Проданная королева

Размер шрифта: - +

глава 10

Полумертвый от ужаса и пережитого волнения господин Селим Хайат сидел на кучке песка, жалобно всхлипывая, а русский в это время ожесточенного говорил по телефону, хотя, насколько арабу было известно, никакая сеть тут не ловила. Впрочем, он уже ничему не удивлялся, для этого русского, похоже, вообще не существовало преград.

Он внушал Селиму священный ужас. Сейчас, пока тот отошел в сторону и что-то четко выговаривал в трубку, можно было бы резко броситься и угнать автомобиль. Но даже мысль подобная у него не возникала.

Его же все равно найдут и потом... В лучшем случае пустят на колбасу, провертев живьем вперемешку со свининой. Как представил, так и затрясся в панике. Нет, злить его ни в коем случае нельзя!

И ведь знал, что так будет... Знал! Как только увидел тот проклятый браслет, сразу понял...

- Мммвах-ха-хаааа... – тихонько зарыдал несчастный. – Боже милосердный, клянусь, я исправлюсь! Только избавь меня от этого ужасного человека...

А ужасный человек в этот момент был занят подготовкой и очень спешил.

Прежде всего, Вадим связался с адвокатом отца и вызвал его сюда. Несмотря по позднее время, Гершин согласился вылететь немедленно. Однако Вадим хотел, чтобы тот сначала кое-что сделал для него.

Необходимые формальности отняли какое-то время, но зато все счета жены и тещи Вадима Балкина были заблокированы. Дальше предстояло оформить доверенности, составить новое завещание и начать бракоразводный процесс. Он хотел привести в порядок все свои дела.

Все-таки, если эта трусливая жирная тварь не врала, предстояло весьма рискованное дело. Но риск не останавливал Вадима. Он не боялся рисковать, боялся лишь того, что все это окажется бесполезной тратой времени и сил. И он никогда не сможет отыскать ее. Потому что это невозможно.

И как только мысль делала эту петлю, ставя под сомнение его затею, он сжимал зубы. Маяк работал, значит, ничего невозможного нет. Он готов был идти до края и за край. В данном случае – за край в буквальном смысле.

Закончив говорить, Вадим подошел к арабу, тот сидел нахохлившись и что-то тихонько бормотал. При виде его, испуганно отдернулся. Вадим жестом показал, чтобы тот шел в машину и сам сел за руль.

До рассвета оставалось примерно три часа.

 

***

Остаток ночи удалось кое-как поспать, к утру туда понаехало еще несколько машин с людьми. День прошел крайне плотно и загружено, но все дела, намеченные на сегодня, были сделаны.

Селиму, которого не отпускали ни на шаг, даже пописать его сопровождали два людоеда, казалось, что кошмарный русский никогда не устает и не отдыхает. Сам он давно не соображал, что происходит вокруг, просто плыл по течению, молясь, чтобы это когда-нибудь закончилось.

К ночи оно закончилось. Но началось кое-что похуже.

Труп женщины отправили на экспертизу. Как русский это сделал, минуя все запреты и границы, Селим не хотел знать. У каждого свои каналы и возможности.

Но когда услышал, чего конкретно хочет от него русский, завопил и забился в истерике. А у того даже выражение лица не изменилось. Каменное сердце! Так и кричал несчастный, но русский был к его крикам холоден и повторил то, что уже сказал до этого:

- Ты идешь со мной. И ты идешь первый. Туда и обратно. Везде первый, чтобы я видел. Ясно?

В конце концов, истерика прошла, Селим, понимая, что спорить бесполезно, взял себя в руки. Единственное, на чем он настоял – что с ним никто больше не пойдет. Он сделает это, но возьмет с собой только одного человека!

И, как ни странно, русский согласился.

Когда все детали уже были оговорены «на берегу», оставалось начать действовать. К тому времени уже наступила ночь. К хранилищу они подъехали только вдвоем. Селим все-таки опасался, что русский может заинтересоваться его ценным имуществом, и разорить тайник, но того, похоже, ничего, кроме поставленной цели не интересовало.

Входя в тайник, Селим подумал, что был тут всего лишь два дня назад, а столько событий и переживаний, столько напряжения, как будто пол жизни прошло. А предстояло ему напряжения и переживаний никак не меньше. И если он выберется живым из этой передряги, завяжет с тем бизнесом навсегда.

В последний момент вспомнил и захватил с собой пару одеял, которые держал специально для тех клиентов, что желали протащить с собой своих любимых питомцев. Не хотелось, чтобы какая-нибудь кошка, игуана или собачка загадили ему красивую бархатную обивку.

Но сейчас ценная обивка все равно была безнадежно испорчена. Как отодвинул крышку саркофага, так и ударил в нос запах сырости. Пришлось вытаскивать ее, перестилать дно одеялами. Русский все это время стоял рядом молча. Один раз спросил, когда только вошли:

- Это здесь?

Когда Селим кивнул в ответ, тот просто отошел в сторону и застыл, глядя куда-то в сторону и вглубь себя. Наконец все приготовления были закончены. В саркофаге все еще пахло сыростью, во всяком случае, можно было нормально устроиться на сухом. Селим позвал своего, теперь вроде как клиента-нанимателя. Тот вздрогнул от звука, словно очнулся. Подошел и вслед за Селимом влез в саркофаг.



Екатерина Кариди

Отредактировано: 16.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться