, но продолжающую хранить верность покойному супругу, не говоря уже о сэре Гарольде, свято чтущем память возлюбленной Хенрики.

Все это было очень трогательно и внушало надежду, что в семье Стилби любовь не ослабевает с годами. Но достаточно ли ей быть любимой? Не совершила ли она огромную глупость, дав согласие на брак, не только не будучи влюбленной в жениха, но и вовсе любя другого мужчину? Ибо, к своему прискорбию, девушка обнаружила, что с ее решением выйти за Дика, чувства к Арману не изменились. Их, конечно, можно игнорировать или даже душить, но при этом тоска по Ламерти и осознание того, что она влюблена в него, оставались неизменными. При таком раскладе, честнее было бы уйти в монастырь. Впрочем, это она уже пробовала.

Возможно, ее исповедь об Армане повлияет на решение Дика. Девушка и боялась этого, и в то же время, желала. Однако дни проходили, и несмотря на решимость все рассказать жениху, Эмили медлила. Ей было страшно признаться, что она столько времени провела наедине с мужчиной. Эмили не чувствовала за собой никакой вины, и все-таки отлично понимала, как может быть воспринята ее история. Это во Франции, где революция стерла все грани разумного и сделала несущественными многие правила приличия, на ее приключения могли бы посмотреть сквозь пальцы. Но здесь, в чопорной пуританской Англии, девушка, оказавшаяся в подобной ситуации, удостоилась бы жалости и сожаления, как жертва обстоятельств, однако, репутация ее навсегда была бы опорочена. Именно поэтому Эмили оттягивала неприятный разговор до тех пор, пока Ричард сам не поднял этот вопрос.

Оставшись с девушкой наедине, что в последнее время ему почти никогда не удавалось, молодой человек, естественно, заговорил о том, что его больше всего волновало — о свадьбе. И тогда Эмильенна наконец решилась на непростой разговор.

- Ричард, - начала она. - Я давно должна тебе сказать то, о чем, при других обстоятельствах, предпочла бы молчать всю жизнь.

Дик, поняв, что сейчас узнает все, что давно хотел знать, вместо того чтобы обрадоваться, даже испугался. Тон, которым девушка начала разговор не предвещал ничего хорошего. И впервые Ричард подумал, что, возможно, ему бы лучше не знать то, что она до этого от него скрывала. Впрочем, надо отдать ему должное, в этот момент он заботился не о собственном спокойствии, а о своей невесте, видя как ей тяжело дается откровенность.

- Эмили, - поспешил он прервать девушку. - Ты можешь ничего не говорить, если не хочешь. Что бы ты не скрывала, знай, что никакие страшные тайны не в силах изменить моего отношения к тебе.

- Нет, ты должен знать, - вздохнула Эмильенна. - Но я запомню то, что ты сказал сейчас. Я пойму, если после моего признания, ты изменишь решение относительно нашего брака, но мне хотелось бы быть уверенной, что, по крайней мере, на твою дружбу я могу рассчитывать в любом случае. Надеюсь, что у меня не будет повода горько пожалеть о своей откровенности.

- Как ты можешь сомневаться во мне?! - возмутился Дик. - Нет ничего в мире, что заставило бы меня разлюбить тебя!

- Прости, - Эмили была тронута его словами. - То, что я расскажу не порадует тебя, как моего будущего мужа. И хотя я сама не вижу в произошедшем своей вины, в глазах света я, безусловно, должна казаться весьма сомнительной невестой.

Ричард молчал, напряженно вглядываясь в лицо собеседницы, а девушка продолжала.

- Ни тебе, ни твоей доброй матушке, ни собственным родителям я не рассказывала о том, как выбралась из Франции.

- Ты говорила, что кто-то помог тебе, - припомнил молодой человек. Сам он не считал эту тайну существенной, хотя ему и было любопытно поначалу, почему Эмили не рассказывает о своих приключениях подробно, но позже Ричард почти позабыл об этом. И уж никак не приходило ему в голову связать слезы и печаль девушки с тем, что произошло по дороге в Англию. Скорее он боялся, что Эмильенна потеряла или оставила во Франции того, кого любила и тоскует о нем.

- Да, помог, - кивнула она. - Его звали Арман де Ламерти.

Сердце Ричарда противно заныло. Он искренне жалел о том, что позволил ей исповедаться, и при этом сейчас ни за что бы не отказался от продолжения рассказа, даже точно зная, что правда причинит ему боль.



Литта Лински

Edited: 05.08.2017

Add to Library


Complain