Проклятье Рябиновой Петли

Размер шрифта: - +

Вторая глава

I — Норвак

Пока отец зачитывал заклинание, а мать подкладывала сухие травы в аромалампу, я задумался о других семьях. По слухам, новостям, социальным сетям я хорошо знал каждую, и не сомневался, что они также хорошо знают нашу. Алистеры, возможно, даже лучше других. Одна из близнецов — Маранта — владеет даром видения прошлого. При хорошей концентрации она легко могла бы увидеть даже момент наложения проклятья на клан Близнецов. В отличие от Маранты, её сестра Боригард, проклятая, видит будущее. По спине бегут мурашки, от одного представления, каково живётся Боригард, если она уже видела свою смерть. Каждый день не только в ожидании, но и в знании того, как это будет и когда. Хуже дара не придумать.

Семья Трагеров же славилась сетью похоронных бюро. Иванна и Себастиан окончили школу с отличием. Она поступила в престижный колледж и получила спортивную стипендию, а он устроился гробовщиком в одно из бюро. Я не знаю, какой у Себастиана дар, да и не особо пытался узнать. Как говорил отец, предупреждая о вспышках силы до и во время инициации: «Из даров всех меченых, парень, опасен только твой». Повезло мне, ничего не скажешь.

В окно ударил дождь. И хотя в комнате сквозняка быть не могло, пламя свечей заплясало и взвилось вверх. Я пихнул Малахию локтем в бок и кивнул на центр комнаты, заметив колебание воздуха.

Тени сгустились там. Они походили на грозовые тучи перед бурей. Бурлили, меняли форму, рокотали, словно далёкий гром. В них проблескивали извилистые молнии, освещая силуэты людей. Похожее я часто видел в старых фильмах, когда там быстро показывали сменяющиеся воспоминания из прошлого героев.

Гостиная наполнилась запахом жжёного воска, сладковатых трав и горького дыма. От смеси ароматов запершило в горле.

— Что-то представление затягивается… — прошептал я, покосившись на брата, но лицо Малахии выражало истинное восхищение: глаза широко раскрыты, брови слегка вздёрнуты, от чего на лбу собрались морщинки, приоткрыт рот. Видимо, ему нравилось наблюдать за тенями.

Снова сконцентрировав внимание на клубящейся грозе в комнате, я уже подумал, что ничто не удивит меня, но отступил назад. Ёкнуло сердце, когда каждое из фамильных растений охватило пламя. Я упёрся спиной в книжный шкаф, к щекам прилила кровь.

Растения сгорели быстро будто бенгальские огни. Дымок смешался с тенями, стал их частью, и в тот же момент они переформировались в три кокона, которые ненадолго зависли в воздухе и затем рассеялись. Расползлись, словно выгнанные из комнаты сквозняком. Клянусь! Я чувствовал его холодок, поползший вверх по позвоночнику, а прибывшие проклятые смотрели на меня. Я сглотнул вязкую слюну, в горле набух ком.

Все собрались, значит, инициация скоро начнётся.

 

II — Малахия

Пару секунд я рассматривал гостей, и хотел первым ступить вперёд, чтобы поздороваться, но Себастиан, на две головы выше даже отца, отреагировал раньше. Он сошёл с крестика, поправил воротник тёмно-вишнёвой рубашки и сказал:

— Что прыжок с самолёта. Те самые ощущения.

И правда. У меня самого кровь обогатилась адреналином, стоило меченым оказаться посреди комнаты. Эмпатия — как радар, который ловит все подряд волны.

— Ты прыгал с парашютом? — Норвак вскинул брови.

— Я прыгал с самолёта. Впрочем, не важно. Добрый вечер. Спасибо за мягкую посадку. — Себастиан протянул руку отцу. — Вы, верно, Якоб?

— Он самый. Как же ты вырос, Себастиан. Родители бы гордились тобой.

— Спасибо. Здравствуйте, Вильма.

Щеки матери покраснели, она улыбнулась и кивнула.

— Привет, я Отто. Чёрт. Вообще-то меня зовут Боригард, но мне привычнее Отто.

Я оторвал взгляд от Себастиана и заметил, что обращаются ко мне. Близняшка Алистер, что та демонесса, смотрела прямо на меня сверкающими зелёными глазами. На губах маняще алела помада.

— Подними челюсть, Мэл. Она у тебя по полу валяется. — Норвак толкнул меня в плечо и пожал протянутую девушкой худую руку. — Я Норвак. Моего зеваку-брата зовут Малахия.

Я быстро собрался с мыслями, но всё равно упустил момент. Предстал перед девушкой раззявой, просто отлично. Досада сжала горло, и если бы я заговорил, то голос оказался бы сиплым.

— Приятно познакомиться. — Боригард улыбнулась. — Но не скажу, что я рада встрече.

— Полностью поддерживаю! — К нам подошёл третий — бледнокожий и рыжеволосый, что пламя, Мур. — В любое другое время я бы с вами потусил, а тут… не те обстоятельства. Зовите меня Мур.

— Детвора! — воскликнула мама. — Давайте поужинаем. Бегом все мыть руки, а тогда приходите в столовую.

— Заодно и раззнакомитесь, — добавил отец.

И один за другим мы отправились в ванную, по пути обмениваясь короткими фразами. Скрывая неловкость, сковывавшую меня рядом с Боригард, я пытался выудить у Себастиана больше информации о прыжке с самолёта, и ответ почему-то не удивил. Только таким он мог быть у парня с холодным глубоким взглядом:



Диана Винтер

Отредактировано: 06.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться