Про нее. Чистая анатомия

III. Окончание препарирования

Уродцы корчатся в бешеном ритме барабанов, а зрачок ширится-ширится. Где-то слева звенит противный голос ведущей новостей о бесчисленных катастрофах, столкновениях самолетов и сошедших с рельс поездов. 

Первый кнут – доносчику.

От пережитого ужаса седеют волосы, от пережитого ужаса сходят с ума.
Теперь еще пишут стихи , правда без смысла и рифмы. У нее они получаются тоскливыми и страшными. 

«Моя кровь в ручей

В стороне ничьей

Где кишит трава

Не идут слова»

Всё зачеркнуто.

«Великий комбинатор» искал ту идею, которая смогла бы воплотиться в гениальный роман или очерк, ну хотя бы рассказ. У Нее всё принимало вид записки: 
«Ухожу. Не ищи. Вещи оставь себе».


Правда кому было адресовано – она сама не знала. Наверное, тому, кто первый найдет ее мертвое тело.

Грешна. Грешнее, наверное, нет.

Самое любимое ее занятие - это чистить рыбу, вскрывая им брюхо и вытаскивая внутренности. Особенно она любила, когда разделочная доска , нож и ее руки были выпачканы в вязкой буровато-красной жидкости. Она разделывалась с собой.

В прошлой жизни она была рыбой.

А потом жарила и ела несоленой. Плачет. Всё время плачет.


Когда она идет, она постоянно в толпе ищет кого-то. А этот кто-то уже нашел. 

Но не ее. 

В детстве она часто каталась на качелях. Вверх, вверх, вверх!

Теперь она часто спотыкается и иногда падает. 

Когда она родилась, родители дали ей имя. Став взрослее, она уже вправе распоряжаться своим именем. Теперь у нее их много. 

- «Я ненавижу Время!»

- «Взаимно», - отвечает оно. И мстит страшно и жестоко, укорачивая ей жизнь с каждой минутой.

И всё-таки, порой она счастлива, так как иногда параллели пересекаются.

А ее аксиома гласит: «Happy end» - обязательный итог жизни.


Стартовая цена - ее рукой заново переписанный учебник физики.

 

2006



Елена Ромашова (TRISTIA)

Отредактировано: 22.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться