Проклятье Рябиновой Петли

Размер шрифта: - +

Тринадцатая глава

I — Малахия

Чтобы совершить ритуал призыва Белокрыльника, требовался голубь. И отец ездил за ним в город. Сейчас птица трепыхалась в его руках. Я не мог смотреть на убийство. Честное слово, раньше спокойно наблюдал, как резали курей, а сейчас боролся с подступающей тошнотой, смотря в пол, пока отец отрезал голубю крылья.

Ритуал проводили в подвале, где предварительно отодвинули кровати под стены. Себастиан с Муром ждали указаний, а Боригард держала в руках листок с заклинанием. Как оказалась, она мастер писать их.

Все при деле, кроме меня. Меня отец позвал на ритуал только потому, что не рассчитывал на то, что Белокрыльник задержится, а сделает всё быстро и отправиться восвояси. Куда это я не знал. В самом-то деле, он же человек, однако слишком «мутный», чтобы можно было что-то говорить наверняка. Я осмелился поднять взгляд, когда Себастиан с Муром взяли по крылу и принялись чертить ими кровавый круг, и, закончив, в его же центр сложили крылья.

Отец кивнул Боригард. Она зачитала заклинание:

— Белокрыльник, слуга Тёмного владыки, черпающий силу из жизни, принёсший душу в…

Больше я не вслушивался. Резко закружилась голова, и желудок подскочил к горлу. Пришлось сделать несколько шагов назад и прислониться спиной к стене, чтобы не упасть. Неужто дурно стало от вида крови, блестящей в свете лампочки? Интересно, как чувствует себя Мур?

Сперва я и подумал, что уловил его эмоции, но посмотрев на него, твердо стоящего на ногах, хотя заметно побледневшего, убедился, что головокружение и тошнота только мои. Ну, на девяносто процентов точно.

Воздух вдруг показался спёртым, пространство запульсировало темнотой, перед глазами заплясали фиолетовые мушки. Онемели ноги. Мне срочно нужно на улицу. Вдохнуть морозный ночной воздух.

Я тихо, чтобы не привлечь внимания отца или меченых, покинул подвал. В прихожей столкнулся с Джулианом и Марантой. Они что-то говорили, но я отмахнулся, и выбрел на улицу, по пути придерживаясь то за стены, то за поручни.

Оказавшись перед верандой, прошёл ещё немного, пока живот не скрутило спазмом, и не подкосились ноги. Я упал на бок в холодную влажную траву и лежал так некоторое время, делая короткие вдохи. Потихоньку живот отпустило, я перевернулся на спину и вдохнул полной грудью.

На небе мерцали звёзды, изредка их перекрывали дымчатые тучи. Ветер шелестел последними листьями. Вот и подошёл к концу Хэллоуин.

Безумный день и подходящее для него окончание.

Я лежал до холодных колик в пальцах и мурашек по коже. Головокружение ослабло, блевать не тянуло. Собирался уже встать, как в голове взорвался свет. Не буквально, но по ощущениям близко к этому. На несколько мгновений перед глазами стояла белая пелена, а тогда раздался голос:

— Мэл? Ты меня слышишь?

— Норвак?! — Я опешил и резко сел, от чего желудок снова подскочил к горлу. Зрение восстановилось, но каждое слово брата отдавалось в голове ударом молота по гонгу.

— Нам нужно поговорить, Мэл. Это очень важно. У меня мало времени…

— Какого чёрта? Куда ты делся? — Я огляделся, убедившись, что на улице совсем один, а Норвак связался со мной, используя ментальное заклинание. Он невесть где, в то время как «разрыв» стал настолько огромным, что через него мог бы пролезть слон. Призрак слона.

— Выслушай меня. Я должен был уйти.

— Ты сбежал.

— Я стал отцом. Мне позвонила девушка, с которой я провел время и она скала, что родила двойню.

— Что? Как такое возможно?

— Вот я и отправился всё проверить, Мэл. У старшей на запястье шрам. Петля. Не знаю, что всё это значит.

Глубоко вдохнув, я пытался собрать в голове мысли, но они разлетались в стороны, как перепуганные птицы в клетке. Той же птицей в груди трепыхалось сердце, точно как голубь недавно в ладонях отца. Жар разлился по телу, выгнав холод.

Я думал, что хуже некуда. Оказывается, всегда есть.

— Почему ты не сказал мне раньше? — спросил я, потирая пульсирующие болью виски.

— Боялся, что ты с остальными попытаетесь меня остановить. Сегодня я должен был сгореть…

— Ты так сильно злился на меня за попытки снять проклятье, а тут сам сбежал от него и почти навлёк апокалипсис. Да ещё и скрыл своё местоположение!

— Я был не прав, Мэл. Прости. Ты умный, ты сможешь снять проклятье, только не бросай попыток.

Слышать такое от старшего брата, от того, кто только и твердил, что я зря стараюсь спасти его, было совершенно дико, но в то же время приятно. Вот только как сказать Норваку, что уже назначена дата конца света? Это, ведь, значит, что я не справлюсь.

— Старший брат, никогда не думал, что скажу это, но другого выхода нет. У Отто было видение…

— Брось, не зови её так. Что за видение?

— Ты же сам знаешь. О призраках, хлынувших в наш мир. Короче говоря, Боригард назвала точную дату. Третье ноября. Как раз день рождение Иваны и Себастиана. День, когда им исполнится двадцать один, станет судным. Норвак, ты должен вернуться и пойти на Сожжение.



Диана Винтер

Отредактировано: 06.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться