"Проклятые рубины" книга первая "Стилеты Борджиа"

Размер шрифта: - +

Глава пятнадцатая.

День седьмой. Полицейский комиссариат, Анже, Франция, май 2014г.

Комиссар-стажер Александр Деланж остановил свой автомобиль у скромного особняка в пригороде Анже. Он сверился с адресом, который записал на клочке картонной обертки от пачки сигарет и показаниями навигатора. Убедившись, что приехал к нужному ему дому, удивленно пожав плечами, Алекс вышел из машины. Несмотря на небольшие размеры, дом был из разряда престижных и явно не тянул по вложенным средствам на зарплату медсестры, если только у нее не было других более существенных источников дохода. Подойдя к калитке, он нажал кнопку переговорного устройства. В динамике послышался щелчок, затем шорох, покашливание и наконец, раздался голос Мари Рени.
— Входите Александр у меня не заперто.
Алекс толкнул калитку и пройдя по неширокой подъездной дорожке посыпанной утрамбованным розовым песком, обрамленной аккуратно подрезанным кустарником добрался до стеклянной веранды с высокими прямыми окнами - в пол.
Мадам Рени ждала его стоя в дверном проеме и куря сигарету без фильтра, вставленную в длинный костяной мундштук. Женщина была одета в темно-зеленый шелковый халат расшитый золотистыми цветами, перепоясанный в талии кожаным плетеным поясом. В тон халату были и домашние тапочки, в виде улыбающихся заячьих мордочек. Легкий макияж приятно оттенял красивые черты лица. От строгой пожилой медсестры не осталось и следа. Его встретила моложавая женщина, которая превосходно выглядела даже в домашнем халате и тапочках, что по наблюдениям Алекса удавалось далеко не всем представительницам прекрасного пола.
Проводя многочисленные опросы в таких вот элитных кварталах, он зачастую встречал неухоженных, как бы махнувших на себя рукой домохозяек, которые «чистили перышки» и красиво одевались только перед выходом в свет. Довольные финансовым семейным благополучием они начинали жить в своем мире: сериалов, интернет общения, тайных любовных романов с тренерами по фитнесу, теннису и сплетен с подругами, совсем не заботясь о том, в каком виде они встретят мужа и детей, когда те вернуться домой с работы или из школы. К чиновникам и прочим служащим обеспечивающим контроль за качеством и безопасностью их существования они относились как прислуге, считая возможным беседовать с полицейскими или инспектором газового надзора с маской от морщин на лице, с волосами накрученными на бигуди или в старом халате, накинутом поверх растянутой ночной рубашки.
Обычно к сорока годам они с ужасом замечали, что дети давно уже живут своей жизнью, строя свою судьбу по личному разумению без советов «подвинутой на сериалах мамаши». Узнавали, что у мужа уже третья любовница и он – вот мерзавец, собирается создать с ней новую семью. Это узнавание некоторым из них давало хорошенькую встряску, после которой они за год или два менялись, начиная вести совсем другой образ жизни. Но большая часть из них так и оставалась любящими только лишь себя и свой придуманный мир лицами с нанесенной на них маской от морщин.
Были и другие типы женщин. Работа полицейского давала большие возможности для наблюдения за людскими характерами и отношениями. Особенно Алексу нравился тип женщин занимавших нижнюю строчку в его «сравнительной таблице».
Это был тип женщин, которые и в пять утра выглядели так, как будто бы собрались на прием к президенту страны для награждения их Орденом «Почетного Легиона». Алекс предпочитал общаться именно с таким типом женщин. Они умели нравиться всем. Не нравились, а именно умели нравиться. Дома они умели нравиться мужьям, детям, родным и друзьям. Во дворе и на улице они умели нравиться соседям и случайным прохожим. Для них не составляло разницы кому уметь нравиться – сантехнику меняющему смеситель в ванной комнате или директору банка, в котором они обслуживали свои счета. На работе они умели нравиться коллегам и клиентам. В магазинах и на рынках – продавцам и соседям по очереди. Они умели нравиться за рулем автомобиля и в зале ресторана, в парикмахерской и на теннисном корте. Это было их естественное состояние, на которое не влияли: время суток, пора года и головная боль во время менструального цикла. Когда им нездоровилось, они тоже умели нравиться. В глубокой старости они так же прекрасно умели нравиться, не стесняясь своего возраста, с удовольствием добавив в свой круг общения внуков и правнуков.
Недолгое общение с пожилой медсестрой позволило Алексу сделать выводы, что мадам Рени относилась именно к последней категории женщин – она умела нравиться.
— Я знала, что вы приедете Александр. У вас наверно набралась масса вопросов? Правильно сделали. Общение по телефону или посредством переписки в сети сухо и не дает ощущения комфорта. Чтобы там не придумали эти умники из Apple, общение вживую всегда будет приоритетно. Это как обед в ресторане - еда та же, но атмосфера другая.
— Вы правы мадам, мне приятно побывать у вас в гостях и думаю две головы лучше, чем одна покоящаяся на плечах смертельно уставшего сыщика. Вопросов возникло много и боюсь без вашей помощи мне не обойтись.
— И самый первый вопрос я думаю по поводу дома. Не удивляйтесь. Мой последний муж был успешным бизнесменом, да и я прилично зарабатывала на своей практике. Успела, знаете ли, обеспечить себе достойную старость. Ну да это мелочи. Вам нужен психологический портрет преступника?
— Да мадам.
— Я рада. Приятно снова ощутить чью-то потребность в своих навыках. Пойдемте в дом. Я сварю кофе и мы спокойно все обсудим. Думаю, что я смогу вам помочь. Тех материалов, которые вы мне прислали вчера на электронную почту вполне достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Кое-что мне уже пришло на ум, но в свою очередь у меня возникли вопросы к вам, — женщина затушила сигарету в раковине рапана, выполнявшей роль дворовой пепельницы и жестом пригасила Алекса внутрь дома.
Они прошли в просторную кухню, одновременно выполнявшую роль столовой. Мадам Рени начала варить кофе на песчаной жаровне, а Алекс расположился на мягком угловом диване.
— Скажите Алекс, — женщина обернулась к нему через левое плечо. — Вам ничего не показалось странным, во всех этих убийствах включая и парижский эпизод?
— Странным? Нет, а что? Единственная странность это отсутствие видимого мотива в действиях убийцы и отсутствие связи между жертвами.
— С этим я согласна. Отсутствие явного мотива. Но вспомните золотое правило сыщиков. Совершено одно убийство – ищи кому это выгодно. Совершены два сходных убийства – ищи закономерность, связь между ними. Совершены три – ищи маньяка. Дело в том, что все наши убийства совершены одним и тем же человеком.
— Не может быть. Убийство антиквара, явно мужских рук дело. Хотя на месте преступления и была найдена перчатка. Мы считаем, что в первом случае была просто случайность или попытка сбить нас со следа. Но один из старых сыщиков высказал предположение, что это сделано специально, такой своего рода личный знак. Но о том преступлении судить трудно – прошло столько времени. Тогда ведь все переключились на Кристиана де Фоссе, а настоящий убийца остался в стороне. Возможно, он тогда даже не попал в поле зрения полиции. Три убийства в Анже тоже не очень похожи на то, что их совершила женщина, хотя показания очевидцев указывают на обратное.
— Вот именно. Жаль, что тогда не прислушались к предположению опытного сыскаря. Похоже, что он был прав. Вы опираетесь на показания погибшего свидетеля и силу нанесенных ударов, когда стилет пробивает насквозь тело. Вас ввели в заблуждение выводы экспертов: «…по всей видимости, удары нанесены высоким мужчиной, обладающим большой физической силой…». Но, во-первых, сама форма лезвия стилета колющая. А в наших случаях колюще-режущая, что облегчает прохождение металла через мышечные ткани человеческого тела. Во-вторых, вы упускаете одну важную деталь.
— Какую же? Наша предполагаемая убийца завсегдатай тренажерных залов или секции силовых единоборств? Актеру по всей вероятности засадили стилет в грудь ударив по рукоятке ступнёй.
— Нет. Все гораздо проще. Она шизофреник. Есть такое редкое понятие - мерцающая шизофрения. Я немного шокирую вас специфической терминологией, но вы это переживете, — улыбнулась женщина. — Эта болезнь относится к приступообразно-прогредиентному типу течения шизофрении, который в свою очередь характеризуется признаками, свойственными и непрерывной, и циркулярной шизофрении. В отличие от основного типа, названного мной, мерцающую шизофрению порой очень трудно диагностировать. Обычно пациенты, страдающие этим заболеванием, ничем не отличаются от обычных людей, пока у них не начинается обострение болезни. Приступ бывает обычно краткосрочным от нескольких часов до нескольких дней, что и создает трудность в выявлении этих больных. Обычно приступ является следствием прогрессирующего заболевания и носит периодичность, которая с возрастом может сокращаться по времени.
— Полная луна? Время оборотней и маньяков, — улыбнулся Алекс.
— В этом нет ничего смешного. До сих пор в научном мире ведутся споры о том, что активная фаза луны может вызывать обострение у психически неуравновешенных людей. Этому нет научного объяснения, но зато есть множество фактов. Данный феномен можно наблюдать в психиатрических клиниках закрытого типа. Об этом упоминал в своем знаменитом романе «Мастер и Маргарита» известный писатель Мишель Булгаков. А он по профессии был врач, — грустно улыбнулась мадам Рени. — Но в нашем случае этот всплеск может произойти и под влиянием внешних факторов. Обида, испуг, желание отомстить. У больного происходит раздвоение личности. Во время приступа его мозг направляет импульсы в конечности, в мышцы: убежать, защититься, напасть. За счет того, что это происходит на уровне животных инстинктов, сила, с которой происходят движения, не контролируется мозговым отделом, отвечающим за эту функцию. Наоборот - мозг передает на мышцы команду работать по максимуму. Вот почему так трудно обездвижить шизофреника в состоянии припадка. Отсутствие восприятия боли, отсутствие мыслительного процесса. Все направлено на работу мышц, на защиту или нападение. Отсюда и сила наносимых ударов. В состоянии такого припадка любой хилый подросток, имея в руках металлический прут, наделает сквозных ран в теле боксера тяжеловеса. И поверьте моему опыту, он сделает это настолько быстро, что жертва даже не сможет понять, что собственно произошло. А потом больной может даже не вспомнить об этом, до наступления следующего приступа.
— Значит это никакой не маньяк, действующий по заранее составленному плану или ищущий случайные жертвы? — Алекс от удивления привстал с мягкого дивана.
— Маньяка нет, но есть шизофреник. А это гораздо опаснее. Им может оказаться кто угодно, даже ваша подружка, — мадам Рени сняла с жаровни турку и перелила кофе в две миниатюрные кофейные чашки из тонкого фарфора. — Да, да. Не удивляйтесь. Ведь именно эти больные обладают порой творческим даром. Примером тому могут служить и Эдгар По и земляк Ольги - Гоголь. Сам характер написанных ими произведений указывает на нестандартное восприятие окружающего мира и его видение. Но в этих случаях возможно снятие напряжения через творчество. Сальвадор Дали, Винсент Ван Гог, который вообще уникален в своей работоспособности. Ведь за десять с небольшим лет он создал более 2100 произведений, из которых если мне не изменяет память 860 картин написанных маслом. Кто может с уверенностью судить об их нормальности? Ведь если бы они нашли выход своему напряжению в физической агрессии, то возможно их имена стояли бы в одном ряду со знаменитыми убийцами. Поэтому нормальность это вообще расплывчатое понятие. Мы все в какой-то мере слегка сдвинутые, каждый в своей теме, — рассмеялась женщина.
— Так вы считаете, что это кто-то из конкурсантов? Творческие личности? Но там всего две женщины, — Алекс пересел к столу и взяв чашку отпил кофе.
От того что он услышал ему стало не по себе. Хотя он и не допускал даже малейшей мысли о причастности Ольги к совершенному убийству, слова мадам Рени оставили у него в душе неприятный осадок.
— Неприятно это признавать мадам, но вы можете оказаться правы, ведь именно с их приездом начинается эта серия. Хотя снова многое не сходится. И в причастность Ольги я не верю.
— Не обязательно, что именно ваша подруга или ее соперница Рената, должны быть преступницей которую мы ищем. Хотя должна заметить, что с момента задержания Ольги не совершено ни одного убийства. Простите мой цинизм, но это профессиональная привычка. Тем более, зачем лукавить в такой ситуации. Вы мальчик умный и сами разберетесь. Ваши выводы правильные. Здесь все взаимосвязано.
Приезд конкурсантов совпадает с началом серии этих загадочных убийств, но это еще, ни о чем не говорит. Ведь новое выступление убийцы спустя семь лет, тоже происходит в это время. И убивают именно актера который приехал из Парижа. Преступник мог получить доступ к информации задолго до начала конкурса, а состав участников ему я думаю, не важен. Возможно, это просто случайное стечение обстоятельств, которое оказалось ему на руку, что он успешно и использовал, окончательно запутав следствие. Меня гораздо больше смущает Париж. Отгадка там. Именно первое убийство поможет вам узнать кто, спустя семь лет снова взял стилет в руки. Убийство в театре это лишь сходная ситуация. Подтверждение стиля - того, что выбрал для себя преступник. Оставшись безнаказанным первый раз, он получил дополнительное эмоциональное удовлетворение, которое льстило ему все эти годы. Погибший актер где-то пересекся с убийцей, обидел его или стал представлять опасность, вот это и подтолкнуло его на новое убийство, — мадам Рени, достала сигарету из золотого портсигара и вставив ее в мундштук закурила. — Знаете, возможно, что первоначально она просто потеряла перчатку, заметая следы в антикварной лавке. А потом вспомнила и добавила ее как новый аксессуар в свой ритуал. Это только подтверждает мои предположения.
— Так кого нам искать? Мы можем как-то сузить круг? И в чем сходство между первым и вторым убийствами?
— Можете сузить. Должна быть причина. В нашем случае будет иметь место, скорее всего попытка защитить кого-то. В этом сходство. В побуждающем мотиве. Ищите пару. Я думаю, это должны быть: отец и дочь, муж и жена. Возможно любовник и любовница или брат и сестра. На крайний случай дядя и племянница. Причем учтите, что женщина в данном случае выступает защитницей интересов мужчины. Ее партнер то ли в силу своего характера, то ли может быть в силу каких-то других качеств не способен был себя защитить от опасности или обиды в первом и втором случаях. Актер и антиквар помогут вам разгадать тайну. Что-то там было в их жизни, что заставило убийцу обратить на них свое внимание.
Присмотритесь пристальней к Бланш Фурнье. Очень загадочная персона. Я давно знаю и Бланш и ее подружку Зизи. Интересная пара. Для того чтобы отдавать предпочтение женщинам в частной жизни и в сексуальных отношениях нужны веские причины. Порой, так проявляется одна из форм защиты внутренней личности, своего я от окружающего мира. Очень сильная обида нанесенная мужчиной - постоянное унижение, систематические издевательства, не обязательно физические, оставление в опасности. Да что угодно. Все, что могло оставить глубокую психологическую травму. Тем более Бланш не простая штучка. Лет пять ее биографии закрыты занавесом. Несмотря на все мои старания, она так и не раскрылась на моих сеансах. И заметьте, эти пять лет приходятся как раз на период когда началась вся эта завязка в Париже. Алекс поверьте, женщине изменить внешность очень легко, а шизофреники прекрасные актеры. Отличная идея - прикрыться своим именем, чтобы потом посмеяться над потугами сыщиков и доказать обратное.
— Да мадам, вы умеете промыть мозги. Но ваша правда. Пора вплотную заняться убийством антиквара. Поговорить с графиней и ее пасынком, который недавно был освобожден в связи с новыми обстоятельствами. Думаю, теперь он пойдет на разговор.
— Когда будете разговаривать с Луизой де Фоссе, передайте ей от меня привет и уделите больше внимания обстоятельствам кончины ее мужа. Она до сих пор любит его. И если бы не ее нервный срыв, все могло бы быть совершенно по-другому. Она сильно сдала после смерти Мишеля, к которой добавилось нелепое задержание Кристиана. У них были прекрасные отношения как для мачехи и пасынка, и именно его нежелание принять помощь в этой ситуации, оказалось последней каплей, которая ее свалила. Шесть долгих месяцев депрессии. Мне это стоило половины седых волос в моей шевелюре, — горько усмехнулась мадам Рени, выпустив тонкую струйку дыма в потолок.
Необычный запах сгоревшего табака заставил Алекса отвлечься от своих размышлений. Он с удовольствием втянул в себя остатки дыма, добравшиеся до его ноздрей.
— Не удивляйтесь комиссар, — женщина перехватила взгляд Алекса, пытавшегося определить сорт сигарет, аромат от которых заполнил комнату. — Я курю очень дорогие сигареты. Их делают в Египте по специальному заказу. У меня достаточно средств, чтобы позволить себе удовлетворять маленькие прихоти. А медсестрой я пошла работать лишь потому, что не могу без людей. Человек существо социальное. Нам просто жизненно необходимо заботиться о ком-то, оказывать помощь. Без этого человек перестает быть личность, теряет свою душевность. Перестает быть человеком. Хотя по выходным дома одна - я чувствую себя превосходно.
— Скажите мадам Рени, почему все могло быть по-другому? — Алекс достал свои сигареты и тоже закурил.
— Граф умер насильственной смертью. Сердечный приступ был инсценирован. Это я и пыталась доказать. И доказала бы, если бы не сломалась Луиза. Когда этот тупица Монсиньи понял, что здесь пахнет криминалом, он испугался за свою репутацию. Мелкий пакостник, он прекрасно понимал - ему вовек не разгадать эту тайну, тем более что в Анже с целым ворохом вопросов приехали ваши коллеги из Парижа. Вот поэтому с помощью своего родственника судьи, он замял дело. Меня обвинили во всех смертных грехах: в некомпетентности и разглашении врачебной тайны, в давлении на родственников пациента с целью получения материальной выгоды. Много было всякого дерьма - пятнадцать пунктов. Итог - я осталась без лицензии и без права заниматься любимым делом до конца своих дней. Вот такой расклад мой мальчик.
Мари погасила окурок. Выпив кофе двумя глотками, она подошла к бару.
— Я думаю по несколько капель Camus, нам с вами не помешает? — улыбнулась женщина.
— Мадам! Поверьте, я бы с превеликим удовольствием напился на пару с вами, если бы расследование было окончено, но…, — он махнул рукой. — Хотя вы, как всегда, правы! Я составлю вам компанию и глотну пару капель.
Мадам Рени разлила коньяк по бокалам, они выпили и Алекс, поднявшись, попрощался. Прихватив с собой отчет, составленный его новой знакомой, он, выйдя со двора, сел в машину и запустив двигатель, направился в комиссариат.
Несмотря на то, что ему очень хотелось увидеть Лельку, которую должны были освободить сегодня днем из городской тюрьмы, он воздержался от встречи. Своенравная девчонка, при их последней встрече, категорически запретила ему подходить к ней и на пару шагов пока это может повредить его репутации, особенно в присутствии репортеров.
На одном из городских перекрестков остановив «Ниву» на запрещающий сигнал светофора, Алекс посмотрел на табло светодиодных часов на приборной панели. Внезапно нахлынувшее желание увидеть курносый носик и изумительно красивые выразительные глаза Ольги, победило чувство осторожности. Алекс выкрутил руль, направив автомобиль в сторону городской тюрьмы.
Остановив внедорожник возле заполнивших стоянку машин репортеров, он вышел из салона и поздоровавшись с «акулами пера» прошел внутрь здания.
За те несколько месяцев, которые он прожил в Анже, репортеры в полной мере изучили суровый характер комиссара-стажера. Редкие комментарии, которые Алекс давал о происшествиях, всегда носили лаконичный и краткий характер. На всевозможные каверзные вопросы журналистов, комиссар реагировал спокойно, просто игнорируя те на которые не хотел отвечать. Двум, трем любителям создания на ровном месте особо «жареных» новостей, Алекс в неофициальной обстановке объяснил как видит свое сотрудничество с прессой. Дополнительными аргументами послужили крепкие кулаки комиссара и бокал пива вылитый на голову одной из «акул».
Его приезд оживил журналистов, скучавших в ожидании сенсационного освобождения симпатичной узницы. Зайдя на проходную и пообщавшись с дежурным, Алекс с удивлением узнал, что Лелька уже как пару часов находиться на свободе. Похоже, ее адвокаты времени зря не теряли и оставили прессу с носом. Он одобрил такое поведение. Парни отрабатывали свой хлеб, оберегая клиентку от внешних раздражителей, но очевидно, что материальный аспект тоже сыграл свою роль в этом поспешном освобождении. Да оно и понятно. Зачем давать бесплатные интервью, когда можно сделать хорошо оплачиваемый эксклюзивный репортаж и заработать на этом приличную сумму сверх контракта. Представив мины разочарования на лицах журналистов, Алекс покинул здание городской тюрьмы и сев в салон своего автомобиля направил его в комиссариат, оставив репортеров в полном недоумении под стенами древних казематов.
Войдя в кабинет, Алекс застал там Лепажа, Дюпре с Маню и советника министра. Не хватало только двух офицеров, сопровождавших чиновника и которых Алекс для себя окрестил как: Жак и Пьер, не удосужившись запомнить их имена, потому, что они почти постоянно отсутствовали, выполняя поручения своего шефа.
Чиновник, перебравшись в кабинет сыщиков, по своей излюбленной привычке устроился на широком подоконнике, обложившись ворохом бумаг. Качая ногой и куря сигарету, он быстро читал материалы расследования, выделяя двухцветным карандашом заинтересовавшие его детали описания и показания свидетелей.
Сам советник был немного старше Алекса. Карьеру начинал в армейском спецподразделении. Помотался по миру в составе миссий ООН, обеспечивая безопасность наблюдателей и принимая участие в гашении гражданских конфликтов. Потом перешел на службу в полицию. Отсутствие в речевом обороте советника словосочетаний типа: «Я не могу этого сделать», «Мы не можем себе это позволить», «Нужно посоветоваться с руководством», « Я не могу принять это решение самостоятельно», было моментально отмечено тем же руководством. Молодой офицер, быстро продвинувшись по служебной лестнице, занял должность, которой соответствовал на все сто процентов. Советник на дух не переносил «любителей» и «шарлатанов» типа Монсиньи. Поэтому прибыв в Анже и вникнув за пару часов в ситуацию, он навел справки в полицейском управлении, просмотрел электронные СМИ и в тот же день собрал под своим руководством оперативную группу из лучших сыщиков комиссариата. Подняв глаза на вошедшего Алекса, он, приветственно кивнув, вернулся к изучению бумаг.



Andris Lagzdukalns

Отредактировано: 09.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться