Притяжение для двоих

Глава 19

Оказалось, что эта деревенька и есть владение моего экспериментатора. Хозяйский дом мало отличался от домов крестьян, только что размерами был больше. Словно оправдываясь, Мужчина объяснял:

- Это наследство от моей мамы. Я ведь второй сын. Деревенька плохонькая, земли мало, доходов никаких, да я и не вникал, наукой занимался. И сейчас живу в городе. Там легче работу найти. Сюда приезжаю только на лето. Вроде и от столицы недалеко, но тут глушь и тишь. Нам здесь не помешают.

Начали мы с того, что Арнольд достал какой-то прибор, состоящий их лампы и зеркал. Увидя мой испуг, начал объяснять:

- Это, Далетта, моё изобретение. С помощью лучей пси-излучения я могу видеть источник магии и каналы, идущие от него.

Мы договорились, что будем обращаться друг к другу по имени, так проще.

- Вот как маги блокируют источник у детей? – спросил Арнольд, и сам начал отвечать. – Они магическим зрением видят источник, как ядро, и обволакивают его защитным коконом, перекрывая каналы узлами. Магия в ребенке как бы засыпает, не имея выхода, она не увеличивается. Прокачки резерва нет. И сам ребенок не чувствует в себе силы. А как проводили разблокировку? Просто снимали кокон и рвали узлы. А почему? А потому, что не видели! Чем наносили непоправимый вред. Смертельный вред. Магия просыпалась, а каналы то порваны! Освобожденная энергия, не находя выхода, сжигала человека, заставляя корчиться в страшных муках. Но я с помощью своего прибора вижу не только сам источник, но и каналы. И снимаю узлы не сразу, а постепенно. А кокон открываю в последнюю очередь. За это время испытуемый учится управлять своей магией с помощью медитаций. Это тоже моя разработка. Упражнения учат концентрации и управлению силой. Магу это просто необходимо.

Вот так, подробно все объясняя, Арнольд рассматривал меня своим прибором и что-то записывал в тетрадь. Ушло на это несколько часов, за окном уже стемнело.

Комнат в доме было всего две, так что после небольшого ужина я ушла спать, но уснуть долго не могла. Арнольд за стенкой ходил из угла в угол, что-то бубнил, а потом затихал, видимо, заносил записи в тетрадь. Все происходящее казалось мне сейчас абсурдом, но отступать не хотелось. Ведь никто от опытов до меня не умер, так почему я должна открыть этот отсчет? А еще меня тревожила мысль об Арманте. Смогут ли его вестники найти меня в этой деревеньке по ауре, или они привязаны к городскому адресу? И что будет, если Армант не получит мой ответ? Вернется раньше срока? Вряд ли. Работу он не бросит. Да, разговор с ним предстоит серьезный. Ведь я приняла решение сама, а мужчина может воспринять это как посягательство на его авторитет и главенство. Обидится? Перестанет разговаривать? Уйдет совсем? Почему-то не видела такого развития событий в поступках Арманта. Он же все понимает и он великодушен! Или я так хорошо о нем думаю?

Утро началось с того, что меня бесцеремонно разбудили, стянув одеяло.

- Далетта, я рассчитал! – надо мной стоял Арнольд с зажатыми листами из тетради и потрясал ими. – Все отлично! Есть несколько неприятных моментов, но они решаемы.

- Я рада за вас, - еще сонно пробормотала, так как по моим ощущениям я уснула буквально только что.

- Вставайте! Завтракаем и приступаем! – с воодушевлением проговорил экспериментатор.

- Может, вы проверите свои расчеты еще раз? – с надеждой на отсрочку попросила я.

- Не беспокойтесь! Проверил! Несколько раз! Всю ночь проверял! – мужчина был в азартном возбуждении, и это начало меня беспокоить. Он же не сможет провести все аккуратно, бессонная ночь даст о себе знать. Надо уговорить его отдохнуть до обеда, а вот потом на свежую голову приступим.

Как не странно, но мои аргументы показались ему здравыми, и Арнольд, прямо не раздеваясь, лег на мою кровать и мгновенно уснул, я даже не успела возмутиться, что это моя кровать и я еще не успела встать.

Сама первая стадия снятия блокировки с двух каналов прошла незаметно, а вот потом постепенно возникло ощущение, что у меня под кожей что-то шевелится и чем интенсивнее, тем болезненнее. Помогли упражнения медитации, которые показал Арнольд. Я словно, заглядывала в себя, пытаясь увидеть изнутри свой источник. Концентрация помогала отрешиться от неприятных ощущений, но ведь это только начало. Ночь прошла спокойно, хотя я опасалась, что уснуть мне не удастся.

На следующее утро экспериментатор опять просветил меня своим прибором и поздравил с первым успехом. Каналы, которые уже разблокированы, функционируют нормально, поэтому можно освободить следующие. Вот только реакция была сильнее первой. Теперь меня выкручивало, выворачивало наизнанку, тошнило. А Арнольд заставлял все равно медитировать, уговаривая как маленькую.

- Нет, - заявил он категорично, когда я отвлеклась от упражнений из-за сильной боли. – Не возьмусь больше снимать блокировку с девушки. С мужчинами как-то проще. Скажешь им «Не ной!», и они успокоятся, а ты еще больше реветь начинаешь от этих слов.

- Вот и помалкивай! – зло рявкнула я. – Мне тяжело, а ты скачешь вокруг и бубнишь «Не ной, не ной!».

Так прошел второй день. Только к вечеру мне стало легче, и со стороны перенесенная мной боль уже показалась не такой уж страшной. Вытерплю, тем более Арнольд уверил, что больнее не будет.

Только лежа уже в кровати поняла, что не пришел вестник от Арманта. Значит, они привязаны к адресу. Это плохо. Мама, конечно, сможет ответить за меня, но мне ведь не надо, чтобы он знал о моей выдумке с поездкой. Армант может спокойно проверить, посылали ли меня куда-то. Да, разборки с ним мне не избежать.