Неудачное признание

7

7.

Проснуться живыми – хорошо. Найти съедобные ягоды – очень хорошо. Ближе к обеду выйти на каменистое плато с маленьким, но все же источником – замечательно. Иметь в попутчиках бывалого путешественника – бесподобно.

Природной купальни на плато не было, но Варган сообразил сделать из нашей палатки небольшую чашу, казанком наполнить ее водой и подогреть снарядом магострела. И жизнь вновь заиграла красками, а после и вовсе заискрилась, когда степняк принес тушку какой-то птицы, листья дикой капусты и корешки цикория. Корешки он заварил вместе с ягодами, которые мы ранее нашли. Тушку разделал, освободил от пера и запек в золе, листья капусты споро нарезал, затем обварил в кипятке и приправил их уже знакомой красной смесью. Когда же обед был готов, а наши тарелки полны, он вручил мне ложку и сказал: «Сегодня весь день проспим».

Никогда ранее я не чувствовала себя более счастливой!

Никогда ранее я не ела более вкусной еды!

Никогда ранее я не спала слаще и крепче, чем в этот день!

Никогда ранее не просыпалась от тихого рыка и прочувствованного мужского мата, который начался с уже знакомых «Твою юж…!»

- Орвей, просыпайся! У нас утащили палатку.

- Что?

Я не сразу поняла, о чем он говорит. Стук заполошного сердца под щекой и ощущение странной твердости под руками сбили меня с толку. Еще сильнее сбило с толку то, что и стук и твердость вдруг исчезли, а голос степняка уже не раздавался у самого уха.

- Палатку утащили! Стереги остальные вещи, – сказал он, схватил магострел и скрылся в предрассветной дымке.

Что? Где? Когда?

Не проснувшаяся, но готовая действовать по первому приказу, я вцепилась в наш поредевший скарб и осоловело уставилась на раскрывшийся без палатки простор. За ночь на плато опустился туман, роса покрыла все травинки, все листики на кустах. И теперь с каждой новой секундой рассвета даже сверхмаленькие капельки воды начали наполняться светом и сиянием, а туман опадать. Медленно, словно ленивое существо, он убрал свои полупрозрачные сизые лапы и открыл вид на темно-зеленый до синевы лес справа, на безграничную песчаную даль слева и озерный простор посредине, на фоне которого дрались две размытые фигуры.

Вернее, это поначалу они показались размытыми, но стоило дымке разойтись, и я увидела степняка и крупную кошку, сбегающую от него. Это была рысь! Очень странная рысь с длинными заостренными и торчком стоящими ушами, длинным хвостом с шипастой кисточкой на конце, которой зверюга напоследок почти достала Варгана. Он резво ушел от удара, ухватил кошку за хвост и дернул на себя. В следующий миг рысь растворилась в воздухе, оглушив местность диким визгом, а степняк подхватил отвоеванную палатку и легкой походкой пошел ко мне.

Взбудораженный, напряженный и раздетый. Он не стеснялся ни голых ступней, ни обнаженного торса, за который Фиви, по ее словам, готова была отдать все. Он действительно был по-мужски красив, статен и силен. Ярко выделяющиеся мышцы груди, живота и плеч, жилы, проступающие на скульптурно вылепленных руках, мощная шея, пружинистый шаг и несущая опасность энергетика захватчика подтверждали это. Но, к сожалению, свое «все» сестра отдала другому, а затем отобрала моего Жарена, мою судьбу, мое супружеское счастье. И теперь, когда она на всех порах готовится к свадьбе, я здесь каждый день готовлюсь к… смерти. А все почему? А все потому, что вот этот степняк с горящим взором и восьмью кубиками пресса не сумел вовремя распознать чужую ложь, огласил род невесты и вместо предательницы Фиви взял в поход меня.

Слов нет, какая он сволочь!

- Странно, я только что отобрал нашу единственную защиту от гнуса и непогоды, дал под хвост озерному выловню, вернулся с победой, а ты не рада. - Варган с присущей ему грацией бросил палатку к моим ногам и усмехнулся: - Я был уверен, после спасения девушки иначе смотрят на победителя.

- Я на вас вообще смотреть не могу.

- Вижу. И что случилось за время моего отсутствия?

- Ничего хорошего.

- Тебя что-то укусило? – Он шагнул ближе, с беспокойством присмотрелся ко мне. – Россыпь пятен появилась на теле? Какое-то раздражение? Орвей, что?

- Меня кто-то взял в поход!

- А-а-а, - издевательски протянул князь, возвращаясь на прежнее место, – кое-кто здесь достаточно отдохнул, и у нее появились силы на скандал.

- Достаточно?! – вспыхнула я, готовая разорвать его в клочья за снисходительную улыбку, понимающий взгляд и абсолютную невозмутимость. Да он ведет себя со мной как с ребенком!

- Именно, - хмыкнул. - Ну и как, приятно начинать день с негативного настроя?

Опять этот покровительственный тон!

Я вскочила. Намеренная ответить, всего на миг отвела взгляд от вопросительного прищура степняка и обомлела. В траве всего в десятке шагов от нас появились и исчезли четыре кисточки, как у той рыси на хвосте. Четыре! Я бы с радостью подумала – привиделось. Но они двигались, не по ветру, как остальные травы и кусты, они двигались к нам.

Степняк обернулся, мгновенно вскинул магострел, но ничего опасного не заметил и вновь обратил насмешливый взгляд ко мне.

- И что ты там… уви-де-ла?

Судя по голосу, Варган очень удивился, когда я, не бросая нашего скарба, слетела со спального мешка и оказалась под его боком. Если бы осознала, я бы тоже удивилась. Однако испуг есть испуг. И мне совсем не хотелось думать, куда я ткнулась степняку лицом, но стук тяжело ударяющего сердца ощутила носом.

- Орвей?

- Та-а-ам были кошки. С кисточками на хвостах. Четыре особи!

- Успокойся, озерные выловни нападают только в первый час рассвета. А он давно закончился, - заверили меня.

Кожа у князя была горячей и чуть влажной, запах пряный, мышцы литыми, и если бы не мягкость покровов, я бы решила, что прижимаюсь к покрытой шерстяным одеялом печи, огонь в которой распаляют механические меха. Варган попытался меня отцепить, не смог, попытался еще раз и опять не сумел, с безнадежно тяжелым вздохом обнял за плечи. Вот теперь и мне стало понятно, что даже с занятыми руками я намертво вцепилась в него и, кажется, хлюпнула носом.