Пробел.

Размер шрифта: - +

Пробел.

Пробел
Алена Белая


Глава 1


-Ну, что? Что она сказала? - нетерпеливые слова встречают меня у порога.
Я устало захожу в квартиру и падаю на пуфик в прихожей. Ноги еще никогда так не гудели. Их словно выворачивало в разные стороны, и я от бессилия даже заплакала.
-Ну, ты чего? - опешил брат и даже растерялся на мгновение, - она всегда была сукой. Для меня это не новость.
Он сел возле моих ног и стал заботливо расстегивать молнии на моих сапогах. Я участливо помогала ему, позволяя снять с себя обувь и даже улыбнулась сквозь слезы.
Как бы мне не было стыдно, что меня жалеют совсем по другому поводу, признаться я не смогла в причине моих слез, поэтому благосклонно получала лавры незаслуженной заботы.
Нытье суставов мучило меня давно. Ночами я жевала зубами одеяло и выла в подушку, настолько нестерпимой казалась эта боль. Были дни, когда она проходила и я чувствовала себя вполне здоровым человеком. Могла одеть каблуки или бегать весь день на ногах, как, например, сегодня. Но боль упорно возвращалась и тогда, я мгновенно превращалась в старуху, с одним единственным желанием поскорее умереть.
-Вот дрянь... - Не унимался брат.
Он нервно расхаживал по комнате вдоль дивана, на который участливо усадил меня.
Я следила за ним глазами, с облегчением чувствуя, как боль в ногах немного отступала.
-Она хоть на мгновение представляет, каково это быть на грани жизни и смерти? Да она не имеет ни малейшего понятия, что такое помощь! Что такое страх! Всю жизнь прожила с уверенностью, что это ей, все и всегда должны по гроб в жизни...
-Подожди, - возразила я. - Она же не отказывалась.
-Ха! Ты ее не знаешь! Если она начала тянуть время, значит не собирается ничего предпринимать.
-Но, выглядела-то она неважно. Наверное, не спала ночью.
-Я тоже не спал! - стукнул себя в грудь мой брат и снова заходил по комнате.
Нашей разницей в возрасте было 12 лет. Из-за такого большого возрастного разрыва, мы росли совершенно в разных слоях, созданными жизненными и социальными условиями. У нас не было ни общих друзей, ни общих игрушек. Если я радовалась любой пластмассовой мелочи сомнительного качества, то Игорь получал радость только от нового мобильного телефона последней модели. Если я ходила в музыкальную школу и молча терпела ненавистные уроки, боясь перечить родителям, то Игорь, мог свободно выбирать себе любое времяпровождение, плывя по течению модной самостоятельности всего молодого поколения.
Родственной любви между нами особо не наблюдалось, я не понимала его увлечений, он не мог понять моих. Мы были разными не только внешне, он высокий блондин, а я маленькая шатенка, но и жили в абсолютно разных мирах. Легко расстались во взрослой жизни и поэтому я крайне удивилась, когда после гробового молчания, длившегося около семи лет, мой брат неожиданно ночью заявился ко мне домой.
Жила я одна. После неудавшегося романа, я совсем замкнулась. Перестала реагировать на приглашения подружек пойти где-нибудь повеселиться и со временем не заметила, как меня все забыли. Телефон замолчал и попискивал только, если было предложение на заработок. Раньше я работала медсестрой, но после смерти родителей, занялась переводами на дому. И, от этого, чувствовала себя свободной и независимой от чужих влияний в мою жизнь. До тех пор, пока мой, такой оберегаемый и чтимый покой не нарушил свалившийся, как снег на голову, младший брат и по сути, совсем чужой человек.
На улице смеркалось и в комнате постепенно наступал мрак. Игорь включил свет, и я от неожиданности зажмурилась.

-Нужно придумать план, - лихорадочно опуская жалюзи на окнах, сказал он. - Срочно придумать план.
-Не светись ты перед окнами, - поздно спохватилась я.
-А-а, черт, - выругался Игорь и отпрянул от пустого квадрата стекла, на который еще не опустил жалюзи. Вытянутыми руками, он наконец дотянул цепочку до конца и громко выдохнул. - Надо быть внимательней к таким мелочам.
Я сидела и молча наблюдала, как он выключил свет и стал смотреть на улицу, сквозь щелочку перекладин, оттянутых его пальцами.
Вся эта история жутко бесила. Мне отчаянно хотелось вернуть свою жизнь в прежнее русло, но я не раз уже прикусывала нижнюю губу, как только из меня пытался вырваться поток гнева, смешанный с обыкновенным эгоизмом.
-Кажется, ничего, - почему-то шепотом сказал Игорь, - пронесло...
-Есть хочешь? - спросила я, неожиданно испытав сильный приступ голода.
И, не дожидаясь его ответа, который он не торопился давать, продолжая оглядывать улицу, ушла на кухню. Включила свет, с недовольной гримасой оглядела холодильник и кроме початой бутылки коньяка ничего не обнаружила. Пока меня не было, Игорь съел все! Вчерашние котлеты. Пюре. Даже оставшиеся 5 яиц, видимо зажарил на сковородке, потому что в раковине кроме нее, была еще гора посуды.
Зло прикурив сигарету, которую вытащила из его пачки, я присела на табурет и задумалась. Игорь жил у меня уже третий день. А эта, как он ее назвал, сука, даже не сломалась. Сегодня она разговаривала со мной более сухо, чем вчера. То ли жизнь без муженька ей кажется маслом, то ли я чего-то недопонимаю в семейной жизни.
-Ты что? Куришь? - Игорь настолько удивленно среагировал на сигаретный дым, только что войдя на кухню, что я без слов затушила сигарету в блюдце, из которого уже вываливались вонючие окурки.
-Надо сходить в магазин, - буркнула я недовольно, с досадой понимая, что иду на поводу у эмоций и явно демонстрирую свое раздражение. - Нет ничего, что можно съесть. А я почти целый день не ела...
-Прости, прости, - снова обеспокоенно засуетился брат и полез в пустой холодильник. - Ты же знаешь, я, когда нервничаю, всегда много ем.
Я конечно же об этом ничего не знала, но промолчала, хотя сарказм из меня так и рвался наружу. Со вздохом поднялась и прошла в прихожую, одеться для похода в магазин. Он сунул мне в руки две пятитысячные купюры, и я настолько легко взяла их, будто для меня это было постоянной обыденностью. 
Деньги у меня были и свои, я могла возразить, но раздосадованная, что опять нужно будет напрягать и без того ноющие ноги, со злостью свернула купюры и хмуро уткнувшись в воротник пальто, быстро зашагала по проспекту.
К слову сказать, я не привыкла роскошно жить. К роскоши я относила не только одежду или автомобиль, но и еду. Поэтому, на себя много не тратила, обходясь самым необходимым, а тут, в растерянности замерла перед витринами магазина и даже немного оторопела. Многообразие продуктов, ранее не колыхали мой аппетит, но я уже знала, что Игорь не будет есть обычную гречку с молоком. Слишком избалован он был сытой жизнью, и, теперь, попутно испытывая неимоверно зверский аппетит и с обильным слюноотделением осматривая румяные копченные вырезки и вкусно пахнущие мясные рулеты, я обреченно понимала, что так легко отсюда не уйду.
Две купюры, быстро разошлись и я, как издыхающая лошадь, загруженная с двумя огромными пакетами, снова еле передвигала ноги по ступенькам до своей квартиры, в душе проклиная и Игоря, и его непутевую жену.



Алена Белая

Отредактировано: 16.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться