Проклятье Рябиновой Петли

Размер шрифта: - +

Третья глава

I — Норвак

Приходить в себя после раны в плечо хуже, чем просыпаться с похмельем. Теперь я знаю это наверняка. Вот только почему мне было так больно, я понять не смог. Стекло попало в какой-то особенный нервный узел? Хотя не уверен, что вообще существуют «особенные». Главное, что его больше во мне нет. А плечо всё равно отзывается при малейшем движении. Отлично! Только ранения перед испытанием мне не хватало. Чёртовы птицы. Всё из-за них. Чёртово проклятье с его нестабильной силой…

— Ну, ты как, парень? — раздался голос отца. Он подошёл к кровати и присел на край. Что мне нравилось в отце, так это то, как он умел «сохранять лицо» в любой ситуации. Никогда не видел его разгневанным. Даже в те моменты, когда я возвращался домой после недельных загулов. Мать каждый раз приходила в бешенство. Краснела и кричала, а отец хоть бы что. Всегда спокоен, всегда в меру суров, как и сейчас.

— Всё ещё жив, — пробормотал я. Язык слушался плохо, превратившись в мочало в пересохшем рте.

— Ты напугал маму. Ребят тоже.

— Да и сам чуть в штаны не наложил. — Я улыбнулся. Вышло криво, как усмешка.

Отец посмотрел мне в глаза, отвёл взгляд и уперся локтями в колени.

— Двадцать лет я готовил тебя. Рассказал и обучил всему, чему только мог. И даже подумать не мог, что будет тяжело…

Так вот в кого Малахия пошёл. А я-то всегда думал, что он больше характером в мать.

— Первое испытание завтра утром? — спросил я, перебив отца.

— Нет, я решил перенести его на обед. Тебе нужно выспаться хорошо. Заодно Вильма немного подлечит тебя травами.

— А остальным ты сказал, что перенёс время начала?

Отец прищурил глаза. Свет от светильника на тумбочке блеснул в них хромированной сталью. Лоб расчертили глубокие морщины. Казалось, отец за один вечер постарел на несколько месяцев или это я был невнимательным сыном и не замечал раньше седины на его висках?

— Что-то не так? — спросил я. Взгляд с прищуром вызвал неприятные чувства.

— Мур убежал из дома. Малахия и остальные отправились за ним.

Новость огорошила меня и, не контролируя себя, я резко сел. За что сразу же и поплатился. Боль свела всё плечо и отняла руку. Я ахнул, схватившись за повязку.

— Они ещё не вернулись?

— Не вернулись, но уверен, что с ними всё в порядке.

— Ночь на улице! В лесу капканы! И куча хищников. Мэл может пострадать.

Отец качнул головой так категорично, как только мог и заявил:

— С ними всё будет в порядке. Твой брат может за себя постоять. И он не один. Они скоро вернутся.

— Ты убеждаешь меня или самого себя? — Я сжал челюсти и отбросил в сторону одеяло, намереваясь встать.

— Не груби, Норвак. И даже не думай вставать с кровати…

— Мне не десять лет. Не нужно мной командовать.

Всё детство мы с Малахией провели в лесу. Безумно любили гулять там, выслеживать животных, воровать яйца из гнёзд, играть в охотников, ровно до того момента, пока Малахия не ступил ногой в капкан, пока на нас не напал медведь и пока я не получил порцию картечи в руку. Весёлое было детство. И помня, как брат заливался слезами, пока спасший нас от медведя охотник открывал капкан, я просто не мог не пойти за ним. Инстинкт: «всегда защищать младшего брата» работал куда лучше инстинкта самосохранения.

Выдержав тяжёлый взгляд отца, я всё же встал с кровати. Комната всколыхнулась, словно будучи без сознания я успел перебрать с алкоголем.

— Куда ты собрался? — Отец тоже встал и, обойдя меня, застыл в дверях, пародируя каменную статую.

— Спасать младшего брата, — ответил я.

— Тебе нужно отдыхать, Норвак. Завтра инициация. Тебе нужны силы.

Силы у меня хоть отбавляй! Уйди с дороги, пожалуйста. Мне нужно на свежий воздух, иначе я сейчас снова упаду прямо тут.

Комната раскачалась. Завертелась, будто набравшая обороты детская карусель и мне правда показалось, что я сейчас резко прилягу. Желудок подскочил к горлу. Во рту было по-прежнему сухо.

Отец подхватил меня под руку и молча помог выйти в коридор, а затем и на веранду.

На улице шёл мелкий дождь и стоял туман, словно облако упало на двор поместья. Холодный воздух сразу протрезвил мозги и опустил желудок на прежнее место. Я присел на деревянные перила и вдохнул полной грудью.

— Принесёшь мне воды? Или хоть чего-нибудь. Пить хочу страшно, — попросил я.

— Только жди меня здесь. — Отец пригрозил пальцем и скрылся в поместье.

«Я бы и рад, но должен найти брата. Мне всё равно, что случится с остальными, но я не позволю, чтобы пострадал Малахия» — конечно же я ничего такого не сказал. Отвёл взгляд в сторону рябинового сада. Окутанные блестящей серой дымкой, деревья черными силуэтами выделялись на общем полотне октябрьской ночи. Пока сила нестабильна, а некоторые рябины не поддались «темноте» из них можно черпать энергию. Так со всеми фамильными растениями. Благо, мне это не требуется.



Диана Винтер

Отредактировано: 06.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться