Призыв Цербера

Размер шрифта: - +

Призыв Цербера

- Привет, Лиззи!

Мне улыбается и машет рукой худенькая школьница. По белой рубашке бегут трещины изломов, ворот расстёгнут и обнажает шею и хрупкие плечи.

Она садится на соседний стул, по-детски съёживается, а затем выдыхает, расправляет грудь, вновь елозит и начинает болтать ногами. Я в сотый раз рассматриваю её лицо и вновь удивляюсь длине ресниц. Бывает же красота в мире.

- Как прошёл день?

Она смеётся, протяжно и низко, что совершенно не сочетается с её легкомысленным образом.

- Да как обычно, - всего на мгновение, но в её взгляде читается жуткая усталость, тут же растаявшая в детской игривости, - Сашка сегодня из-за меня с Лёней подрался. Такой дурак!

И вот она уже увлечённо раскрывает все детали драки, кто кого подначивал, кто кому нравится, общая иерархия класса, тайные встречи, интриги, расследования. Я улыбаюсь.

Общение со школьницей – как фаст фуд. Легко жуётся, максимум усластителей. Красота. 
Иногда девочка наклоняется ко мне и шёпотом говорит такие простые для меня, но важные для неё секреты. И на душе спокойно. 

Следующим появляется низкий, узкоплечий парень с ржавчиной в волосах и голосе.

- Привет, Лиз.

- Привет! Как прошёл твой день?

Он садится на противоположный мне стул, взгляд опущен на зажатый в ладонях предмет.

- Да… как обычно, - он делает глубокий вдох, сжимает челюсти.

- Ты же знаешь, можешь и не говорить.

- На работе всё как обычно. Как бы деньги есть деньги. И плевать, сколько людей я наебу. А вот дома… мои друзья. Постоянно вместе. Очень некомфортно себя чувствую рядом с ними.

- Почему?

Коричнево-серый свитер висит на нём мешком, как и бесформенные грязные джинсы. Я каждый раз размышляла: «А что, если одеть его в нормальную одежду? Изменится ли что-нибудь?»

- Ну, знаешь… девушка и парень вместе. Мне очень одиноко. 

Тут он поднимает на меня свои светло-карие глаза, впервые за весь разговор. Мне неловко от его взгляда, я отворачиваюсь на белые стены, смотрю на сидящую рядом школьницу и на оставшиеся пять серых стульев.

- Ну, общение с парочкой и с друзьями разные вещи. 

Его взгляд снова утыкается в предмет, я расслабляюсь.

- Мне всегда попадались стервы. Последняя была достойной, но ушла к моему другу, а потом ещё и обиделась на меня за что-то…

- Не такой уж достойной она была.

- Да… А я ведь просто хочу семью. Если почувствую, что девушка меня любит, я для неё всё сделаю.

И снова этот взгляд. Тоскливый, щенячий. Ожидающий пощёчины.

Чувствую на лице приторно-успокаивающую улыбку и ненавижу себя за это. Закидываю голову, смотрю какое-то время в потолок, а потом закрываю глаза. До странности темно, хотя вся комната белая и в ней много света. Темнота пугает.

- Елизавета!

Такие широкие, тёмные ноздри, напоминающие туннели или дуло дробовика. Может, это сама Матушка Смерть в очередном обличии? 

Я улыбаюсь. 

Высокая женщина в дико-тугом костюме из плотной фиолетово-розовой ткани садится справа от второго гостя. Её спина прямая, так же, как её взгляд.

- Как ваши дела?

- Ты не поздоровалась, как невежливо.

- Простите.

Отчего на душе такое спокойствие и умиротворение? Мне кажется, если я прикрою уши и попытаюсь абстрагироваться, то услышу океан или бурлящее предгрозовое небо, которое, на удивление, меня всегда прибивало к земле, будто пыль.

- И всё же. В офис пришёл новый сотрудник. Совершенная недотёпа, скажу я тебе по секрету. Ничего не умеет и всё приходится за ним переделывать.

Гордый нос с лёгкой горбинкой. Всегда любила такие носы. А вот скулы прячутся за щеками. 

- Как я тебе уже говорила – весь офис держится исключительно на мне. Так что приходится следить за ними, выяснять детали. Никто не хочет брать на себя ответственность.

Широкие кудри в каре лишь сильнее округляют лицо. Какая противоречивая внешность.

- Ты меня вообще слушаешь?

- Конечно.

Из личного опыта знаю, что с ней лучше не спорить.

Женщина кидает короткий взгляд на своего соседа. Он ей явно не нравится.

- Я не опоздала?

Молодая девушка, студентка, подмигивает мне и садится слева от парня. Теперь тот зажат между двух дам, но ему совершенно плевать, он всё крутит предмет в руках.

Светлые волосы собраны в хвост, жидкая чёлка растрёпана и немного кудрявится. Я не могу оторвать взгляда от её чувственных, нежно-розовых губ, верхняя из которых напоминает врата в рай.

- Лиза, солнце, как ты?

Я выпрямляюсь. Разве она может спрашивать?

- Как обычно. Эм. Ничего нового.

Она упирается локтями в колени, наклоняется так, что мне становятся видны спортивный чёрный лифчик и ложбинка между грудей. Голубые глаза со светлыми ресницами глядят с неким азартом.

- То есть совсем ничего?

- Совсем.

- И тебя это не удивляет?

Школьница тяжело вздыхает и хмуро смотрит на светловолосую девушку. Та ей коротко улыбается.

- Прекрати, - вырывается из моих уст.

Круглый стол, внезапно возникший перед нами, начал дребезжать. Хотя нет. Он с самого начала был здесь.

- Ты попытаешься меня убить?

- Нет. Что за глупость! Я даже дотянуться до тебя не могу.

И точно. Мои руки сцеплены за спиной. Или перевязаны.

В комнате начала мелькать лампочка. Щелчок. Всё погрузилось во тьму. Щелчок. Голубые глаза горят. Светлые короткие ресницы насмехаются надо мной. Волосы, короткие шортики и ярко-розовая майка. Что с ней не так? Щелчок. 

Я одна за круглым столом. Передо мной три человека, средний самый высокий. Лиц не видно. 

Где-то вверху горит самая слабая в мире лампа.



Гизатуллина Анна

Отредактировано: 31.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться