Он всегда безумно любил это место. Оранжерея старого заброшенного поместья. Здесь было так хорошо в дождь. Ураган разрушил крышу еще двадцать лет назад, и капли дождя беспрепятственно проникали внутрь, играли веселый ритм на перевернутых горшках. Несмотря на отсутствие хозяев, растения в кадках росли превосходно, а льющийся через подкрашенные стекла свет казался зеленым.
Здесь всегда царили сырость и сумрак. Здесь было тихо и холодно. Идеальное место для призрака. Для него. И так было много лет. До тех пор пока людские голоса не нарушили его покой. Пока у поместья не появились новые хозяева. Пока туда не переехала я.
- Ты точно уверен, что это то самое место? - Спросила, наверное, в тридцатый раз я у брата.
- Да, Рози. - Он закатал глаза.
Пожалуй, я представляла семейное поместье несколько иначе. Моя покойная тетя, мир ее праху, завещала это имение мне, оставив квартиру в центре города моему брату Алексу. С тетей нас мало что роднило, разве что любовь к пешим прогулкам и древняя аристократическая фамилия Дешенваль. Поэтому известие о том, что, несмотря на все, тетушка упомянула нас с братом в своем завещании, немало нас удивило.
Впрочем, как объяснил тетушкин адвокат, все в любом случае досталось нам, так как больше никаких наследников у нее не было. А так она просто решила как именно разделится имущество между мной и Алексом.
Квартира брата была в идеальном состоянии, когда поместье уже очень много лет оставалось заброшенным.
- Лекс, что-то мне не хочется туда идти. - Я покосилась на брата.
- Придется, Рози. Если ты сейчас продашь поместье, то мне придется продать квартиру.
- Да помню я. - Вздохнула я.
Даже после смерти тетушка не оставила нас в покое и поставила несколько условий, из-за которых мы с братом могли остаться ни с чем. Так, в случае отказа от части наследства надлежало продать все его целиком, передав деньги в фонд помощи животным. К тому же в таком случае, нам бы снова пришлось искать место для жилья. После смерти родителей тетушка, ставшая нашим опекуном, продала квартиру в которой мы жили, для оплаты школы-интерната, как она сама говорила. Летом она принимала нас у себя в городской квартире, которая теперь досталась Алексу, а о поместье мы слышали только в детстве. До сих пор я понятия не имела, что оно все еще существует.
Поместье находилось столь далеко от людей, что даже проехать на машине сюда было проблематично. Когда-то его окружали домики прислуги, а из городка вела широкая дорога. Но со временем все было утрачено. Дорога была порядком разбита, и я боялась, что станет с ней зимой. И здесь мне предстояло жить. Именно жить, на что строго указывало завещание.
- Да не бойся ты так. - Улыбнулся брат. - Сегодня я переночую с тобой, а завтра приедет Кейт с друзьями. Дом только снаружи в плохом состоянии, а внутри порядок. Отчасти- Он нахмурил лоб, припоминая подробности. - Правда, еще и оранжерея разрушена.
- Надеюсь, ты не приукрашиваешь. - Я вытащила из машины брата сумки и мы направились в дом.
Лекс не обманул. Все и впрямь было идеально сохранено. Неделю назад Лекс уже приезжал сюда, я не могла из-за гриппа, и вместе с нанятыми уборщиками привел в порядок основные помещения. Мне оставалось разобрать всего четыре комнаты, выглядевшие так, словно их не открывали со времен Гражданской войны.
Мебель в поместье была целиком из красного дерева, зал украшали резные колонны, которые у потолка венчали фигуры ангелов. Сквозь плотный слой пыли мерцала позолота. Красота!
- На первом этаже зал, столовая, кухня, две кладовые, библиотека, кабинет и выход в оранжерею. На втором комнаты для гостей и спальни.
- Здорово. - Улыбнулась я.
- Лампочки я везде поменял. - Продолжал вводить меня в курс дела Алекс. - Проводка в порядке. Ванные комнаты на втором этаже тоже в идеальном состоянии. Конечно, все со временем покрылось трещинами, ржавчиной и патиной, но жить можно.
- Спасибо. - Я улыбнулась. Как же хорошо иметь такого брата! У нас была большая разница в возрасте - Алекс недавно отметил свое тридцатипятилетие, а я еще и третий десяток не разменяла. Лекс уже обзавелся двумя прекрасными дочками и успел развестись, а у меня даже и парня по большому счету не было. Одним словом, нас много что разделяло, но ради друг друга мы могли пойти и в огонь и в воду.
Когда Лекс развелся с женой, и в буквальном смысле оказался на улице, я неделю уговаривала тетушку разрешить брату жить с нами, в то время, когда он ночевал на вокзале. И наоборот, когда меня вышвырнули из колледжа, Лекс сумел уговорить тетушку профинансировать мой перевод в менее престижное место. Так что в том, что брат занялся поместьем, не было ничего удивительного.
- Продукты в холодильнике, твои вещи в западной спальне. Я подумал, что там тебе больше всего понравится.
- Поднимемся? - Предложила я.
- Пошли. - Пожал плечами брат.
По мраморной белой лестнице мы поднялись на верх. Второй этаж немного напоминал гостиницу - узкий коридор с дверьми, за которыми скрывались спальные комнаты и комнаты гостей. Западная комната была прямо по коридору.
- Добро пожаловать! - Брат распахнул дверь, и я замерла от восторга.
Спальня была просторной. Одну из стен полностью занял витраж с изображением ангела, из глаз которого текли слезы - на улице шел дождь. Другую стену занимал огромный антикварный шкаф и столь же древние полки, с толстыми книгами в кожаных переплетах. Но больше всего меня впечатлила огромнейшая кровать из красного дерева с белым шелковым балдахином, стоявшая на возвышении и оттого казавшаяся еще больше.
- О господи, Лекс, это божественно! - Я закружилась по комнате, не зная, чему в первую очередь уделить внимание. Это было попросту невозможно. Как дом, стоящий среди леса не был разграблен? Сохранился во времени? Я вспомнила сказку о принцессе Авроре. Про ее замок все забыли, и он остался таким же, как в день, когда все уснули. Невероятно!