Призвание для монашки

8

Как не странно, утром меня никто не будил. А я, видимо, впервые за долгое время пригрелась и крепко уснула. Когда я проснулась, даже на кухне было светло. Через открытые окна заглядывали редкие лучи солнца, выхватывая кухонную утварь и снова прячась в темных облаках.

Погода здесь, конечно, не радует разнообразием. Хорошо, что пока дождя нет, хотя подозреваю, что он тут частый гость.

Аккуратно выбралась из укрытия и поняла, что ноги опять почему-то грязные, будто я всю ночь где-то ходила. Странно. Меня начало это серьезно пугать! Раньше за мной лунатизма не наблюдалось. В храме бы заметили и девочки – ученицы бы обязательно сообщили священнику. А потом бы меня вновь отправили в больницу для душевнобольных.

Непроизвольно я скривилась на последней мысли.

Да, я почти ничего не помню из пяти месяцев пребывания в лечебнице. А когда очередной родственник отправил меня в дом Терпимости, я все еще пребывала в шатком душевном состоянии, пытаясь осознать реальность. Поэтому и три месяца в борделе для меня стали лишь «тенями», которые есть, но никогда не покидают своих «уголков» памяти. Когда оказалась в монастыре Отречения, то настолько слилась с местной тишиной и своим внутренним миром, что перестала реагировать на реально происходящие вещи. В этом монастыре запрещались любые разговоры, нас учили «знакам». Поэтому там всегда было тихо, как в могиле. Только в храме святого Патрика я «вспомнила», что умею говорить.

Не знаю, куда бы я пошла после окончания учебы в храме, не будь я наследной княгиней. С таким «послужным списком», наверное, с радостью в дурдом забирают. Или я бы осталась в доме святого, чтобы стать настоящей монашкой и посвятить свою душу богу.

Вчерашние ночные гости остались в имение.

Рин, как заверил Григорий, с утра отправился за своими вещами в деревню. Мужчина обещал найти для нас провизию и моющие средства. Конечно, Григорий попросил по пути заехать в местную церковь и привезти святого Отца. На что кузнец очень благосклонно отреагировал.

Зана уже получила фронт работы от Григория и мыла комнаты. Григорий, проверял углы и конопатил щели, стараясь сделать холл более теплым. Хотя по сравнению с тем, что было раньше, на первом этаже стало просторнее, светлее и значительно теплее. Нужно только огромные окна отмыть и будет прекрасно.

Не мешая людям работать, я сама взялась за тряпку и начала отмывать стекла, собирая пыль и паутину. А окна здесь были огромными. От занавесок осталась труха, поэтому я скидывала ее без жалости на пол. Я настолько втянулась в монотонность работы, что чуть не упала, когда за моей спиной послышался голос девушки. Зана звала на обед.

Не успела я слезть с лестницы, как увидела в окне приближающихся гостей.

Рина я узнала сразу, а Святого Отца по мантии. А третий, наверное, служка.

Я стояла около главного входа, как настоящая хозяйка, дожидалась дорогих гостей. Мой взгляд цеплялся за «неровную» походку священнослужителя. А когда пресвятой отец подошел ко мне ближе, то я поняла одну вещь – он пьян!

Как священнослужитель может быть в нетрезвом состоянии?! Для меня эта картина была такой же противоестественной, как снег летом!

-Девка, пригласи графиню? – Пьяный аромат достиг моего лица и я не сдержалась, сморщилась, а затем чихнула. – Девка… - рыкнул на меня Отец и шлепнул по… попе, - пригласи свою хозяйку. – Он постарался улыбнуться мне «расплывающимися» губами. – Нужно обсудить оплату на проведение очищения этого дома дьявола.

Я стояла, как громом пораженная и не могла произнести ни слова.

В храме я ни разу не видела бутылок с горькой. Девочек – учениц, монашек и прихожанок не трогали служки и тем более святой Отец. Да, в храме брали подаяние, но я ни разу не видела, чтобы священнослужитель торговался об услуге, как купец на рынке.

Меня настолько поразил здешний святой Отец, что я не сдержалась и резко развернулась прочь в имение. Я не хотела видеть этого священнослужителя рядом с собой. Даже рядом с Лауфорд я бы запретила ему ходить, но…

Со стороны парадного входа на меня смотрела испуганная Зана. Она видела гамму эмоций отразившихся на моем лице и опять надумала себе невесть чего. В ее глазах гулял страх.

Григорий спокойно стоял рядом со служанкой, и на его лице была степенная доброжелательность. Ни грамма лишних чувств, как у настоящего дворецкого.

-Проведите святого Отца по имению и заплатите, сколько скажет, - пройдя мимо слуг, произнесла я и скрылась на кухне.

Мне больше не хотелось встречаться с местным «гласом божьим». Во мне сейчас кипело столько противоречий и моментов, которые не вписывались в картину моего мировоззрения. Мне хотелось «переписать» сегодняшний день или «стереть» его из памяти, но я понимала, что не смогу. Поэтому придется привыкать и подстраиваться под реальность мира за пределами храма. Захотелось помыться после встречи со святым отцом.

На лицо упали пряди темных волос…

Я смотрела сквозь них на пространство комнаты и ощущала себя «слепой». А мне ведь говорили в храме, что мир за стенами обители грязный, гнилой, лживый и порочный. Просили остаться в оплоте чистоты и смирения, но я пошла за письмом короля! Интересно, если бы я в тот день написала отказ на приказ короля, то осталась бы в храме монашкой?

Почему я об этом только сейчас думаю? Почему, когда мне приказывают, я сначала исполняю, а потом анализирую?

Мне никогда не стать княгиней, которая смотрит за своими людьми! Мне не стать самостоятельной, я привыкла к приказам!

-Извините, - послышался за спиной осторожный голос, и я резко повернулась к говорившему, - я хотел попросить воды для окропления стен.

Передо мной стоял служка с небольшим позолоченным котелком. Невысокий парень лет семнадцати смотрел на меня сальными глазами и улыбался щербатым ртом. Мне с новой силой захотелось испробовать ванну.



Гар Дар

Отредактировано: 11.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться