Проданная невеста

Глава 6

— Как ты меня назвал? — Наташа изобразила удивление. Вроде бы достоверно изобразила.

— Твоим собственным именем, — холодно улыбнулся Антон. Обошел ее вокруг, окидывая таким взглядом, словно она была рабыней на невольничьем рынке. Еще раз посмотрел в глаза и вдруг, схватив за руку, потащил обратно в подъезд. Встал в тамбуре между входными дверьми, притянув ее к себе спиной, сжал в объятиях и зашептал на ухо: — Или ты его уже забыла?!

В его руках Наташа враз растеряла былую ярость. А впрочем, вся злость пропала раньше – уступив место паническому страху разоблачения. Теперь, безвольная, она ощущала себя просто глубоко несчастной женщиной, преданной любимым человеком... который, как ей показалось сейчас, оказался, к тому же, опасным хищником.

— Когда ты догадался? — с трудом вымолвила она. Слезы катились по щекам, внутри было до противного пусто – словно там выгорело абсолютно всё. Но, что самое ужасное, его близость по-прежнему волновала. Дико волновала! Пожелай он, и Наташа отдалась бы ему прямо здесь, в грязном подъезде.

В ответ на ее вопрос Антон холодно усмехнулся:

— Неладное я почуял еще на свадьбе. Разные вы с ней, Натуля – от взгляда до вкуса губ.

— Почему же ты сделал вид, будто ничего не заметил? — вот этого Наташа никак не могла понять.

— Я что, похож на идиота?! — Антон чуть куснул ее за ухо, и Наташу пробила дрожь желания. — Раз сестрицу ты уже прикопала, вариантов у меня было немного: либо ты, либо ничего.

Ее снова охватила дрожь, только уже не от вожделения – ей стало жутко от того, сколь равнодушно Антон говорил об этом, А ведь уверен, что она убила Вику.

— Я Вичку не прикапывала, — пролепетала Наташа. — Она сама куда-то пропала...

Антон сжал рукой ее шею – вроде бы даже с нежностью, но ей стало страшно.

— Оставь эти бредни для папы, — прошептал он, — или для полиции. Да и не главное, как именно ты избавилась от сестры.

Его губы почти касались уха, дыхание обжигало, сводило с ума. Наташа с трудом стояла на ногах, почему-то страх лишь распалял желание. И... ей только казалось или в поясницу правда упиралось что-то твердое? Он тоже хочет ее, прямо здесь и сейчас?

— А что главное? — спросила она. В основном, чтобы как-то отвлечься и не уступить сжигавшему ее безумию. В подъезд могут зайти в любой момент, ведь даже темнота еще не наступила.

— Главное, что сейчас мы с тобой поедем домой и будем жить долго и счастливо. А Наташа должна как можно скорее сбежать из клиники и исчезнуть из нашей жизни навсегда. Если Викулин труп вдруг найдут – мы опознаем в нем Наташу, — Антон шептал все более возбуждающе. Одной рукой немного сдавливал ее шею, а другой мял грудь.

Наташа тяжело дышала. Сдерживать стоны стоило неимоверных усилий.

— Зачем ты назвал меня бешеной гюрзой?! — очень вовремя вспомнилась обида – иначе б уже стаскивала с него штаны. — И еще кучу гадостей...

— Должен же я был окончательно убедиться, что это ты, — тон снова стал холодным и расчетливым. Антон хохотнул: — Ты так забавно взбеленилась. В какой-то момент я даже испугался, что перестарался, и ты сейчас выдашь себя с головой – не только мне.

Наташе захотелось двинуть ему по яйцам. Но тут он снова резко переменился. Впился поцелуем в шею, поднялся губами к уху:

— Натуля, я всегда любил тебя! Не представляешь, как сожалел, что познакомился вперед с Викой, а не с тобой!..

Наташа вспыхнула в его объятиях спичкой. Но нужно было выяснить все до конца.

— Почему же тогда не бросил эту тварь?!

— А как бы, по-твоему, отреагировал Станислав Викентьевич, если бы я взял и сменил одну сестру на другую? — усмехнулся Антон. — Думаешь, не выставил бы меня вон в тот же час?!

— Наверное, выставил бы... — неохотно признала Наташа. Тело плавилось от ласк, мозг отключался... Однако вопросы еще остались. Усилием воли она вернула себя в сознание. — Но меньше получаса назад я своими глазами наблюдала твою любовь ко мне! — Уж тут он не изобретет оправдания!

— Натуля, разве ты не знаешь, что мужчины полигамны? — его руки без жалости ласкали ее тело, даря наслаждение и распаляя все больше. — Нам необходимо разнообразие – хоть изредка. Чтобы потом еще сильнее желать ту, которой принадлежит сердце.

— Но ты говорил этой девке, что любишь ее! — сквозь стон выкрикнула Наташа, чуть не повисая в его объятиях.

— Чего не ляпнешь на пике вожделения...

Антон резко развернул ее к себе. Страстный поцелуй обжег губы и рот. Жадная рука скользнула под юбку.

— Запомни, детка, я люблю тебя, только тебя! Ты мне веришь? Веришь, киска?

— Да! — провыла Наташа, забившись в конвульсиях наслаждения.

— Вот и хорошо... — Антон продолжал целовать и ласкать, но сбавил напор. — Тогда поедем домой. Не то я не сдержусь.

— Да, поедем...

Оправив одежду, Наташа вышла из подъезда на подгибающихся ногах. Голова кружилась от счастья – он любит ее. Ее! И всегда любил!