Проклятая невеста и тайны города у болот

3.3

Позабытый всеми Ловкач, что так и сидел перед лошадиными мордами, тихо ахнул.

– Это княжеский полк, – сказал ровно. – На рассвете они здесь уже проезжали. Не вас ли искали, госпожа?..

– Лиса! И, полагаю, вы правы. Весьма предусмотрительно со стороны князя. Вас точно нанял не Джи Лин Ри? Вы нападаете, они спасают… Или находят трупы.

– Побойтесь бога! – не выдержал Ловкач. – По-вашему, этот балбес, – кивнул на А Ли, – способен на злодейство?

Мелиса пожала плечами, будто признавая за парнем право быть хоть серийным убийцей, и внимательнее пригляделась к собеседнику.

– По-моему, у вас вывихнута лодыжка.

– Судя по ощущениям, сломана.

Группа всадников достигла кареты в тот миг, когда Лиса правдами и неправдами вытащила на тракт госпожу Руденс и охарактеризовала ее как неплохую целительницу со слабыми нервами.

– Я не буду трогать незнакомого мужчину! – взвилась тетушка.

– Вас как зовут? – Мелиса отчетливо скрипнула зубами. – Ловкач Шин? Ловкач Шин – Эреса Руденс, Эреса – Ловкач. И раз формальности улажены, займитесь делом!

Пока тетушка не решалась приблизиться ни к А Ли, ни к его напарнику, всадники окружили карету. Щеголь в мундире полковника, сияя улыбкой, спешился и сообщил, что разбойники задержаны, волноваться не о чем, отныне достопочтенная госпожа невеста князя под надежной защитой.

– Да ну? – скривила губы Мелиса. – Вы правда думаете, что кто-то поверит, будто калека и оборвыш промышляют грабежами?

Ее уверили: разбойники были самые настоящие – некие гастролеры заглянули в княжество, да и нашли здесь небо в клеточку. А господ, что встретились приезжим, никто ни в чем не обвиняет. Многие из полка их знают.

Мужчина в соломенной шляпе – Ан Ди Шин, также известный как Ловкач Шин, – лучший сборщик налогов в Прихолмье. А молодой человек – внучок ведьмы Шессы, что пару лет назад спасла брак самого полковника от краха. Милый юноша, у которого все валится из рук, уже стал притчей во языцех.

А Ли на юношу не обиделся, потому что стоял столбом, таращился на карету и слышал окружающих весьма нечетко.

Невеста! Из Валесии! Рыжая, как шесские ведьмы, ленивая, с дрянными манерами… Зачем она Джи Лин Ри? Все ведь знают: по нему сохнет Майва Аноза – умная, красивая, добрая, интеллигентная, очаровательная, трудолюбивая. Она сделала для Холмов столько, что впору ей памятник поставить! И что с того, что вдова? Здесь, на границе, где земля пропитана кровью былых войн, это не считалось пороком.

В умах жителей Прихолмья Майва была судьбой князя. Это воспринималось как само собой разумеющийся факт. В отличие от толпами бегавших за ним глупых девиц, она достойна титула княгини. И тут на тебе – неведомая невеста.

Сумасшествие какое-то!

Потом сознание А Ли обработало еще одну новость, и любовные дела людей, которых он видел лишь издали, потеряли значение.

Ловкач – сборщик налогов? Дядя, чьи успехи на «теневой» стезе бабка восхваляет больше, чем подвиги Великого, работает на государство?! Да не просто работает в скучной конторе, а занимается тем, за что не так давно честной народ мог и в болоте утопить? Какой позор…

«Не хуже, чем разбой, и гораздо прибыльнее», – заметил здравый смысл, но душу рвала обида за предков и прислушиваться к голосу разума не хотелось.

– Дядя… Ты это… Издевался?!

– Шутил. – Ловкач настороженно следил за пухлой женщиной, чья странная шляпка в любой миг могла лишить его второго глаза. – Вместо того, чтобы дуться, сбегай к равнинным. – Он указал на видневшуюся вдали упряжку с осликом. – Не бойся, они вежливые.

– Дядя! – Но как объяснить старику, что лучше огрести хлыстом, чем услышать рядом с девушкой-Мечтой (пусть и временной, всего на несколько часов) унизительное: «Не бойся»?

– Не дядькай, а займись делом! – Госпожа Руденс как раз вправляла вывих, и Ловкач заметно нервничал. – Нельзя, чтоб равнинные с горцами сошлись, беда будет. Руки в ноги и пошел!

Стало обидно по-настоящему. Да, напарник, который уже не напарник, а, похоже, начальник и наставник, имеет полное право командовать. Даже грубить может – своя кровь, как-никак. Но что мешает в присутствии посторонних общаться по-человечески?

Вон и женщина, что наклонилась за какой-то мазью, неодобрительно качнула пышными формами и стукнула склянками, заставив Ловкача побагроветь и отвести глаза. Так ему и надо! Нечего на племянника орать перед приличными людьми. А эта Руденс приличная, как говорится, до неприличия. Лицо холеное и будто лишенное возраста, руки ухоженные, прическа как из парикмахерской – ни волосок не выбивается. Седины нет, морщинок совсем мало – как у дам с рекламных плакатов, что висят у аптеки и обещают вечную молодость.

«Я не должен облажаться. Ни за что. Только не сейчас», – приказывал себе А Ли, направляясь к ослику.