Признание.

15. В доме Яровых. Давид.

Часть II.

- Не налегай, - Давид приподнял изящную бровь, делая акцент на виски, которым Мирону нельзя было злоупотреблять.

- Конечно, пап, - Мирон допил содержимое бокала, он знал, что ему будет плохо, но не хуже, чем уже есть.

Вся его жизнь с одиннадцати лет заключалась в ограничениях, казалось бы, богатые не страдают, а по итогу – «не человек, а двуногое бессилие». Он зависим от инсулина, без него нет жизни. Сколько раз хотелось забыть, когда впервые проявилась болезнь, кадры трагедии одной семьи.
Мирону часто снилось воспоминание, как он стоит посредине гостиной, родителям нет дела до него, они никогда никого не замечали кроме своих проблем и задетых чувств. Отец вдребезги разбивает дорогую вазу о блестящий паркет, пытаясь заткнуть не прекращаемую истерику жены, которая перечисляет всех любовниц и места, где ей изменял муж, пока она самоотверженно занималась семейным бизнесом, их общим ребёнком! В этот раз ссора отличалась от всех предыдущих, угроза о разводе прикреплялась не только словесно. Родители Мирона часто ссорились, как и часто так же громко мирились, настолько забываясь, что не обращали внимания на сына, который надевал наушники и уходил из дома, чтобы не быть свидетелем странных взрослых отношений. Но в тот день обстояло всё иначе. Упрёки, слёзы, ненависть и злость, резкие слова, красавица с обложек журнала даёт пощёчину мужу, затем следующую, тот хватает её за запястье – последняя картинка, которую ярко запомнил одиннадцатилетний Мирон, прежде чем упал в обморок.

Выявленный сахарный диабет у ребёнка только на месяц оттянул развод родителей, ведь отец семейства не собирался бросать жену и сына, но так больше жить не мог. Он хотел свободу действий, семейная жизнь не для него с «такой истеричкой». Через год родители Мирона снова сошлись, продолжая подобным образом жить до сегодняшнего момента, а болезнь как появилась от всех душевных терзаний и переживаний за родителей, так и осталась при нём, никуда не исчезнув, как бы ему нравилось это или нет.

- Погуляй, Роксан, - Давид взлохматил упругие кудряшки сестры, которая зарычала на самое нелюбимое действие. А он знал это.

- Руку сломаю, Давид! – попыталась подхватить руку брата, но тот смеясь увернулся. – Я ему уже рассказала про тебя и Веру! – Роксана высунула язык, чтобы хоть как-то ущипнуть. - Извращенец! – но проговорила тихо, кому рассказывать секреты знала.

- Всё, иди, - Давид немного покраснел. Ох как он сожалел, что однажды раскрылся по пьяни Роксане. Но ему надо было высказаться и быть услышанным. Ему требовалось, и Роксана оказалась тем самым близким и родным человеком, который поддержал от всей сестринской души. Вот только в дальнейшем…

Роксана встряхнула кудряшки, посмотрев на парней и ушла с довольной улыбкой, направившись к Вере, нежно приобняв её за талию и положив подбородок на плечико, что-то спрашивая, что парни уже не слышали.

- Клим бы тебя убил, - Мирон в этом не сомневался.

Клим, как единственный мужчина в семье, сильно переживал за сестрёнку, которая взрослела с каждым годом.
«Переломаю хребет каждому, кто попытается её испортить и даже тому, кто искренне будет любить. Она не просто сестра для меня, она мне как дочь. Я ведь её с самого рождения нянчил, и вот так просто какой-то мужик её заберёт?», Клим любил Веру, очень сильно.

- Да, - подтвердил Давид, и тут он был благодарен Роксане, которая облегчила ему задачу. Честное слово, не знал, как рассказать Мирону о том, что произошло с ним, то как весь мир перевернуло в одну секунду. – Я люблю её, до безумия… - Давид сплотил пальцы в замок, пытаясь дышать спокойнее, но воздуха не хватало.

- Да ты весь в батю, - Мирон знал историю рождения аланского богатыря, которая раскрылась буквально пять лет назад. Клим настоял, чтобы Мирон помог найти настоящих родителей Давида, которого тайно усыновили, обрубив для безопасности все канаты, чтобы люди из прошлого не нарушили семейную идиллию Яровых, полюбившие осиротевшего мальчишку после Спитакского землетрясения, куда родители Давида отправились на юбилей дяди и там 7 декабря все погибли, а мальчик спасся, благодаря матери. Однако, в силу возраста неправильно выговорил свою фамилию и имя отца, из-за чего родственники из Северной Осетии потеряли любую нить с мальчишкой, по итогу, считая его тоже погибшим.
И вот они трое собрались в Северную Осетию, когда Клим с Мироном всё-таки подняли целый архив дела Гацарова Давида Арсалановича, назвавший себя Хасаловым Давидом Алановичем, потому что не мог выговорить некоторые буквы. Яровые никогда не углублялись в историю мальчика, потому что он только их сын, они его родители, но в то же время понимали, что однажды он задаст им вопрос, он узнает, что приёмный. Ему захочется приоткрыть тайну об истинных родителях. Но Яровые ничего не смогут на это ему ответить, потому что не ведают кем были родители их любимого Давида, люди, которые подарили самого чудесного сына.
Клим, Давид и Мирон нашли деревню, где Давид рос до четырёх лет, нашли дом, нашли родственников. Они узнали подлинную историю Гацарова Давида.

"- Арсалан никого не слушал и не собирался мириться с тем, что ему навязывали. У твоего отца была невеста, с детства уже предписывали свадьбу с Таирой. Но тут появилась твоя мама - Дарина, - тихий звук дудука доносился откуда-то, словно из самих зелёных вершин, поросшие настолько яркой зеленью, отчего реальность казалась фантазийной выдумкой. - Она училась вместе с Заремой, которая пригласила подружку в гости на летние каникулы. Я сам видел, как на неё смотрел Арсалан, как она смотрела на него, в первый же вечер это произошло, когда всей деревней собрались праздновать свадьбу сестры Заремы. Гулянка знатная вышла, как мы все пели и плясали! Ты бы видел!
Дарина была воспитанной девушкой, она нам всем понравилась. Я в своей жизни видел мало русских девушек, которые были красивы как звёзды в небе и в то же время такие скромные. Арсалан влюбился без памяти, тогда мы все и поняли, что ничего хорошего это не сулит. Парень уже взрослый, его свадьба близилась, а тут такое. Дарина вела себя достойно, не нарушала наших традиций, отца твоего держала на расстоянии. Зарема предупредила её о том, что Арсалан чужой жених. Арсалан тоже понимал своё положение, но бывает так, что двое созданы друг для друга и это никому не переписать. Дарина уехала быстрее, чем планировала, чтобы не создавать проблем. Твой отец тогда учился в Тбилиси, тем же летом сделал всё, чтобы перевестись в тот город, где училась твоя мама. И уехал в Нижний Новгород.
Арсалан сразу высказал своё слово по этому поводу, мы его целый год не видели, всё сводилось к одному, и он вернулся с Дариной уже в качестве невесты. Твою маму никто не обижал, бабы может что говорили, но с Арсаланом ей было нечего опасаться. Все её приняли. А вот её родители не одобрили выбор дочери, они были настроены категорически против. Но как я знаю, у твоей мамы был отец и мачеха, и брак с парнем из Осетии им не понравился. Дарина жила здесь, её отец с мачехой не приезжали, хотя она постоянно писала письма и отправляла фотографии, а он никогда ей не отвечал. Настоящая семья Дарины - это мы".

Дядя Амир рассказывал много, рассказывал красочно, его память хранила каждый момент, предчувствуя, что мальчик, которого они искали, один раз появится на пороге их дома. Они искали Давида, сначала им сказали, что мальчик погиб вместе со всеми, а затем оказалось, что видели похожего мальчонку в детдоме Еревана, но узнать подробностей не удалось, потому что Яровые уже увезли зеленоглазого ребёнка с предусмотренным тайным усыновлением.

- Родители знают о нас, я всё рассказал. Бабушка тоже в курсе, естественно, - как же без этого, он же стал постоянным гостем в Рязанской небольшой деревушке. – Мне нужно было закончить с Польшей и вернуться, чтобы быть здесь. Рядом с ней. Только тебе не говорил, момента не выпадало подходящего.

- Хоть тебе Клим и переломал бы хребет, но ты один из достойных мужчин, который позаботится о ней. Ему не о чем переживать, - Мирон с какой-то грустью и некоторой завистью осознавал, что на самом деле произошло с Давидом и Верой. Любовь… То самое неизвестное, которому Мирон никогда не придавал значения, считая чем-то выдуманным. Химия, не более. – Когда свадьба то?

- В середине августа. Сейчас мы займёмся переводом Веры из Рязанского универа в местный, ну и бабушку привезём сюда. Как раз до середины июля решим, а там будем готовиться. Ты друг жениха, - Давид радостно улыбнулся.

- Надеюсь, выдержу.

- Я в тебя верю, дружище.

Мирон улыбнулся, покачав головой. Он был рад за друга, был рад за Веру, зная, что они будут счастливы вместе. Они станут настоящей семьёй. Он искренне радовался за них.



Dmitrievska

Отредактировано: 15.06.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться