Проект 14

Размер шрифта: - +

Глава IX

Желтое такси долго колесило по улицам Берна, запутывая следы. Только после того как водитель убедился, что погони нет, а слежку организовать никто не успел,  машина выехала на загородную автостраду и помчалась прочь от Берна с предельно допустимой скоростью.  Через четверть часа желтое такси свернуло на проселочную дорогу.  Извилистая грунтовка  привела машину в загородное поместье, окруженное высоким забором. Ворота открылись автоматически и машина, не сбавляя скорости, въехала на охраняемую территорию. Через пару минут она остановилась перед  невзрачным серым зданием, насчитывавшим всего три этажа.  Возле подъезда такси уже ожидало трое мужчин в строгих черных костюмах. Двое помогли таксисту вытащить Алексея из машины, а третий забрал у него  флеш карту на которую таксист вот уже три дня записывал все передвижения Алексея. Репортера вволокли в здание и заперли в маленькой комнате, оставив на кровати.  Через десять минут, в комнату вошел человек в белом халате. Врач посветил фонариком Алексею в глаза и взял у него кровь из пальца. Затем  доктор раздел Алексея, вернее просто стянул с него банный халат и обработал рану на плече. Туго перевязал  лодыжку, уже изрядно посиневшую.  Обработал антисептиком ушибленное колено и наложил два шва на рану.  Перед уходом врач поставил Алексею укол в плечо.

В комнате вновь стало тихо и спокойно. Алексей лежал на маленькой кровати лицом вниз и ему снился  странный сон про погребальный костер.  А спустя какое-то время Алексей провалился в более глубокие слои сна. Его окутала черная пелена, без звуков и света. Ни костра, ни монеток на глазах, ни звука трескающихся поленьев, ничего не окружало журналиста. Только пустота. Только он и  кромешная тьма. В таком состоянии журналист провел следующие двенадцать часов.

Глаза открылись с большим трудом и не сразу. Сначала голову Алексея заполнили звуки из  окружающего мира, затем пришло осознание этих звуков и только потом наступило пробуждение. Алексей слышал, как за дверью ходили люди. Как кто-то громко отдавал короткие приказы. Что-то таскали, открывались и закрывались соседние двери. Слышно было, как за окном останавливались машины, затем уезжали, а на их место подъезжали другие. Алексей совершенно не желал вставать. Он понимал, что, как только  пошевелится боль в руке и колене ударит ему в голову и станет дурно, будет тошнить и закружится голова. С ним подобное уже случалось - память об автокатастрофе была еще свежа в сознании Алексея. Но, все же, любопытство заставило  журналиста подняться. На удивление боль не стала помехой этому. Она никуда не исчезла, Алексей чувствовал ее и в руке и в ноге, но эта боль, была где-то далеко. Как будто он смотрел на нее со стороны. По сухости во рту и тому, как сильно кружилась голова, журналист понял, что находится под действием какого-то лекарства, или наркотика. Комната плыла перед глазами и никак не желала оставаться на месте. Алексей с трудом приподнялся над кроватью. Затем сел. Окинул взглядом всю комнату и увидел у изголовья кровати стул, на котором лежала обычная больничная пижама синего цвета. Другой одежды в комнате Алексей не обнаружил и ему пришлось облачиться именно в нее. Хромая журналист направился к двери и осторожно открыл ее.  В коридоре ходили люди, носили коробки и чемоданы.  Молодой человек вышел из своего «номера», спустился на два этажа вниз по лестнице и направился  вдоль по коридору. Люди вокруг не обращали на него никакого внимания. Атмосфера спешки царила во всем здании. Когда Алексей достиг холла, к своему изумлению, помимо грузчиков, вносивших в здание бесчисленное количество коробок, он обнаружил Эдварда Бойля, который увлеченно руководил этим процессом. 

 - Патрик это шприцы! Аккуратнее! На первый этаж их, в перевязочную. Куда??? Куда ты это прешь? В кухню! Всю посуду в кухню!!!     

Меньше всего на свете Алексей ожидал увидеть  тут старшего из Бойлей. Да и, собственно где это тут?  С минуту Алексей стоял, как вкопанный, наблюдая, как именитый врач руководит целой армией рабочих. Затем оцепенение прошло. Журналист мотнул головой из стороны в сторону, словно пытаясь  раскидать по  местам все путающиеся в голове мысли, и сделал несколько шагов к  профессору. Бойль очередной раз давал ценные указания  грузчику с тяжеленной коробкой:

   - Эту коробку очень осторожно отнесите в мой кабинет! Там важная информация! Повторяю, очень, очень осторожно, - с этими словами доктор указал в сторону коридора откуда пришел Алексей и, увидев его, радостно взмахнул руками:

 - Мистер Соловьев! Как хорошо что вы, наконец,  пришли в себя!  Как ваше самочувствие? – Как ни в чем ни бывало спросил  врач.

- Бывало и получше… - Алексей не мог сформулировать вопросы, которые, как дикие пчелы, роились у него в голове.  На его лице застыла гримаса недоумения и растерянности. Доктор Бойль облегчил мучения журналиста и начал  разговор первым.

- Знаю, знаю, вас несколько удивляет сложившаяся ситуация и вам хотелось бы понять, что, собственно, происходит в данный момент. Но всему свое время, не хочу сваливать на вашу, как я погляжу, еще не совсем здоровую голову груз всей информации, которую вы, несомненно, должны узнать.  Не желаете ли на свежий воздух? – С этими словами, жестом, не терпящим отговорок, Бойль старший пригласил Алексея во двор. Попутно  профессор отдал  пару приказов относительно разгрузки  машины, стоявшей тут же, возле подъезда, и вышел вслед за молодым репортером.

Они шли по тенистой аллее, скользящей вокруг  серого здания. Вдоль тропинки через каждые десять метров ютились лавочки с массивными урнами.  Журналист и именитый доктор расположились на одной из них, и, выдержав небольшую паузу, Эдвард Бойль заговорил:



Евгений Ильичев

Отредактировано: 29.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: