Прочерк

Часть 3. Глава 1

Насколько все-таки сильно в человеке чувство самосохранения и желания жить. Когда я принял решение свести счеты с жизнью, я даже не мог представить себе, насколько это будет тяжело.

Я пешком дошел до Тучкова моста и поднялся на самую его середину. Было уже темно, и весь город был прекрасен в своей подсветке. Я смотрел на Дворцовый мост, на возвышающиеся вдалеке шпили и купола, и сердце у меня щемило от неизбежного. Было холодно, моросил мелкий дождь, и надо уже было либо кончать, либо уходить прочь и признать, что я слабак, и могу бросить свою любимую на произвол судьбы.

Я понимал, что как только я перелезу через перила, времени на размышления у меня больше не будет – со всех сторон ко мне кинутся прохожие, и малейшее промедление закончится психиатрической лечебницей. Но как же было трудно действовать слаженно и быстро.

Я посмотрел вниз – черные волны плескались о стойки моста, поблескивая от вечернего освещения, они шумели, но не звали меня. Казалось, даже наоборот: во всем, что окружало меня, мне мерещился явственный шепот: «Уходи, уходи, уходи…»

Не знаю, сколько я простоял так, бездумно, бессмысленно вглядываясь вниз, словно мог узнать, что меня ждет дальше.

Наконец, что-то внутри меня щелкнуло. Я дождался, пока не будет прохожих, а машины будут стоять на светофоре перед мостом, легко подтянулся на руках, и встал с другой стороны ограды. Помедлив буквально мгновение, я оттолкнулся пятками и прыгнул…

Падая, я сильно ударился об опору моста, а затем и об воду. Волны тут же накрыли меня, и потащили вниз и в сторону. Наверное, я попал в какой-то водоворот, потому что меня снова и снова било об опору. Желание жить пересилило все мои решения, и я попытался выплыть – но это было нереально. Я не понимал, где верх, а где низ, ледяная вода сковала мои руки и ноги, все тело болело, легкие жгло от недостатка кислорода, и я барахтался, барахтался, барахтался, а потом вдруг все кончилось…

Я все также был в воде, но не было уже ни боли, ни паники. Я видел, как мое неподвижное тело еще несколько раз стукнулось об опору моста, после чего его подхватило какое-то другое течение, закрутило и потащило на дно. Первым моим порывом было последовать за ним, как вдруг все вокруг меня засветилось красным светом, и прямо посреди реки открылось огромное огненное отверстие. Портал, проход, врата, назовите, как хотите. И тут я понял, что чертов старец из Новогорода обманул меня – самоубийство настолько тяжкий грех, что меня уничтожат без суда и следствия.

Душа моя наполнилась острым разочарованием и обидой. Обидой на собственную глупость и на то, что моя жертва была напрасной. Но необходимо смириться с неизбежным и принять положенную кару с гордо поднятой головой, поэтому я, даже не пытаясь сопротивляться, медленно поплыл к открывшемуся проходу.

В это самое мгновенье на меня налетело что-то подобное урагану, свет померк, все исчезло, словно никогда и не существовало, и доли секунды спустя я обнаружил, что нахожусь в совершеннейшей мгле, вокруг меня пустота, вакуум.

Внезапно, я почувствовал, как кто-то вторгся в мои мысли, произнеся только одно словно «Черная дыра». Точно, ведь именно так общаются бестелесные. Я осмотрелся в поисках своего собеседника – никого.

- Плохо смотришь, ты больше не человек. Посмотри еще раз.

Я начал вращаться словно волчок, и, наконец, заметил над собой небольшое темно-синее облако, оно начало увеличиваться в размерах и, наконец, приблизилось ко мне почти вплотную. И, несмотря на то, что он был бесформенным сгустком энергии, и совсем не походил на того человека, которого я запомнил и так искал,  я его узнал мгновенно:

- Отец Алексей?

- Да, но теперь уже зови меня Хисп.

- Но как? Почему? Что вообще происходит? Что было там? Я ведь должен был пойти туда, да? Что делать дальше?

- Стой, стой, стой, слишком много вопросов, слишком мало ответов, - зачем ты это сделал?

- Это? – мне было настолько стыдно и неловко, что я не знал, что отвечать.

- Да, зачем ты прыгнул? Ведь я тебя сегодня целый день пытался остановить, но ты так упрямо, шел к этому, - он растягивал слова, чувствовалось, что ему надо со мной объясниться и поговорить очень о многом, но ему просто необходимо знать истинные причины моего поступка.

- Значит,  мне не показалось? Этот взгляд в церковной лавке и потом, когда я разговаривал со старцем…

- Со старцем!!! – Хисп просто захлебывался от возмущения, - ты так и не понял, с кем тебе довелось пообщаться?!! Я сделал все, чтобы ты меня услышал. Ты ведь слышал меня?

Его слова совершенно сбили меня с толку. Я никак не мог сообразить, что ему ответить, и, что ему необходимо от меня услышать. Он явно сильно возбужден, явно раздражен и явно очень нервничает.

- Хисп, что происходит? Почему ты так взволнован?

Он начал кружиться,  расти, а потом снова уменьшаться, темно-синий цвет его мерцал и переливался, затем на мгновение все померкло, и вдруг словно из ниоткуда вокруг нас возникла песчаная дорожка, вокруг которой росла цветущая сирень, воздух был наполнен ее ароматом, сам Хисп снова стал отцом Алексеем, таким же приятным, с такими же добрыми смеющимися глазами, ровно таким, как я его и запомнил. На нем была черная ряса, он аккуратно взял меня под руку и тихо произнес:



Александра Костина

Отредактировано: 04.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться