Проклятье Рябиновой Петли

Шестая глава

I — Норвак

Стемнело быстро, и сразу после лёгкого ужина, на который Малахия не пришёл, сославшись на плохое самочувствие, отец собрал нас в подвале. Помещение хорошо освещалось настенными светильниками и поражало чистотой. Последний раз я был в подвале, когда искал старую книгу заклинаний перед шестнадцатым днём рождения. И тогда он почти трещал по швам от старой мебели, картонных коробок со всякими ведьмовскими штучками и выцветших картин. Сейчас же весь интерьер составляли четыре обветшалые кровати, стоявшие изголовьями друг к другу и квадратный столик между ними в центре. Со стороны напоминало четырехлепестковый цветок.

— Что нам делать? — Себастиан огляделся и скрестил руки на груди. Интересно, как долго он занимался в спортзале, чтобы накачать такие мускулы? После первого испытания его рубашка отправилась в стирку, поэтому я одолжил Себастиану свою оливковую футболку, и на нём она сидела куда теснее, чем на мне.

— Сначала окропите травы кровью. — Отец протянул Себастиану складной ножик. В другой руке держал маленькую пиалу, полную сухих трав.

— Много крови нужно? — побледнев, спросил Мур. На его лбу выступил пот. Взгляд метался от пиалы к отцу и Себастиану, уже разрезавшему ладонь. Он едва ли не всё лезвие вогнал в плоть. Ненормальный, что ли?

— Несколько капель… — с опозданием произнёс отец. — Не стоило резать так глубоко, Себастиан.

— Мне не жалко. — Он сжал кулак над пиалой, и кровь ручейком залила сухоцветы.

— На. Перемотай. — Я сунул Себастиану платок, вспоминая вчерашний разговор в «спальном городе». Тогда Себастиан поведал одну забавную историю, как случайно на уроке математики проткнул карандашом ладонь, но не проронил ни слова. Сказать, что учительница была в шоке — ничего не сказать.

Боригард взяла нож и аккуратно кончиком лезвия провела по руке. После неё Мур и я. Когда кровь всех нас смешалась в пиале, отец кивнул и поставил её на столик между изголовьями.

— Прилягте и расслабьтесь. Травы погрузят вас в транс, а духи предков потребуют обнажить душу. Будьте честны, тогда всё пройдёт гладко.

Мы умостились на кроватях. Я проследил, как отец поднёс к сухоцветам зажигалку и как они вспыхнули красным пламенем. Если бы кровь была огнём, то выглядела бы именно так. Травы обуглились, затлели, испуская к потолку сизый дымок.

— Как долго мы будем в трансе? — спросил Себастиан.

— Ага, и что будет, если мы не «обнажим душу»? — добавила Боригард. У неё, как и у меня, как и у всех в подвале, доме и всём мире, есть секреты. Я не знал, чего ожидать от второго этапа инициации и боялся, что за правду травы захотят выведать. Говорят, что чужая душа — потёмки. Так для меня моя собственная — сущий мрак. Бывало, в экстренных ситуациях, когда адреналин бил в голову, я проделывал такое… На что в обычной жизни точно не решился бы.

Отец клацнул выключателем на стене:

— Длительность испытания зависит от того, насколько вы будете честны. Любая ложь как барьер, препятствующий установлению связи на эмоциональном уровне. Петля требует, чтобы вы были едины на Сожжении, иначе…

Подвал погрузился во мрак, развеиваемый лишь трепетным пламенем маленькой свечки, которую отец поставил в пиалу к тлеющим травам.

— Большой взрыв. Рванём как ядерная бомба, — закончил за него я. — Если сила выйдет из-под контроля у одного проклятого, её энергия катализируется другими. Эмоциональная связь — что-то вроде предохранителя.

Сжав в кулак липкую от крови ладонь, я лёг и закрыл глаза. Откуда я всё это знаю? Отец, конечно, много рассказывал об инициации, — но такого не помню.

От сладковато-терпкого запаха трав весь подвал завертелся, и даже с закрытыми веками меня укачивало будто на адской карусели. Проклятые молчали.

Пока дым из пиалы закрадывался в лёгкие, я успел задуматься о прошлом испытании и о том, чем всё закончилось.

 «Рябиновая петля погрузила его в летаргический сон, настолько глубокий, что почти смертельный. Из-за этого она погрузила в такой же сон остальных меченых, чтобы сохранить баланс». Баланс чего? Опустилась бы Призрачная завеса, если бы проклятые не проснулись? Что было бы? Или, уснув навеки, мы бы раз и навсегда покончили с жертвоприношениями?

И только ответ замаячил на грани сознания, как оно схлопнулось, а карусель набрала скорость.

Тело наполнила неестественная лёгкость.

Я шумно вдохнул и распахнул веки. Оглядевшись, понял, что нахожусь на астральном уровне поместья. Кровати до сих пор стоят «цветком», только вокруг полным полно картин с облезшей краской и пахнет пылью.

Где же взять духов? В подвале никого нет, кроме нас четверых.

— Вы спите или что? — спросил я, поднявшись.

— Конечно, нет. — Боригард встала на кровати и выпрямилась во весь рост. Сойти на пол не позволяли горы картин, заваливших проходы. И теперь Боригард высматривала путь, теребя медальон на цепочке.

— Что нам делать? — Мур сел и взъерошил волосы. Осмотревшись, вопросительно уставился на меня, будто я книга с ответами на все вопросы.

— Понятно, что не с бубном плясать, — хмыкнул Себастиан. — Давайте выйдем на улицу, а там посмотрим.



Диана Винтер

Отредактировано: 22.05.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться